Утро псового лая. День вторжения-1 (том 1-2) - Андрей Завадский

Гость ушел, аккуратно притворив за собой дверь, а Берквадзе, чувствовавший, как в груди бешено колотится сердце, неподвижно сидел за столом, уставившись на лежащую перед ним кассету. Он не знал точно, что там могло быть запечатлено, но понимал, что эта запись является подлинной. Владелец "Нефтьпрома" знал, что в подобной ситуации люди такого уровня, как Захаров, и уж тем более Швецов, не станут устраивать розыгрыши и провокации, и тем страшнее было узнать, что же такое эти люди накопали на него, Гоги Берквадзе.

К залу для переговоров, в котором и происходила беседа Громова и Берквадзе, примыкала небольшая комната отдыха, в которой всесильный босс нефтяного концерна мог уединиться, утомившись от деловых встреч. Именно туда и направился Берквадзе, но мысли его в этот момент были далеки от отдыха. Гоги не доверял сейчас никому, и потому не стал просить секретаря или кого-то из своей службы безопасности устроить ему просмотр кассеты. В комнате отдыха помимо мягкого дивана и пары кресел, а также бара с разнообразными напитками, находилась мощная видеосистема, которой сам Берквадзе пользовался очень редко. Помимо современных лазерных дисков или еще более экзотичных носителей информации, посредством ее можно было воспроизводить и устаревшие, почти исчезнувшие кассеты.

Вогнав плоскую пластиковую коробочку в щель приемника, Берквадзе включил воспроизведение и тяжело опустился в глубокое кресло напротив большого плазменного экрана. Едва только появилось изображение, глава "Нефтьпрома" вспомнил место и людей, заснятых неведомым оператором. И он понял, что иного выхода, кроме как принять предложение Громова и тех, кто стоит за ним, уже не осталось.

На экране было видно, как из стоящего возле распахнутых ворот, украшенных красными звездами, американского внедорожника "Форд" выбираются два человека, в одном из которых Берквадзе мгновенно узнал самого себя, только на пленке ему было на одиннадцать лет меньше. Его спутником был тот, кто совсем недавно занимал первые строчки в розыскных списках всех российских спецслужб - Лечи Довгаев, известный также под прозвищем Механизатор.

Один из множества чеченских полевых командиров, сражавшихся с русскими войсками, Лечи не был самым могущественным, хотя и являлся одним из таковых, но его жестокость и цинизм, с которым он планировал и совершал свои акции, поражали даже его собственных товарищей по оружию. И тогда, одиннадцать лет назад, еще только начинавший развивать свой бизнес Берквадзе сделал ставку именно на этого кровавого маньяка, боевики которого чуть позже сожгут в один день два села, населенных русскими, на Ставропольщине, оставив под руинами больше полутора сотен жертв.

Судя по качеству записи, съемка велась скрытой камерой, установленной, скорее всего, на ком-то из немногочисленных охранников, сопровождавших тогда еще далеко не столь известного и состоятельного бизнесмена в этой поездке, целью которой был гарнизонный склад на Урале. Подумав о том, что в те времена среди его окружения были информаторы, сотрудничавшие со спецслужбами, Берквадзе заскрипел зубами, понимая, что и сейчас рядом находится множество "стукачей", сообщающих тому же Громову о каждом его шаге.

-- Надеюсь, ваш полковник не кинет нас, - спросил Довгаев, настороженно озиравшийся по сторонам. - Это надежный человек?

Полевой командир, оказавшийся вдали от своих бойцов, сопровождаемый лишь Берквадзе, а также его шофером и единственным телохранителем, заметно нервничал. И причины для этого у него были, ведь, хотя Гоги Берквадзе дал гарантии безопасности, договорившись со спецслужбами, от досадных случайностей никто не был застрахован. К тому же у Довгаева хватало недоброжелателей и кроме "ментов", и не от всякого можно было просто откупиться.

-- Это продажная шкура, - сквозь зубы бросил Берквадзе, выглядевший совершенно спокойным. - Но он любит деньги, и сейчас остро в них нуждается, - презрительно оскалился Гоги. - Поэтому он будет честен со мной и с тобой тоже, до тех пор, пока мы ему будем платить. Кстати об оплате - эта сделка обойдется мне очень дорого. Надеюсь, ты помнишь, о чем мы договорились, Лечи?

-- Разумеется, - развел руками чеченец. - Не переживай, дорогой, мы, вайнахи, хозяева своему слову. Как только Чечня станет свободной, твоя фирма получит неограниченную концессию на добычу нефти. Все будет в порядке.

Довгаев успокаивающе похлопал собеседника по плечу, и сидевший по другую сторону экрана Берквадзе только сейчас, одиннадцать лет спустя, понял, что с трудом сдерживал тогда отвращение, находясь рядом с чеченцем.

