Клер - Валерия Аристова

Элла замерла.

— Откуда?

Патов приосанился, и выглядело это очень смешно, учитывая его наряд, вернее, отсутствие такового.

— Он дал мне денег. Много денег, глупышка, — голос его теперь звучал покровительственно. В залог того, что получит благодаря моей помощи.

Стул все же полетел в Андрея Сереевича, тот отскочил, стул грохнулся на пол, а Патов бросился к Элле, повалил ее на кровать и начал целовать в исступлении страсти.

— Элла, Элла! Завтра я куплю тебе лучшее ожерелье! И кузине твоей дам денег столько, чтобы хватило на квартиру и содержание! Элла, ведьма!

Алый шелк спланировал на пол, а Клер усмехнулась и прикрыла штору, боясь закрывать дверь, чтобы она не скрипнула. Похоже, что супруги смогли договориться. Элла точно ведьма, если сумела приструнить такого человека, как майор Патов.

Оставалось выяснить, кто и за что дал ему столько денег, что хватает и на кружева для жены, и на золотые ожерелья, и еще и на содержание кузины остается.

Клер пошла в свою комнату, где долго пыталась уснуть, а когда уснула, то видела во сне Эрнеста с его замечательной улыбкой, а проснувшись, долго плакала. Она настолько соскучилась по нему, она так запуталась, она осталась совершенно одна.

— Клер, дорогая, ты можешь снять себе квартиру хоть завтра. Андрей Сергеевич полностью осознавая свою вину перед тобой, предложил тебе содержание до того дня, как ты выйдешь замуж.

Элла восседала за столом, как на троне. Почему когда-то ее считали некрасивой? Яркая, уверенная в себе, она казалась прекрасной. Волосы уложены по последней моде, утреннее платье светло оранжевого оттенка освежает цвет ее лица.

Клер зарделась, вспомнив обстоятельства, при которых он это предложил.

— Мне неудобно пользоваться его милостью, — сказала она.

— Клара, дорогая, — Элла наклонилась к ней и поставила чашку на блюдце, — дорогая, он на самом деле раскаивается. Позволь ему тебе помочь. В конце концов теперь он твой родственник и имеет право позаботиться о тебе.

В новой квартире она хотя бы не будет вынуждена слушать звуки из соседней спальни. Клер сжала губы и медленно кивнула.

— Хорошо. Я принимаю его предложение, — проговорила она, — мне ужасно неприятно находиться в его доме. Даже несмотря на то, что это и твой дом тоже, Элла.

— Я послала записку Эрнесту, — Элла откинулась на стуле, — возможно, что он тоже пожелает поучаствовать в твоей судьбе.

— Эрнесту? — теперь Клер подалась вперед, глаза ее расширились.

— Он уже выздоровел после своих приключений, не переживай за него.

— Но... — Клер сжала руки, чувствуя, что по телу разливается жидкое тягучее счастье, но еще не веря, что такое возможно, — я же видела его... призрак...

Элла рассмеялась, и хохотала до слез, пока Клер не прикрикнула на нее, призывая к порядку. Сердце ее билось так, что она боялась, что оно выскочит из груди.

— Снова призраки, Клер? Нет. Эрнест, думаю, просто еще не знает, что ты в городе.

Клара вскочила на ноги, уронив на пол чашечку с кофе, но не заметив этого.

— Какая же я дура, Элла! — воскликнула она, — боже мой, какая же я дура!

Как могла она, увидев в окне его лицо, решить, что он мертв, если он был совершенно жив, добрался до деревни и искал помощи? Только вся эта история с Патовым, гипнозом и мистификациями могла заставить ее поверить в то, что она видит призрак!

Коляска Эллы домчала ее до дома на Фонтанке в считанные минуты. Клара выпрыгнула практически на ходу, взлетела на второй этаж и забарабанила в дверь. Оттолкнула открывшего дверь слугу, и прямо в одежде бросилась в комнаты.

Эрнест, совершенно живой, сидел за столом в утреннем теплом халате и читал газету. Светлые волосы его на солнце отливали золотом. Обернувшись на шум, он отложил газету, поднял глаза, и Клер замерла, любуясь его красотой и расцветающей на губах радостной улыбкой. Лицо его, слишком красивое, на лбу перечеркивал алый шрам, шедший от виска через лоб наверх к волосам. Одна рука была подвязана шалью. Но это был Эрнест Ланин, совершенно живой и здоровый! Клер бросилась к нему, упала на колени, схватила здоровую его руку в свои, рыдая от счастья и покрывая ее поцелуями.

Возможно, Господь сжалился над ней, и забрав у нее честь, отца, мать, сестру, нерожденное дитя и богатство, оставил ей самого дорогого человека на свете. Клер была согласна на этот обмен. Если Эрнест любит ее, больше ей не нужно ничего...

Глава 24

Эрнест Ланин, несмотря на вынужденный брак с кузиной, шел по жизни достаточно легко. Его всегда все любили. Красивый молодой человек, обладающий вполне уживчивым нравом, казалось, был создан самой природой для любви. У него была большая семья, все члены которой души не чаяли в наследнике, и которые приняли его категорический отказ жениться на Марии, как очередной каприз. Избалованный жизнью и родными, он и после женитьбы не был отвергнут семьей, и, несмотря на то, что с Марикой он не жил, и даже не встречался ни разу после свадьбы, отринуть семья его не смогла, а счета его пополнились круглыми суммами дедова наследства. Смирив гордыню и не желая устраивать скандал, он деньги принял, поделив их с женой пополам. Теперь он был богат и достаточно независим, многочисленные мамушки и тетушки встречали его не хуже, чем раньше, он же мог делать все, что пожелает.

Все, кроме того, чего ему на самом деле хотелось.

Эрнест Ланин не мог жениться на Клер.

Эта женщина сводила его с ума с первой же встречи, и по большому счету ему было все равно, что с ней произошло, лишь бы она была рядом. Единственное, с чем он не мог справиться, это с собственной ревностью. Впервые испытав сильные и болезненные эмоции во время их с Эллой охоты на Патова, он трусливо сбежал. Оставил Клер одну в темном городе. Сцена, где Клер лежала в постели в объятьях майора так и стояла у него перед глазами, хотя он отлично понимал, что сама Клер в этом никак не виновата. Но тем не менее, она спала с Патовым. Она ласкала его, спала с ним в