Воскресший гарнизон - Богдан Сушинский

— Только благодаря этому знакомству Гиммлер и вспомнил о вас. А, подписывая приказ, был уверен, что выступает в роли благодетеля. Так что жалуйтесь-ка лучше самому фюреру, у которого нет иных забот, кроме как разбираться с вашими кляузами на Гиммлера.

Вздох, который был издан Лансом, мог принадлежать лишь человеку, которому только что объявили, что в помиловании ему отказано, а казнь состоится уже завтра на рассвете.

— Считайте, что погубили меня, гауптштурмфюрер Аленберн. Причем погубили именно вы.

— А вы меня — огорчили, — не стала оспаривать своей причастности к экзекуции комендант «Святилища арийцев». — Уже в который раз. И вообще, чем вы недовольны? Отныне в вашем распоряжении и в подчинении почти полсотни таких рейхскрасоток, за каждую из который любой отборный полк СС готов пройтись по минным полям! Нет, Ланс, вы окончательно огорчили меня!

— Как и вы — меня.

Сугубо женским чутьем Эльза уловила, что знакомство их зашло в тупик, а значит, следует промолчать.

— Хватит нам ссориться, — произнесла она капризным голосом ученицы средних классов. — Лучше объясните мне, кто такие эти «зомби-воины», о которых идет речь в приказе о вашем назначении?

Ланс поначалу задумался, пытаясь сформулировать более или менее приемлемое определение зомби, но, поняв, что сделать это будет непросто, неожиданно осмелел:

— Для того, чтобы объяснить совершенно непосвященному человеку, кто такие зомби, понадобится немало времени.

— Ночи хватит?

— Целой ночи?! — тихо ужаснулся Ланс, как-то не сразу сообразив, в какую западню заманивает его эта грудастая германка. А ведь давнишняя мечта директора училища — основательно отоспаться, начала осуществляться только здесь, в «Регенвурмлагере».

— С короткими перерывами на кофе и с тридцатью минутами на утренний сон? Устраивает? — коротко хохотнула она. — По-моему, вполне щадящий режим.

Только теперь до оберштурмфюрера дошло, о чем идет речь, и он рисково произнес:

— В таком случае, ночи вряд ли хватит.

Поначалу Эльза грубовато заржала, а затем в том же духе подбодрила его:

— Наконец-то я слышу призывный рев самца. Долго же вас приходится разогревать, доктор Ланс. Если так будет и в постели...

— Причем тут постель? — пожал костлявыми плечиками Ланс.

— При том, что советую становиться храбрее, если только не желаете, чтобы мои, а теперь уже и ваши, секс-мерзавки превратили вас в объект для насмешек.

Тоннель был достаточно хорошо освещен, а водитель получил приказ двигаться предельно медленно и только по прямой, центральной штольне, никуда не сворачивая, пока не поступит соответствующая команда. Две крытые брезентом машины с ле-бенсборянками покорно следовали за «опелем» Эльзы. Тоннель был проложен горизонтально, однако Аленберн казалось, что они уходят все глубже и глубже под землю, напоминая «секс-фюреру ариек» напутственное предупреждение ее тетушки, уверявшей, что, «ступив на порог борделя, грешница уже ступает на порог ада».

— Неужели все эти германки станут наложницами зомби? — нарушил напряженное молчание доктор Ланс.

— Те, кому будет приказано, станут, — решительно молвила Эльза.

— Вас как офицера СС не сдерживает то обстоятельство, что среди зомби окажется немало славян и прочих унтерменшей?

— Оно не сдерживает даже рейхсфюрера СС Гиммлера, лично распорядившегося провести этот секс-расовый эксперимент. Нет, в самом деле: коль мы уж стали выводить особую расу — людей-зомби, то почему бы не посмотреть, что произойдет, если скрестить зомбированных мужчин со страстно желающими пожертвовать своими жизнями во имя рейха германками?

— Естественно, естественно, — рассеянно согласился начальник зомби-лебенсборна как раз в то время, когда впереди возник очередной СД— патруль.

До проверки документов дело не дошло, проверять их в такой дали от входа у людей, сидевших в машине, было бессмысленно. Зато унтер-офицер сообщил, что придется минут двадцать подождать здесь. Дальше проезд временно запрещен. В тоннеле произошел обвал, туда прорвалась вода, и сейчас бригада ремонтников бетонирует аварийный участок.

— К обвалу перебросили бригаду зомби-ремонтников, — добавил он, считая, что таким образом успокоил господ офицеров. — Эти страха не ведают, а потому в любой аварийной ситуации лезут на рожон. Да их, этих нелюдей, никто особо и не щадит.

— Если бы не щадили только их, — пробормотал Ланс, выглядывая из машины и провожая взглядом патруль.

