Академия наук на службе России - Арсений Александрович Замостьянов

Ну, а мы переключились на создание реакторов для подводных лодок и надводных кораблей…

Владимир Губарев

Сделали подводную лодку, которая была самая быстрая – они развивала такую скорость, что даже от торпед «уходила». Американцы три года не могли понять, как мы добились такого результата! А затем догадались, что для охлаждения реактора мы используем не воду, а металл… Это был подлинный прорыв в науке, технике и технологии. И подобных примеров я могу привести много, так как занимался всегда самыми актуальными проблемами. Такова уж профессия – математик!

– По-моему, уже приведенных примеров вполне достаточно, но ведь еще была и организаторская работа?!

– Сначала руководил Сибирским Отделением Академии наук, затем Государственным комитетом по науке и техники Совета Министров СССР, а чуть позже Академией наук СССР. И всегда занимался актуальными проблемами науки. Особенно интересовался экологией планеты. Год от года ситуация на планете становится все хуже. Я собрал молодых ребят, и вместе с ними мы начали анализировать состояние климата на Земле, его изменения.

– И главный вывод?

– Надо предпринимать энергичные меры по улучшению экологии планеты, иначе будет поздно. Впрочем, не исключено, что «точку возврата» мы уже перешли…

– То есть не можем вернуться?

– Это сделать уже невозможно, но еще можно контролировать развитие процессов и предупредить катастрофу, приближение которой уже отчетливо видно. Причем не только в наших математических расчетах, но и в реальности…

Мысли вслух: «Вопросы физики атмосферы, прогноза погоды и изменения климата меня волновали всегда. Во время Великой Отечественной войны я по долгу службы занимался подготовкой кадров для метеорологического обеспечения артиллерии резерва Главного командования. Шары-пилоты, радиозонды, передвижные метеостанции накрепко засели в моей памяти и побудили к размышлению о жизни атмосферы. Военная кафедра в университете еще более укрепила во мне интерес к проблемам физики и динамики атмосферы. Уже тогда я понял, что процессы, происходящие в атмосфере, многообразны и сложны.

Прогноз погоды – одна из наиболее сложных и интересных научных проблем современного естествознания. Важность решения проблемы определяется не только ее фундаментальностью, но и огромным практическим значением – не случайно изучение атмосферы и океана и прогноз погоды отнесены к числу глобальных, общемировых проблем.

Мы переживаем сейчас время бурного развития физики атмосферы и океана и присутствуем при «пересменке», когда синоптика передает свои полномочия гидродинамике. «Синопсис» по-гречески значит «обозримый». Синоптические карты, составляемые метеорологами, позволяют обозревать состояние погоды на обширных территориях, по ним метеорологи-синоптики предсказывают изменения погоды.

Так было долгие годы. Сейчас погоду перестают обозревать, ее предвычисляют. На смену качественным синоптическим методам прогноза погоды, которые в свое время имели большое значение, пришли гидродинамические методы, базирующиеся на математическом описании основных законов физики применительно к атмосферным процессам».

– Институт ваш очень невелик…

– В Новосибирске у меня был институт, в котором работало тысяча сто человек. Среди них – пять академиков! Но я понял, что теперь нужны небольшие коллективы, чтобы их легко было переключать на новые проблемы, которые регулярно возникают в науке. «Мобильность» для ученого важна не только в мыслях и идеях, но «по штатному расписанию». Я имею в виду, что не нужна ученому жесткая привязанность к той или иной должности. По своему желанию он имеет право «привязывать» к новым проектам. Когда меня утверждали на Политбюро ЦК КПСС – речь шла и переезде на работу в Москву, Л. И. Брежнев поинтересовался моей научной судьбой. Я сказал, что у меня институт в Новосибирске, где 1100 сотрудников.

Мои ученики, конечно же, заменят меня. Но я смогу продолжить свою научную работу в Москве, если смогу забрать сюда 20 человек. «Всего лишь?!» – искренне удивился Генеральный секретарь. А потом продолжил: «В таком случае поможем товарищу Марчуку и его сотрудникам?» Согласие членов Политбюро было получено сразу же, и ближайшие мои ученики стали москвичами. Институт и сегодня работает очень эффективно. Сейчас в нем 50 человек, из них 32 доктора наук, остальные – кандидаты наук. Во главе стоит академик, ну, а у меня почетная должность – Советник. Впрочем, напоминаю о том, что в науке должности играют далеко не главную роль…

Мысли вслух: «В 70–80-х годах мы поняли, что необходимо вычислительную технику централизовать, создать в Академгородке, а затем и во всем Сибирском отделении локальную сеть ЭВМ. Главной задачей для нас стало создание центра коллективного пользования. Начали с шутки. Модернизировали известный плакат времен Отечественной войны «Что ты сделал для фронта?». На плакате остряки смонтировали мою фотографию с указующим перстом, подписав: «Что ты сделал для системы коллективного пользования ЭВМ?» Шутка шуткой, но цель была достигнута, работа пошла, центр начал набирать силу.

А мир тем временем входил в компьютерную эру. Новое время требовало новых форм организации труда и в теоретических, и в научно-практических исследованиях, и в управлении экспериментами. Без вычислительной техники не обойтись ни в одной сфере человеческой деятельности, будь то большая наука или полностью автоматизированные производства.

Обнинская АЭС. В наше время – уникальный музей первой в мире атомной электростанции

Сейчас мы вошли в интернет – сеть ЭВМ, объединяющая университетские центры мира. Это начало большого, глобального процесса информатизации стран мира.

К счастью, мы были среди пионеров этого направления развития цивилизации».

Еще в Обнинске один из его коллег высказался так: «До Марчука математики были рабами физиков, а при Марчуке физики стали рабами математиков».

Наверное, найдутся ученые, которые не согласятся с таким утверждением, но мне почему-то кажется, что оно очень верное…

Из Регламента Академии наук 1803 года

ГЛАВА I. О должности Академии

§ 1 Главнейшие обязанности Академии следуют из самой цели ее назначения, общей со всеми академиями и учеными обществами: расширять пределы знаний человеческих, усовершенствовать науки, обогащать их новыми открытиями, распространять просвещение, направлять, колико возможно, познания ко благу общему, приспособляя к практическому употреблению теории и полезные следствия опытов и наблюдений; се в кратких словах книга ее обязанностей.

§ 2 К обязанностям, общим ей с другими академиями, присоединяется должность непосредственно обращать труды свои в пользу России, распространяя познания естественных произведений империи, изыскивая средства к умножению таких, кои составляют предмет народной промышленности и торговли, к усовершенствованию фабрик, мануфактур, ремесл и художеств – сих источников богатства и силы государств.

§ 3 Науки, коих усовершенствованием Академия должна заниматься, суть следующие: вышняя математика и физико-математика, механика твердых и жидких тел, астрономия, химия, минералогия, ботаника, зоология, анатомия и физиология, и технология; сверх того история, статистика и экономия политическая.