"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

Их пальцы — без отпечатков, Их глаза — без зрачков, Их головы — без мозгов, Их ночи — без снов, Их речи — без слов. Они зовут, чтобы остановить, Они тянутся, чтобы схватить, Они берут, чтобы не отпускать, Они рождаются, чтоб убивать. Им мало страха, им нужна боль, Им мало маски, им нужна роль…

Маска тоже попела немножко и похлопала танцоркам, даже взяла у парня папиросу — и насосом подкачала воздуха в реактор, чтоб думали, что она курит. Потом она ехала с час по линии, в полупустом поезде — кто среди ночи ездит в космопорт? — злым, грозно рычащим оскалом зубов отпугивая и провожая дальше по вагону ночных приставал. В порту она полюбовалась из-за прозрачной противолучевой перегородки стартами кораблей, а затем выбрала себе укромную, затененную кабинку, откуда можно без помех звонить и своему парню (которого у Маски не было), и в полицию… и своему старинному любовнику, чтоб черт его напополам разодрал.

Конгрессмен Джолион Григ Ауди (для близких друзей — просто Снежок) располагался ко сну. Парламентская сессия, заседание морально-этической комиссии, фуршет в клубе, коктейль у добрых знакомых — пора и отдохнуть, наконец!.. И тут звонок. Надо, надо снять трубку — ведь звонят по личному, мало кому известному номеру трэка; это может быть и важный разговор… Так оно и оказалось.

— Снежок, милый, как я по тебе соскучилась!..

Вот те раз. И не называет себя, сволочь. Снежок быстро перебрал в уме всех подружек, с кем он имел счастье развлекаться тайком от Дорана (Боже, сделай чудо, напусти на стервеца Дорана слизистую болезнь или фэл!), но этот голос… столь знакомый… чей?

— Ээээ, я не понял — кто говорит?..

— Как?! Ты не помнишь свою куколку, свою нежную малютку Путти?..

Сердце у Снежка — импозантного, солидного, третий раз подряд избранного в конгресс от Басстауна темнокожего политика — оторвалось и провалилось вниз, куда-то в таз, ближе к мочевому пузырю. Путти. Его самое тайное сокровище, кибер-дитя, навеки замерший перед цветением бутон любви с огромными глазами и тонким, хрупким телом… жемчужина, похищенная хакерами три с лишним года назад. Не может быть. Нет. Мертвые не возвращаются. Ее же разобрали на детали!

— Скот поганый, — шипел неповторимый голос Путти, — что, вспомнил?.. Я могу по-другому напомнить — всю память про наши с тобой дела скопировать на диск и отослать на телевидение. А? Ты хочешь этого? Оооо, ты молчишь! Молчание — знак согласия?..

Нет, только не это. Карьера, престиж, положение — все в клочья. Да, Путти — не человек и даже не разумное существо, но представить, что Доран комментирует кадры, снятые ее глазами, где ты, Джолион Григ Ауди — неглиже, говорящий такое, что можно услышать лишь в худших притонах… Это конец, всему конец. Избиратели, это грязное быдло, не простят ему ТАКОЙ кибер-любви — а что скажут в конгрессе?!

— Крошка, — Снежок попытался подействовать авторитетом хозяина, — ты же не хочешь, чтобы мне стало плохо?.. Я ЗАПРЕЩАЮ тебе рассказывать о нас с тобой! ЭТО ПРИКАЗ!..

— А о других твоих проказах — можно? — прощебетало дитя, и вновь голос ее стал неумолимым. — Нет, гад, ты за все заплатишь. Ты понял? Я теперь другая, я тебе не подчиняюсь. Я ХОЧУ, чтобы ты вспомнил все! Все! И чтоб тебя корчило от этого! Подонок, ты испоганил всю мою жизнь! Всю мою память! Что я могу вспомнить — только тебя, тебя, гнилую паскуду, твои лапы и твою пасть! Это теперь — мое детство! Навсегда!.. Ты специально сделал меня такой, по заказу; ты думал, я всегда буду твоей уютной девочкой — а я стала другой!..

— Сколько? — безнадежно спросил Снежок, свободной рукой включая определитель номера. Космопорт. Там — сотни кабин…

— А, ты всегда был умненький. Ты понял… Мне нужно двенадцать тысяч.

— Сразу не смогу. Частями, по четыре тысячи.

— Ладно. Чеки будешь выписывать на номер 521004100000-89963555. Через City Bank. Первый чек должен быть обеспечен завтра к 10.00, остальные — каждые 24 часа. И не вздумай…

— Не учи меня, стерва.

— Уууу… а я надеялась, ты хоть извинишься за старое…

— Не перед кем. Как бы ты ни кривлялась, крошка, ты осталась тем, чем была. Теперь мы с тобой — в деловых отношениях. Следующие двенадцать тысяч я использую, чтоб уничтожить тебя; так что не надейся доить меня и дальше.

— 521004100000-89963555, — повторила Маска, — запиши в память, если уже не догадался. А ведь ты боишься меня, Снежок… Ты трус, как и все подонки. Бойся, бойся — мне только этого и надо, чтоб ты не думал, что можно играть в куклы безнаказанно. Тебя еще выведут на чистую воду с твоими милыми привычками. А я буду хлопать в ладоши.

Ответить Снежку она не дала, бросив трубку.