Услышав это, унтер-офицер оглянулся и подозрительно взглянул на оберштурмфюрера, с которым был знаком лично. Ланс уже знал, что после покушения на фюрера 20 июля, когда стало ясно, что в заговоре против него замешано великое множество генералов и офицеров, в солдатской, и особенно в унтер-офицерской среде стало укоренятся мнение, что по-настоящему фюрер может полагаться только на них, на истинных солдат СС, на фронтовиков-окопников, которые, в отличие от офицеров, не предали и никогда не предадут своего вождя и свой Третий рейх.

— Кстати, спать с зомби станут не все, — никак не отреагировала Эльза на сообщение унтер-офицера. — Она достаточно насмотрелась на то, что происходит в Берлине и других городах Германии после каждого авианалета, поэтому к подобным ситуациям давно привыкла. — Сформирован отряд из двадцати девиц, которые будут преданы только зомби, чтобы улучшить породу их зомби-потомства. По крайней мере, так было сказано в письме начальника Главного санитарного управления войск СС. Остальным двадцати восьми приказано беременеть от командного состава лагеря. Офицерского, разумеется. Причем прежде всего от вас.

— Всем беременеть от меня? — аляповато уточнил Ланс.

— От вас?! — в том же духе переспросила Эльза.

— От кого же еще? — иронично огрызнулся бывший педагог.

— А что, в этом что-то есть, — не восприняла его иронии Ален-берн. — Я, конечно, подберу для вас одну из девиц. Но в принципе никто не запретит вам злоупотребить своей властью и пропустить их всех подряд. Поди знай, от кого они забеременеют в конечном итоге: от вас или кого-то из ваших подчиненных?

Только теперь водитель не удержался и, пренебрегая чувством такта, резко оглянулся на оберштурмфюрера. Ланс не мог видеть ни его глаз, ни выражения лица. Тем не менее понял, что это был сугубо мужской взгляд человека, которому хотелось лицезреть того, кому так несказанно повезло. Тем более — под занавес войны.

— Ну, всех вряд ли... — стушевался Ланс. Не будь в машине водителя, он, возможно, вел бы себя значительно смелее. И потом, этот его завистливо-оценивающий взгляд...

— А почему бы и нет? — азартно поддела его Аленберн. — Стоит ли сразу же сдаваться? Если от вас забеременеют все двадцать восемь девиц, через поколение вы станете прародителем целого племени. Представляете, нового германского племени. Пройдет время, и вас провозгласят арийским Адамом.

— Вот именно, СС-Адамом, — лукаво, и в то же время снисходительно улыбнулся доктор Ланс, как в течение многих лет не раз улыбался какой-нибудь хитроумной выдумке своих учеников.

По-настоящему суровым директором он так и не стал, хотя в технической школе его обучались далеко не самые лучшие выпускники школ. Примитивного дебоширства он, понятное дело, не терпел, однако всегда умел оценить остроумные выходки. Поскольку и сам в юности к благовоспитанным юношам не принадлежал.

— К слову... Благословляя на эту поездку, Гиммлер поинтересовался моим мнением об этом эксперименте. Никаких особых замечаний я не высказывала, поскольку мало что смыслю в этом деле, но подала идею: а почему бы не превратить в зомби пару десятков женщин?

— Какой от них в подземельях лагеря толк?

— Если подходить к ним, как к рабочим ремонтных бригад, то конечно, — развела руками Эльза. — Но ведь речь о другом. О том, чтобы создать брачные зомби-пары, да попробовать скрестить нормального германца с женщиной-зомби. Это же эксперимент, черт возьми! — явно входила в азарт главный инспектор лебен-сборнов рейха. — Что скажете, Ланс?

Оберштурмфюрер горячку пороть не стал. Он напомнил «прародительнице» секс-мерзавок, что она забыла сообщить о реакции вождя СС.

— Гиммлер сказал, что этот эксперимент тоже будет проведен, но уже не в «Регенвурмлагере». Да и рожать мои секс-мерзавки тоже скорее всего уже будут не здесь. Не успеют. Русские-то на подходе. Как, впрочем, и американцы с англичанами.

Ланс помолчал. Он понимал, что рейхсфюрер реально оценивает ситуацию. Не мог понять другого: если даже рейхсфюрер СС уже не верит ни в то, что германским войскам удастся остановить русских на подступах к подземному лагерю СС, ни в то, что Германия в состоянии устоять перед союзниками, тогда зачем тысячи людей продолжают прокладывать здесь, на земле, которая неминуемо отойдет к Польше, все эти тоннели, коммуникации, узлы сопротивления? Зачем «Лаборатория призраков» продолжает продуцировать воинов-зомби?