Гнев Безумного Бога - Раймонд Элиас Фейст

где уже ждали поднос с фруктами и орехами и кувшин прохладной воды. Внезапно нахлынувший голод заставил его наброситься на еду, пока молодой эльф-проводник говорил:

— Я принесу более существенную пищу через несколько минут, Джим Дашер.

— Благодарю, — пробормотал он с набитым ртом.

Но когда эльф вернулся с подносом, уставленным дичью, выдержанным твердым сыром и свежим зерновым хлебом, Джим уже крепко спал на походной постели. Эльф бесшумно поставил поднос и тихо удалился, оставив его в покое.

* * *

Джим проснулся и быстро расправился с оставленной для него едой. Затем он выбрался из маленького жилища, нашёл ближайшую уборную, справил нужду и поспешил к глубокому водоёму, чтобы умыться. Эльфы, занятые утренними омовениями, вежливо делали вид, что не замечают его.

Как бы он ни восхищался женской красотой во всех её проявлениях — от хрупко-изящной до пышно-соблазнительной — эльфийки вызывали у него скорее эстетическое восхищение, чем плотское влечение. Они были прекрасны, но в их облике сквозила некая чуждость, гасившая любое желание. Эльфы-мужчины тоже обладали своеобразной красотой, и Джим не мог не отметить их гибкую силу. Редко кто заставлял Джима Дашера чувствовать себя дряхлым, но каждый купающийся эльф казался воплощением юной энергии, в то время как он сам всё ещё ощущал себя измождённым после путешествия.

Он облачился в свою всё ещё грязную одежду — стирать её и ждать, пока высохнет, или являться ко двору в мокром платье показалось ему неразумным. Одевшись, он поспешил обратно в павильон, где его уже ждали Агларанна и Томас.

— Доброе утро, Джим Дашер, — приветствовала его королева.

Джим склонился в поклоне:

— Доброе утро, Ваше Величество.

— Хорошо ли вы отдохнули?

— Да, — ответил он. — Я в долгу за ваш гостеприимный приют, госпожа.

— Мы совещались с нашими советниками о принесённых вами вестях, — сказала королева. — И чтобы понять, что следует предпринять, вы должны узнать то, о чём ведают лишь немногие среди нашего народа и чего не знает даже наш старейший друг Паг.

Джим удивлённо приподнял бровь. Он предполагал, что благодаря детской дружбе Пага и Томаса, именно Паг должен был быть первым среди людей, кому открыли бы эльфийские тайны. Однако он промолчал и ждал.

Томас заговорил:

— В древние времена между богами шла великая война. Тех, кого люди зовут Повелителями Драконов, а на нашем языке — валкеру… — Он замолчал, словно испытывая неловкость. — …валкеру вмешались. В конце концов, они были изгнаны из этого мира, рассеяны по иным вселенным.

Это заинтересовало Джима. Множество сведений, собранных Конклавом за последние годы, касались иных планов реальности. Большая часть была ему непонятна (пожалуй, почти всё), но он просматривал достаточно донесений, направляемых Пагу, Накору или Миранде, чтобы уловить суть: существовали иные миры, которые могли представить себе лишь немногие существа, и он к ним не относился. Однако он принимал это на веру. Слишком многое уже произошло, чтобы сомневаться.

Томас продолжил:

— Но прежде чем последняя битва той великой войны закончилась, один из Повелителей Драконов отделился от остальных — тот, чьи доспехи я надеваю перед битвой.

Джиму никогда не доводилось видеть Томаса в легендарных бело-золотых доспехах, но он слышал о них и представлял себе это зрелище. Даже в простой одежде и сандалиях Томас был одним из самых впечатляющих существ, которых он когда-либо встречал.

— Он единственный выступил против Драконьего Воинства, — продолжал Томас, — и его последним деянием перед тем, как безумие Войн Хаоса поглотило этот мир, стало освобождение всех, кто находился под властью валкеру.

— Большинство тех, кого вы называете «эльфами», поселились здесь, при первом дворе первого короля и королевы, ещё до возвышения людей в этом мире. Мы зовём себя «эледхель» — «народ Света». Но не все пошли этим путём. Есть те, кого вы зовёте Братством Темной Тропы, «моредхель» — «народ Тьмы». Были и другие, некоторые присоединились к нам позже, бежав от лишений на севере, за Зубьями Мира, или пришедшие из-за моря.

— Но одно… племя, если можно так выразиться, стояло особняком и посвятило себя особой миссии. Они зовутся «аноредхель» — «народ Солнца». Они никогда не подчинялись власти Королевы — или любого другого правителя в Эльвандаре, но у нас есть… договорённость с ними. Они… уникальны, и их ответственность огромна.

— Тогда им нужна ваша помощь, Ваше Величество, — сказал Джим Дашер.

— Каким образом? — спросила Королева.

Джим пересказал наблюдение Каспара о том, что аноредхель — вымирающий народ. Когда он закончил, и Томас, и королева выглядели встревоженными. Наконец Агларанна произнесла:

— По причинам, которые ты, возможно, никогда не поймёшь, мы не можем вмешиваться в дела аноредхель. И всё же мы не хотим их гибели — по куда более важным причинам, чем те, что я могу назвать. — Она посмотрела на мужа: — Что ты посоветуешь?

— Моя королева и супруга, ответ лишь один. Я должен отправиться к Пикам Квора и поговорить с их вождём.

— Кастданур, — подсказал Джим. — Так его зовут.

— Это не имя, Джим Дашер, — поправил Томас. — Это титул. Тот, кто защищает мир от Тьмы.

Не в силах сдержаться, Джим выпалил:

— Тогда он халатно относится к своим обязанностям. — И мгновенно пожалел о сказанном. — Простите, госпожа, господин. Я… всё ещё очень устал, и моё благоразумие, видимо, осталось где-то позади.

Томас не улыбнулся, но в его взгляде не было упрёка:

— Это понятно. — Он поднялся. — С вашего позволения, моя госпожа, я отправляюсь.

— Будь быстр, мой муж, и возвращайся скорее.

Джима поразила связь между этими двумя, возникшая ещё до его рождения, но столь же крепкая, как у влюблённых, только что открывших свою страсть. На мгновение он позволил себе подумать о Мишель и задаться вопросом: способны ли обычные люди испытать чувство такой глубины, какое он только что увидел.

Томас обратился к Джиму:

— Куда ты хотел бы отправиться?

Джиму страстно хотелось ответить: «В Крондор, на тихий ужин с Мишель». Но вместо этого он сказал:

— Я хотел бы вернуться с вами, чтобы проверить, как поживают Каспар и остальные.

Томас кивнул:

— Тогда приготовься к путешествию, непохожему на всё, что ты испытывал до сих пор. Останься здесь ненадолго. Я позову тебя, когда будет нужно.

Джим склонил голову в согласии. Пока он ждал, к нему подошёл Калис.

— Джим Дашер, — произнёс эльф, протягивая руку для рукопожатия.

Калис был уникален — сын эльфийской королевы и её не совсем человеческого супруга. Он также дольше всех жил среди людей, служа прежнему принцу Крондорскому и создав легендарный отряд в армии принца — «Багровых Орлов». Это знамя до сих пор занимало почётное место в тронном зале, хотя сам отряд давно