Не пролететь мимо Земли - Мария Гинзбург

Катя и Наташа долго били ее, пинали ногами, грязно ругаясь и всхлипывая. Вика давно уже потеряла сознание и не пыталась больше защититься. На дощатом полу веранды лежало бесчувственное тело, которое удары возили по полу туда-сюда.

Наташа опомнилась первой. Она схватила Катю за руку. Сестра тяжело дышала, и вид у нее был безумный. Впрочем, Наташа догадывалась, что сама выглядит ничуть не лучше.

– Хватит, – сказала Наташа. – Пойдем.

Она буквально силой вытащила Катю с веранды. Та оглядывалась и порывалась вернуться, но сестра повторяла, мягко, но настойчиво:

– Все, все… Пойдем.

Когда они выбрались через дыру в заборе, Катя сказала:

– «Скорую» надо бы вызвать.

– Вызови, – сказала Наташа. – Только не из дома, ради бога.

– Тут в арке есть телефон-автомат, – сказала Катя.

Девушки направились к арке, делившей огромную многоэтажку на две почти равные секции.

На город тихо опускались сумерки, нежные, как первый поцелуй.

За какие-то полчаса они превратились в темноту, непроглядную и опасную.

Сергей вздохнул и обнял хлюпающую носом Наташу.

Он не удивился, слушая ее рассказ. Чего-то подобного следовало ожидать. А то, что женские драки, как правило, намного грязнее разборок между парнями, Сергей знал давно. Вика не была «источником заражения» и действительно ни с кем до него не спала. Сергей уже в стационаре сообразил, что это его Ира так одарила, но теперь объяснять что-либо было поздно.

– Но только я не понял, – сказал Сергей. – Причем здесь исключение?

–Так Вичкины родители шороху навели в лицее, – сказала Наташа. – Меня на показательном собрании заставили прощения просить, а потом выгнали на все четыре стороны. Да я-то ладно, вон в кулинарное поступлю… А вот Катя с Ромиком попали конкретно.

У Сергея неприятно засосало под ложечкой.

– Катя? – спросил Сергей. – Да что наши учителя могли сделать Кате?

– Они-то ничего, – сказала Наташа. – А вот Вичкины родители на нее в суд подали. Катюха ведь нос сломала Вике, а рентген показал отпечаток перстня Катиного… Ну знаешь, такой, с загогулиной. Да ты вроде сам ей его подарил. Так эта загогулина прямо поперек кости или хряща, что там в носу, и отпечаталась. Она как раз сегодня к следователю по повестке должна идти первый раз, я зашла, приободрила, хотела с ней пойти, да только Катя отказалась.

Сергей сглотнул. Наташа отхлебнула пива.

– А причем здесь Грин?

– Да, когда Грымза, – так ученики между собой звали заместителя директора по воспитательной работе, которая заодно вела один из главных предметов. – На меня орала тогда при всех, извиняться заставляла, Грин сказал, чтобы она заткнулась. Что она не знает наших отношений и пусть не вмешивается. А Грымза: «Вы же мне не безразличны!» А Рома: «Да клали вы на нас с прибором. У лицея аттестация скоро, вот вы и дрожите, как бы лицензию не отобрали».

– И что?

– Ну … Ее экзамен Грин не сдал, а сам знаешь, это же считается профильный. А восемнадцать ему было еще в прошлую весну, Рома ведь зимой родился, как и я, на год позже в школу пошел.

– Где он сейчас? – спросил Сергей.

– Где-где… В военкомате…

– Как это? – переспросил Сергей. – Я думал, что призыв закончился уже?

– Закончился, – кивнула Наташа. – Рома сам сдался. Сказал, что больше ничего не держит его здесь…

Второй раз к Вике Сергей не зашел.

Потрепанный милицейский «уазик» проделал уже проехал уже добрую половину пути до Веслогорска, когда у Риты зазвонил мобильник. Девушка вытащила его из сумочки, взглянула на номер. Звонила Катя.

– Господи, что там еще у них, – пробормотала Рита и прижала трубку к уху.

Рикошет видел в зеркало заднего обзора, как меняется лицо девушки, как застывает на подвижном лице Риты гримаса удивления и брезгливости.

Катя уже звонила утром и рассказала, что Грина забирают в армию. Призывников должны были погрузить на проходящий поезд около трех часов дня. Рите загорелось проводить бывшего одноклассника. Рикошет, к удивлению девушки, тоже хотел проститься с Грином. Бас-гитарист переехал в Хириши месяц назад, почти сразу после фестиваля. Рикошет объяснил это тем, что его уволили с завода. Другой работы в Веслогорске ему было не найти, в маленьких городах ведь все по знакомству, как известно, а у музыканта нужных знакомых в Веслогорске не было. Рикошета и на завод-то взяли по распределению с биржи. В Хиришах же по крайней мере можно было бесплатно пожить у тети, пока Рикошет не найдет себе новый заработок. Гарик пригласил Рикошета играть в «КБ». Группа выиграла первое место на фестивале, сейчас как раз записывали первый альбом по заказу спонсоров, и хоть какие-то гроши это принесло бы Рикошету. А неделю назад музыкант с помощью Орешка устроился на комбинат огнеупоров, решив таким образом свои самые насущные проблемы.

Но на автобусе добраться до Веслогорска Рита с Рикошетом уже никак не успевали. Гарик, утром вернувшийся со смены и уже отоспавшийся, вспомнил, что Андрей как раз сегодня собирался ехать в областной центр, передать какие-то дела. Гарик позвонил гитаристу и выяснилось, что тот только-только собрался выезжать. Можно было попробовать рискнуть. Андрей, хотя Грина почти не знал, проникся моментом и всю дорогу гнал со включенной мигалкой. Гарик, который тоже видел Грина два раза в жизни, поехал с ребятами за компанию.

Рита молчала довольно долго. Гарик уже забеспокоился – длинные разговоры не характерны для сотовой связи.

– Ну, чего там? – спросил он девушку, когда та закончила разговор и убрала мобильник в сумочку.

– Катя звонила, – ответила Рита. – Они уже на вокзале, и Рома тоже. Поезд опаздывает на полтора часа.

– Тогда точно успеем, – сказал Андрей, но мигалку не выключил и скорость не сбавил. Рита с благодарностью посмотрела на него.

Рикошет обернулся и сказал, глядя на Риту:

– Но ведь не это тебя так потрясло…

Девушка вздохнула.

– Да видишь, они зашли за Викой, хотели ее позвать проводить Грина…

Напротив Викиного подъезда был низенькая ограда из вкопанных в землю труб. На них-то и уселась Катя. Она ждала Сергея, который пошел в лицей договариваться о переносе сессии. Потом они вместе собирались на вокзал проводить Грина. Катя позвонила и в Хириши. Рита с барабанщиком раньше учились в одном классе, и старая подруга тоже могла захотеть проводить Рому. Но Катя догадалась сделать это слишком поздно, и вряд ли бы хиришане успели бы добраться.

Катя вытащила мобильник и взглянула на часы. Сергей немного опаздывал, и Катя занервничала. Девушка достала сигареты и закурила. Она невольно оглянулась и увидела знакомую фигуру в черной бандане, торопливо шагавшую через детскую площадку. Сергей понял, что опаздывает, и решил срезать путь. Катя повернулась к нему спиной. После возвращения Сергея из стационара их отношения еще не восстановились полностью, так что не следовало баловать парня видом нетерпеливо ожидающей подруги.