Гнев Безумного Бога - Раймонд Элиас Фейст

юношей в ожидании вызова. Вокруг толпились воины — отцы, наставники, братья по оружию, — напутствуя молодых бойцов и призывая их стяжать славу своим домам и обществам. Ни на одном лице Накор не увидел и тени сожаления — лишь гордость за тех, кого избрали служить ТеКаране.

Бек сидел один у дальней стены, достаточно далеко, чтобы короткий разговор не был подслушан. Оглядев зал, Накор заметил, что некоторые из новобранцев имели при себе Ничтожных.

— Им разрешено брать слуг? — тихо спросил он.

— Да, — ответил Хиреа, — но ты же не думаешь…

— Именно так, — перебил Накор. — Я должен.

Их спор прервало появление Жреца Смерти в сопровождении двух дворцовых стражников.

— Я узнаю знаки Опустошителей и Садхарин, — произнес жрец, обратив взгляд на Бека. — Но на тебе нет знака. К какому обществу ты принадлежишь?

Прежде чем Бек успел ответить, Мартух сказал:

— Он мой оруженосец. Зовут Бек.

— Садхарин. Из какого дома?

Ситуация стремительно осложнялась — никто не предполагал, что гостям из первого мира придется выдерживать подобный допрос.

— Лангорин, — ответил Мартух.

Брови жреца едва заметно дрогнули.

— Твое имя?

— Мартух, — последовал ответ, сопровождаемый едва уловимым наклоном головы — настолько почтительным, что граничил с дерзостью.

— Ты известен даже здесь, Мартух из Лангорина. Это твой сын?

— Нет, — быстро ответил Мартух. — Он из семьи Ничтожных.

Накор задумался: не пытается ли Мартух таким образом добиться отстранения Бека?

Жрец казался озадаченным, в его взгляде читались любопытство и недоверие.

— Как это возможно?

Мартух посмотрел на Бека таким взглядом, что было ясно — он приказывал юноше внимательно следить за развитием легенды. Накор знал: хоть Бек порой казался одержимым до простоты, глупцом его назвать было нельзя. Жестокий, кровожадный, находивший удовольствие в чужих страданиях, но отнюдь не глупец.

Короткий взгляд Бека дал понять карлику-игроку, что тот последует версии Мартуха.

— Я нашел его во время охоты, — начал Мартух. — Мой младший оруженосец, сын старого товарища, загнал его в угол. Но Бек стащил его с седла, выхватил меч и убил.

— Впечатляюще, — изменилось выражение лица Жреца Смерти.

— Это еще не все. К моменту моего прибытия он уже зарубил этим мечом второго Рыцаря Смерти и тяжело ранил третьего. Стоял, вызывающе ухмыляясь, без тени страха, будто приглашая нас на смертный бой. В тот миг я понял, что должен взять его к себе, подготовить для особой роли. Теперь ясно, почему сама судьба свела нас — Темнейший отметил его для высшего предназначения.

— Очевидно, — процедил Жрец Смерти. Почти незаметный жест пальцем — и ближайший стражник рванулся к Беку.

Рука стража молнией опустилась к эфесу меча. В едином движении клинок вынырнул из ножен, описывая смертельную дугу к шее Бека.

Но прежде чем лезвие успело освободиться, Бек сместился вправо, выхватывая собственный меч. Один точный удар — и его клинок пронзил живот стража, пробив доспех насквозь, так что острие показалось из спины.

Мартух и Хиреа отступили, чтобы выхватить свои мечи, в то время как Накор отошёл в сторону, пока его игнорировали, но он был готов защищать себя и Бека любыми «трюками» из своего арсенала.

Но к всеобщему удивлению, Жрец Смерти скомандовал:

— Стой!

Второй стражник замер в боевой стойке, но не атаковал.

Бек оскалился в ухмылке Жрецу:

— Испытание?

— Впечатляюще, — повторил Жрец, переводя взгляд на Мартуха. — Вы не первый глава дома, приукрашивающий подвиги воина, чтобы стяжать славу своему роду и сообществу. Ваш рассказ казался мне неправдоподобным, но теперь…

Он бросил взгляд на Бека, легко выдернувшего меч из тела убитого, и добавил:

— Я верю, что этот юноша, с мечом, который впервые взял в руки той ночью, убил двоих…

— Троих, — поправил Мартух. — Раненый умер вскоре после.

— …троих ваших Рыцарей Смерти. — Жрец повернулся к Беку: — Встань.

Бек поднялся во весь рост, если сидя он выглядел внушительно, то теперь его облик удвоился в грозности. Дасатийский облик сделал его даже крупнее и опаснее, чем в человеческой форме.

Мартух заметил:

— Это была более чем честная сделка. Он стоит дюжины воинов.

— Этот, я думаю, быстро пойдёт вверх, — произнёс Жрец Смерти. Он бросил взгляд на Накора. — Это Прислужник Бека?

— Да, — ответил Мартух. — Я отдал ему эту вещь некоторое время назад.

— Идём со мной, — сказал Жрец Смерти Беку, и Накор последовал за юношей.

Молча, Накор вознёс краткую молитву любому доброму богу, который мог бы случайно услышать. На мгновение он оглянулся через плечо на Мартуха и Хиреа, затем последовал за своим странным юным спутником прямо в самое сердце зла.

* * *

Паг был почти измождён, когда они наконец приземлились. Неожиданным осложнением их способа передвижения стали особенно свирепые летающие хищники, обладавшие необычайно острым восприятием. Чудовищная атака на высоте в несколько сотен футов над другим районом города едва не заставила его потерять контроль — что убило бы их всех меньше чем через час пути. Вместе с Макросом они уничтожили стаю крылатых убийц, пока Магнус удерживал их от падения.

После этого происшествия Пагу пришлось перестроить заклинание невидимости, чтобы оно охватывало диапазоны за пределами дасатийского зрения и обманывало тепловое восприятие хищников. Он проявил чудеса изобретательности, создавая эту мистическую маскировку буквально на лету, но заплатил за это почти полным истощением к моменту прибытия.

Валко перенёс путешествие со стоицизмом, который посрамил бы даже цуранийский, подумал Паг. Если хоть одного молодого дасатийского воина можно было назвать «симпатичным», то это был Валко. Он всего лишь дважды упомянул о почти непреодолимом желании убить их, но лишь в контексте трудностей переосмысления старых ценностей, что для дасати было пределом откровенности, заключил Паг. По-своему, это даже восхищало.

Они достигли горной твердыни, невидимой для любого, кроме самого мощного магического сканирования, но Паг без труда ощутил её приближение. Возможно, это было следствием манипуляций с энергией, которые он контролировал почти целые сутки их путешествия через полмира. Макрос с облегчением вздохнул, когда они коснулись земли:

— Я не разделял твоей ноши, Паг, но боюсь, моё нынешнее состояние куда менее крепко, чем прежде.

— Есть ли опасность в приближении к этому убежищу? — спросил Магнус, выглядевший относительно свежим, несмотря на усилия последних суток. Паг был впечатлён выносливостью сына.

— Безусловно, — ответил Макрос. — Нам лучше просто стоять здесь и позволить им подойти к нам.

Почти час они ждали, пока наконец рябь в воздухе вокруг невидимой твердыни не возвестила о появлении четырёх молодых женщин. Паг предположил, что это либо самые могущественные из Ведьм Крови, либо те, кого они могли позволить себе потерять в случае конфликта.

— Вы здесь незваные, — произнесла их предводитель, высокая по меркам своего народа женщина-дасати