-- Надеюсь на это, - кивнул бизнесмен. - Не хотелось бы, чтобы эти вложения не принесли дохода

-- У меня есть еще предложение, - меж тем продолжил Довгаев. - Ты знаешь, что воевать с русскими готовы многие чеченцы, тысячи, даже десятки тысяч. Но это не солдаты, а мирные люди, и от них не будет много пользы. Нам нужны опытные инструкторы, которые обучат моих бойцов сражаться, пользоваться новым оружием. У тебя есть несколько нефтяных вышек в Дагестане, я знаю. Ты сможешь сделать так, чтобы в качестве рабочих туда прибыли арабы-наемники, которые сейчас ждут в Грузии? Вместо того чтобы тайком переходить границу, они могли бы попасть в Россию вполне законно, а уже потом перебраться в Чечню.

-- Это слишком сложно и рискованно, - с сомнением произнес Берквадзе. - Я не уверен, что им удастся въехать в страну даже по поддельным документам, но я могу попробовать. Только за эту услугу ты будешь платить не обещаниями. Я хочу, чтобы всю нефть, которую вы добываете на своих кустарных заводах, продавали мне, а я уже сам займусь ее дальнейшей судьбой. Вы сейчас торгуете в России подпольным бензином, так теперь им хочу торговать я.

-- Мне не принадлежит все, - сокрушенно сказал чеченец. - Некоторые владельцы подпольных заводов могут отказаться, но то, чем владею я, станет твоим с этой секунды. А со всеми остальными я поговорю, обещаю тебе.

Берквадзе смотрел и слушал, не отрываясь, Даше дышать стал реже, чем обычно. Если изображение было вполне сносным, хотя и несколько дерганым, звук оставлял желать лучшего, но владелец "Нефтьпрома", вспомнивший тот давний разговор, словно все случилось вчера, понял каждое слово.

Тем временем к беседующим стоя возле джипа гостям откуда-то из глубины низких кирпичных складов, возле которых стояли немногочисленные часовые, подошел невысокий полноватый мужчина в камуфлированном бушлате, украшенном полковничьими погонами.

-- Наконец-то вы явились, - на лице полковника читалось облегчение. - Я вас заждался уже. Давайте поскорее приступим к делу.

-- Конечно, дорогой, - тепло улыбнулся Довгаев, похлопав офицера по плечу. - Твое слово для нас - закон.

-- Идемте, - полковник, бросив недовольный взгляд на водителя Берквадзе, как раз выбравшегося из джипа и с наслаждением закурившего, направился к приоткрытым воротам одного из складов, увлекая за собой посетителей. - Поскорее, идемте!

Тот, кто укрыл на себе миниатюрную камеру, последовал за полковником и его гостями, шагнув в узкую щель меж тяжелых створок ворот. Мрачные внутренности большого здания были заполнены множеством деревянных ящиков, на каждый из которых была нанесена малопонятная для штатского, но абсолютно ясная любому военному маркировка.

-- Ну, что вас интересует? - офицер остановился в узком проходе между штабелями разнокалиберных ящиков, повернувшись лицом к своим спутникам и сложив руки на груди.

-- Мне нужны зенитные ракеты, - переглянувшись с Берквадзе, ответил Довгаев. - Лучше всего "Игла". Есть такие?

-- Ежели поискать, может быть, и найдутся, - довольно усмехнулся полковник, точно завзятый торговец с восточного базара. - Только "Иглы" - удовольствие не дешевое, - многозначительно произнес офицер. - У тебя есть, чем платить, дорогой?

-- Назови цену, - бросил Механизатор, с трудом скрывавший презрение. Верно, он часто пользовался услугами разного рода предателей, тех, кто забыл, какой народ его породил. Но это вовсе не означало, что Лечи Довагев искренне любил таких людей.

-- По пятьдесят штук баксов за ракету, - заявил полковник. - И не вздумай торговаться - ни на цент не сброшу.

-- Идет, - кивнул Довагев. - По пятьдесят, так по пятьдесят. И сколько у тебя есть?

-- Сорок комплектов. Годится?

-- Да, - Лечи вновь кивнул. - Годится. Еще мне нужны противотанковые ракеты, лучше всего - "Конкурс". У федералов есть танки с активной броней, их тяжело подбить из гранатометов.

-- "Конкурсов" нет, и будут не скоро, - покачав головой, ответил полковник. Кажется, ему было искренне жаль, что не удалось удовлетворить все запросы столь щедрых покупателей. - Возьми модернизированные "Фаготы". Они легче, пробиваемость почти такая же, как у "Конкурса", система управления точно та же. Я тебе могу продать тридцать пусковых установок и сотню ракет хоть сейчас.