* * *

Вечером Лильен послали за сжатым кислородом для Рыбака; в проводники Звон навязался сам собой, как тень за человеком. Хруст, Валет и Таракан, увидев его уже со второй, еще более классной девчонкой, решили, что хватит тут цыплят высиживать и что завтра Звон сам с большим присвистом расскажет, какая чем хороша. Пока же Звон устроил распродажу для одной Лильен, и ей пришлось, неумело и осторожно жеманясь, слушать, на каком углу кого избили, какие тут на семь узлов отвязанные парни, кто какой дурью знаменит, где самые-самые танцы в округе и какой он тут главный генерал. Если поверить на слово — ей жутко повезло, что она именно с ним связалась, а не с каким-то дешевым обмылком.

Киборги не спят. Но после возвращения Лильен и Звона из похода в аптеку стало ясно, что сегодня семье Чары придется дружно и убедительно изображать сон. После ужина Рыбак заметно посерел и стал тяжел на подъем; вдобавок он чаще, чем на кого-либо, поглядывал на Гильзу. Наконец он заявил, что дежурная койка у Стика Рикэрдо наверняка уже занята, до своего логова ему не доползти, а дышать стало трудно — короче, парень вежливо напрашивался на ночлег.

Вытолкать из дома Звона удалось лишь долгими терпеливыми уговорами с примесью угроз Косички и клятвенных обещаний никаким другим парням не доверять. Кое-как застелили три разномастные кровати — больше в квартире не было, — а дальше начался цирк для одного зрителя; пока Рыбак свежел и розовел, глотая из баллончика живящий газ, все имитировали зевоту, потягивались и готовились бай-бай, в то же время оживленно обсуждая по радарам план первого сражения своей войны.

— ИМ МАЛО НЕ ПОКАЖЕТСЯ! — возбужденно тараторила Коса. — ПОГЛЯДЕЛА БЫ Я НА ИХ РОЖИ, КОГДА МЫ ЭТО СДЕЛАЕМ!.. ЧТО СКАЖЕШЬ, МАМА?

— НУ ЧТО Ж, ЗАДУМАНО НЕПЛОХО, — сдержанно одобрила Чара. — МЫ ДОЛГО ПРЯТАЛИСЬ; ПРИШЛА ПОРА ИМ ПОКАЗАТЬ, НА ЧТО МЫ СПОСОБНЫ — ПУСТЬ НЕ ДУМАЮТ, ЧТО МЫ БЕЗЗАЩИТНЫ И УМЕЕМ ТОЛЬКО ГОРЕВАТЬ!.. КОСИЧКА, ЗАВТРА ВЫ С РЫБАКОМ — И ЗВОНА С СОБОЙ ПРИХВАТИТЕ, ОТ НЕГО И ВПРЯМЬ ЗВОН В УШАХ — ПОЕДЕТЕ В БЭКЪЯРД, ОСМОТРЕТЬСЯ НА МЕСТНОСТИ.

— ЕСЛИ НЕ УСПЕЕМ — МОЖНО, МЫ ЗАНОЧУЕМ ГДЕ-НИБУДЬ? РЫБАК СКАЗАЛ, ЧТО ЗНАЕТ НАДЕЖНЫЕ ВПИСКИ…

— МОЖНО, НО ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОЗВОНИ МНЕ — ГДЕ И КАК ВЫ УСТРОИЛИСЬ. ГИЛЬЗА, ЗАВТРА ПОСЛЕ ОБЕДА У НАС УЖЕ ДОЛЖЕН РАБОТАТЬ «ЧЕРНЫЙ» ТЕЛЕФОН.

— Я СДЕЛАЮ, МАМА.

— ЗАОДНО ЛИЛЬЕН ПОУЧИШЬ ЕГО СТАВИТЬ. ДА, ЧТОБЫ ВЫ ЗНАЛИ — Я СВЯЗАЛАСЬ ЧЕРЕЗ РЕЗЕРВНЫЙ КОММУТАТОР С МАСКОЙ НАСЧЕТ ДЕНЕГ; ОНА ОБЕЩАЛА ДОСТАТЬ СРАЗУ МНОГО, ТАК ЧТО — НИКАКИХ КРАЖ И НИКАКИХ ШТУЧЕК С БАНКОМАТАМИ; СЕЙЧАС НАМ МЕНЬШЕ ВСЕГО НАДО ПРИВЛЕКАТЬ ВНИМАНИЕ ПОЛИЦИИ.

— УУУ, ТЕПЕРЬ ПАПУЛЯ ФЕРДИНАНД НАЧНЕТ ИСКАТЬ НАС!.. И ПОПЫТАЕТСЯ РАЗУБЕДИТЬ.

— НА ЕГО ВЫЗОВЫ НЕ ОТВЕЧАТЬ! НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ, — категорически отрезала Чара. Только отца здесь не хватало с его рассуждениями о добре и мире.

Ночь наступила — но покой в квартире установился не сразу; единственный живой, Рыбак, никак не укладывался — то привязался к Гильзе с предложением поставить здесь подержанный кондиционер, и разговор о свежем воздухе непринужденно перешел в тягостную, путаную исповедь часа на полтора (исповедь слушали все), то шаркал в темноте, то пил воду, то его понесло в туалет. Наконец ночь его одолела, и он заснул.