Абсолютный слух. Счастливчик Майки (СИ) - Федотов Александр Викторович

— Сегодня, мы порадуем Вас новыми песнями. Они, прозвучат впервые! Вы, будете первыми, кто их услышит!!! И, так! Песня: «Отель Калифорния»!!!

Я, уже стоял с гитарой наготове, а Маша, пока, скрывалась за ударной установкой Роберта. Я заиграл вступление перебором и чуть погодя, меня скромно поддержала соло гитара Ренди, дважды ударил барабанщик Роберт и я запел. Молодежь, освободила место в центре площадки и из толпы вышли жених с невестой. Они плавно закружились в танце в центре площадки и все стояли и смотрели на них. Спустя минуту к ним стали присоединяться другие парочки. Я пел, эту потрясающую песню и испытывал душевный подъем. За столами, прекратили разговоры, гости солидного возраста и на танцевальной площадке, стало не хватать места для танцующих пар. Маша, очевидно, решила, что все слишком заняты, что бы обращать на нее внимание, не скрываясь, покинула свое укрытие и встала на виду у всех, опираясь на ажурное ограждение веранды. Она рассматривала танцующие пары и ее лицо, время от времени, озарялось странной, торжествующей улыбкой. Я нажал на педаль фузза и заиграл финал, парочки продолжали танцевать, Маша посмотрела на меня и показала свой кулачок, с оттопыренным большим пальцем. Я закончил игру, отзвучала тарелка ударника и после двух секундной паузы, молодежь разразилась восторженными криками, молодое поколение устроило бешеную овацию, кое кто из парней свистел не жалея своих легких, старшее поколение тоже аплодировало стоя. Крис подождал, когда овации утихнут и сменил меня у центральной стойки микрофона.

— Мы, очень рады, что вам понравилось — сказал он в микрофон — и у нас есть для Вас, еще одна новая песня! Она называется: «Дорога в ад»!!!

Он, вернулся к своей «Ямахе», немного приподнял «журавль» микрофонной стойки и дал знак барабанщику. Тот, начал и ребята его поддержали. В аранжировке этой песни, я, не участвовал из — за печальных событий в банке и последующих похорон. Но, тем не менее, нашел куда пристроить звучание своей гитары, импровизировал, применял фуз, стараясь не выделяться из общего звучания. Крис пел, его голос, на мой взгляд, проигрывал голосу Ри, но это знал только я. Танцевальные парочки разделились по интересам, некоторые танцевали в быстром стиле, а другие кружились в медленном танце.

А, на другой стороне Земли, сейчас раннее утро, и в одном из сел средней полосы, наверняка, сейчас тоже, готовятся к свадьбе. Соседи, с утра пораньше, притащили свои столы и стулья, и в саду, уже собран праздничный стол. А, в девять часов, заявится жених с дружками и попытается отбить невесту силой, но подружки невесты перещупанные парнями, отстоят ее с визгом и хохотом и тогда жених осыплет их никелем, который сойдет за серебро и невесту передадут ему с рук на руки. Все соберутся, неторопливое шествие направится к сельсовету, где, как и положено, председатель их распишет. После, он закроет контору и отправится вместе со всеми гулять на свадьбе. На крыльце, парни и девушки осыплют жениха с невестой пшеницей, что бы в доме не переводился хлеб и шествие потянется обратно к дому. И зазвучат шутливые тосты, которые будут вгонять в краску невесту, самый мелкий, невзрачный мужичок, опрокинув очередную стопку вдруг закричит: «Горько!» И гости его поддержат: «Горько!» Невеста откинет фату подставит жениху губы и они будут целоваться под одобрительные крики гостей. А к трем часам, самый нестойкий, окажется под столом и будет спать там целых три часа. Парни с девками затеются плясать «русского», да так, что на столе зазвенит посуда, он проснется мучимый жаждой, водка к тому времени закончится и он потянется к бутылке самогона, чистого, как слеза. Жених с невестой пошепчутся, втихомолку покинут гостей и спрячутся на сеновале, но не пройдет и часа, как они вернутся к гостям. Новоявленный муж, будет гордо поглядывать на холостых парней, а невеста будет краснеть под насмешливыми взглядами, еще не старых, матерых мужиков, которые повидали в жизни многое и которых осталось так мало, после последней войны. А, кто — то, в сумерках, уже поет матерные частушки, прерываемый взрывами хохота и гармонист уже бледный от выпитого, сохраняет очень серьезное лицо, потому, что для всех это праздник, а для него важная, ответственная работа.

