В последний момент (ЛП) - Смельтзер Микалея

— Кто-нибудь, заставьте ее замолчать, — простонал Матиас, отплевываясь.

— Ты просто завидуешь, потому что ее не тошнит, а тебя — да, — возразил Мэддокс. Он встал рядом со мной, касаясь пальцами моего бедра. Я приподнялась на цыпочки и целомудренно поцеловала его в щеку.

Матиас вытер рот тыльной стороной ладони.

— Поверить не могу, что люди таким образом развлекаются, бл*ть.

Мэддокс закатил глаза.

— Как думаешь, смог бы ты разговаривать. не употребляя в каждом приложении слово «бл*ть» в разных вариациях?

Матиас рассмеялся.

— Не думаю, бляха-муха.

Мэддокс хмыкнул и повернулся ко мне.

— Он смешон.

— Он твой брат, — возразила я.

— И если бы мы не были похожи, я бы не знал, что мы родственники, — ответил он. Матиас услышал и погрозил ему пальцем.

— И я люблю тебя, гребаная принцесска, — усмехнулся Матиас.

Мэддокс прищурился.

— Ты говоришь это мне назло.

— Да, бл*ть, — ответил Матиас и зашагал по траве в сторону здания.

Мэддокс повернулся ко мне, выражение его лица было нечитаемым.

— Радуйся, что ты единственный ребенок, — проворчал он. — Братья и сестры — это отстой.

Я рассмеялась, взяв его за руку.

— Ты его любишь.

Он вздохнул, потирая переносицу свободной рукой.

— Ага, знаю. И от этого еще хуже.

— Вы идете?! — обратился к нам Матиас. Хэйс и Эзра маячили вдалеке.

— Да-да, — помахал ему Мэддокс.

— Знаешь, — сказала я так, чтобы Матиас не расслышал. — На самом деле я удивилась тому, что он сказал и как повел себя в самолете.

— Я тоже, — признался Мэддокс. — Но Матиас всегда защищает членов своей семьи, — он кротко взглянул на меня. — А он считает тебя частью нашей семьи.

При этих словах у меня перехватило дыхание.

— Ч-что?

Парень усмехнулся, притягивая меня ближе, чтобы прижаться губами к моему лбу в нежном поцелуе.

— Ты никуда не денешься, Эмма.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь его словами. Было приятно их слышать. Я была сильно влюблена в Мэддокса, и сейчас чувствовалось, что чувства были взаимны.

Достигнув парковки, мы разделились с ребятами. Троица прошла к массивному «Yukon» Эзры, а мы с Мэддоксом направились к его спортивной машине. Мой бедный маленький «Фольксваген» едва выезжал куда-нибудь этим летом. Вероятно, мне повезет, если я начну ездить на нем, когда начнется учеба.

— Знаешь, — начал Мэддокс, пристегивая ремень безопасности, — я кое-что понял.

— Что? — спросила я.

— Нам не нужны эти приключения… Да, это весело, но нам они ни к чему, чтобы хорошо провести время. Достаточно просто быть вместе.

Мое сердце заколотилось, пропуская удары в груди.

— Значит нам больше не требуется идти в поход? — произнесла я, поскольку была последним романтиком на земле.

Если я правильно помню, поход был последним мероприятием из нашего списка.

Он искренне рассмеялся.

— Нам не надо идти в поход.

— Слава Богу, — с облегчением выдохнула я. — Боялась, что у меня мозоли появятся.

Он улыбнулся мне, и от одной этой улыбки все мое тело наполнилось счастьем. Я и подумать не могла, что мои чувства могут быть настолько созвучны с чувствами другого человека, но с Мэддоксом у нас была полная синхронизация.

Я поняла, что влюблена в него.

И это не мимолетная любовь.

А настоящая, искренняя.

Вечная любовь.

Осознание не напугало меня так, как могло бы напугать пару месяцев назад. Наоборот, оно заставило меня улыбнуться. Мне удалось найти единственного человека, который идеально подходил мне.

— Куда мы теперь? — спросила я, положив голову ему на плечо и наблюдая за тем, как мир проносился за окном.

— Разве это важно? — спросил он.

— Нет, — ответила я.

Пока мы были вместе с ним, я знала, что меня ждет только хорошее.

***

— МНЕ ВСЕГДА ХОТЕЛОСЬ приехать сюда, — сказал Мэддокс, припарковав машину на обочине.

Мы находились высоко на горном склоне, и я знала, что внизу протекала река.