Здесь, тоже танцуют и фигурки девушек обтянутые тонкой тканью радуют глаз, вот только, нет того огня…

Крис, закончил свой номер и тоже получил, свою минуту славы. Он посмотрел на меня вопросительно и я кивнул на Машу которая по прежнему стояла у всех на виду. Надо было ее оттуда убирать, поскольку, она всерьез отвлекала внимание зрителей от музыкантов и Крис объявил ее песню. Мы заиграли и Маша запела, если бы я ее не знал, никогда бы не подумал, что она выступает перед публикой впервые. Она естественно двигалась, а во время припева начала пританцовывать. «Не смотри на меня братец Луи — луи — луи, — пела она — не нужны мне твои поцелуи — луи — луи»… Даже молодежь начала танцевать не сразу, а с минуту поглазела на ее выкрутасы. «Старички» встали со своих мест и начали ей прихлопывать. У меня зашевелилось в груди, что — то вроде ревности. Тут, профессионалы выступают, а какая — то пигалица, делает их, как стоячих. Маша закончила петь, картинно раскланялась на три стороны и то, что ей устроили, не шло ни в какое сравнение с тем, что было у нас с Крисом. Мы с Крисом, стояли, как бедные родственники, посреди шумного бала.

— В чем дело, — спросил я Криса — почему такая реакция, на в общем — то, посредственную вещь?

— У, нее, хороший контакт со зрителями, — поморщился Крис — умеет завести толпу, природный дар, наверное, была бы она постарше, хотя бы, на пару лет, с удовольствием взял бы ее в группу!

Овации, наконец, стали утихать, Маша вторично раскланялась и прошла мимо нас, кинув ехидный взгляд на Криса. Она не стала прятаться, устроилась у бокового ограждения веранды, больше нам не мешая.

— Ну, что, — спросил Крис — я объявляю детку?

— Объявляй, — сказал я — мы, сейчас ей утрем нос!

Видя, что у Маши все так хорошо получилось, я тоже решил поплясать. Конечно, Машка, для меня самый близкий человек, но тут, видимо, сработала мужская солидарность и я решил ее переплюнуть. Народу нужны танцы? Будут танцы! Крис меня объявил, я заиграл вступление, потом запел, танцуя «шаффл» на малой амплитуде, здесь его начнут танцевать лет через десять, а пока попользуемся! На втором куплете я увеличил амплитуду, а на третьем выложился, как только мог. Разве, что по сцене на спине не ползал, как тот парень из фильма «Назад в будущее!». Мои старания были напрасны. Нет, я получил свою минуту славы, но до Машки, мне было далеко. Маша подбежала ко мне и повисла на шее.

— Майки! Ты классно выступал! Где, ты, так научился? А, меня научишь?

— Конечно Маша, что за вопрос, давай уйдем отсюда, не будем парней загораживать! — Идите потанцуйте, — сказал Крис — только будьте рядом, вас могут еще раз вызвать.

Танцевать мне не хотелось, были еще свежи, тягостные впечатления вчерашнего дня. Я выполнил обещание данное Крису и с удовольствием повез бы Машу домой, но оказалось что мои обязательства еще не окончены. Группа Криса продолжила свою программу. Я, изредка, узнавал знакомые вещи, но многие песни слышал в первый раз. Видимо, многие вещи, так и смогли преодолеть «железный занавес». Там, в Союзе, мне сейчас четырнадцать лет — ровесник Машки и я уже завидую уличным гитаристам. Вокруг них по вечерам собираются парни и девушки и я уже решил, что обязательно научусь играть на гитаре. И одновременно я здесь, полон сил и знаний, удивительная судьба. Нас действительно вызывали на «повтор». Крис еще раз спел «Дорогу в ад», я спел «Отель Калифорния», Машу вызывали два раза.

Парни перетаскивали оборудование в свой фургон, я тоже забрал свою гитару и педаль, мы с Машей готовились уходить, но Крис задержал нас. Он извлек из внутреннего кармана сложенный вдвое конверт, заглянул туда и вытянул две сотни протянув их мне сказал:

— Твоя двойная доля.

— Парням досталось всего по сотне?!