Мэддокс выбрался из машины и направился к краю.

Я сделала то же самое и села, свесив ноги через край.

Внизу под нами я увидела людей у кромки воды. Поток был слишком сильный, чтобы плавать или спускаться на байдарках. Но было красиво: волны разбивались о камни, зеленые кроны деревьев покрывали все вокруг.

Мэддокс сел рядом со мной и посмотрел на небо, прежде чем начать разговор.

— Иногда я забываю, как здесь красиво, — он закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Долгое время я хотел уехать подальше, а сейчас не представляю, как бы смог жить где-то еще.

Я обняла его за предплечье и положила голову на плечо.

— Понимаю, что ты имеешь в виду.

— Смогла бы ты снова увидеться с ним? — внезапно спросил он.

— С кем? — смущенно ответила я.

— Со своим отцом, — прошептал он.

Я пожала плечами.

— Сомневаюсь. Да, хреново, что он ушел, но без него лучше. Если бы завтра он появился и извинился за все, что сделал, возможно, я бы его простила и жила дальше… Но если не решит извиниться, то не стоит моего времени. Люди должны признавать собственные ошибки, а не прятать их. Не могу забыть о том, что он сделал, но могу простить, если он извинился бы, доказал, что заслуживает этого. Но не думаю, что снова о нем услышу. Раньше меня это не устраивало… — Я замолчала и добавила, забывшись. — Но теперь все в порядке. — склонила голову и посмотрела на него. — Почему ты спрашиваешь?

Он пожал плечами.

— Мэддокс, — настаивала я.

Он уставился на воду, мускул на его подбородке дернулся.

— В последнее время я думаю о своей маме… и задаюсь вопросом о том, смогу ли смириться с тем, что снова ее увижу… Не думаю, что смогу. Знаю, что надо оставлять прошлое в прошлом, но не смогу забыть все то, что она с нами сделала. Особенно с Матиасом. Я дерьмовый человек, да? — когда он посмотрел на меня, в его серебристых глазах я заметила тревогу. — Я похож на нее?

— Нет, вовсе нет, — быстро сказала я. — Ты через многое прошел, и кто-то вроде твоей матери… Прости, но мне кажется, что они не меняются. Некоторые люди просто злые.

— Ты права, — он положил ладонь на мою щеку, поцеловав в макушку. Сглотнул, посмотрел вниз на воду и пнул ногой выступ. — Мне не хочется закончить так, как она.

— Этого не случится.

— Как ты можешь быть уверена в этом? — он смотрел на меня глазами, полными боли. Мне не нравилось видеть его таким.

— Потому что ты уже не такой, как она. Ты хороший и добрый.

Он вздрогнул, словно мои слова укололи его.

— Я — лжец.

— Нет, ты не такой, — я покачала головой.

— Такой, — он сжал челюсти, и когда я посмотрела на него, клянусь, в его глазах стояли слезы, но он быстро оправился. — Но я не сожалею о своих решениях, совсем не сожалею.

— Мэддокс, о чем ты говоришь? — я совершенно растерялась. Откуда все это?

Он покачал головой вперед и назад, разминая шею. Поднялся, протягивая мне руку.

— Сейчас не время.

— А когда будет время? — допытывалась я. Что-то его беспокоило, и мне хотелось разобраться в этом.

Мэддокс отвел взгляд в сторону и снова посмотрел на невероятный вид, раскинувшийся перед нами.

— Никогда.

Глава 21

— С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ тебя, — пропела мама, ворвавшись в комнату до восхода солнца. — С днем рождения тебя! С днем рождения, дорогая Эмма! С днем рождения тебя!

Двенадцатое августа. Мой день рождения. Дрожала ли я от волнения? Нет.

— Спасибо, мам, — простонала я, уткнувшись лицом в подушку.

Кровать прогнулась, когда она села на край и убрала подушку от моего лица.

— Полагаю, мы могли бы отправиться в «Мэриголдс» и позавтракать. Закажем сэндвичи с яйцом.

— Звучит неплохо, мам, — зевнула я. Прошлой ночью я поздно вернулась от Мэддокса. Мы устроились в подвале и устроили марафон по «Властелину колец». Даже Эзра, Хэйс и Матиас присоединились к нам. По некоторым намекам я поняла, что он что-то запланировал на мой день рождения, но не знала, что именно. Молилась лишь, чтобы это была простая вечеринка. Мне никогда не нравились вечеринки.