Ведьма для деликатных поручений - Олеся Шалюкова

Впрочем, у меня был способ немного скрыться, самоустраниться от бала, примерив маску. Не хотелось мне сегодня быть ни в центре внимания, ни кому-то его оказывать. Поэтому я так и сделала, поглядывая на своих врагов и друзей.

Шейла была в кругу кавалеров. Кира смущенно улыбалась какому-то эльфу. Среди присутствующих были все курсы: и первый, и второй, и третий, их гости, друзья, близкие. Мелькали девушки, которых я спасала по ночам, они смеялись с родными, важными для них людьми… А мне было одиноко, мне хотелось домой, хотелось, чтобы меня просто обняли, сказали, что всё будет хорошо. Что это тоже пройдёт, что это временно. И за долгой зимой придёт лето…

— В такую ночь прекрасная юная леди не должна быть одна, — укоризненно возвестил кто-то за моей спиной, а когда повернулась, я едва устояла на ногах. Из прорези маски на меня смотрели молодые глаза цвета индиго. Ахнув, я сделала пару шагов и повисла на шее смеющегося короля.

— Ну-ну, — подмигнул он, — а мы тут инкогнито.

— Мы?

— А меня обнимешь?

Рыжие вихри даже не потускнели, и глаза сверкали всё так же лукаво. Шагнув ближе, я оказалась в объятиях Дайре.

От моих спутников прибывших инкогнито, окружающие отводили глаза, а я стояла в обнимку с королем, напрочь забыв про все правила этикета, и мечтала о том, чтобы ночь этого бала не кончалась.

Мы танцевали, разговаривали обо всем на свете, и айсберг на моём сердце подтаивал.

Они уехали на рассвете, а я стояла на крыльце, махая вслед рукой, пока коляска не скрылась из вида. Потом пошла в сторону парка.

Платье шелестело по снегу, наст чуть хрупал под сапожками. Вокруг раскинулось искристое полотно, насколько хватало глаз. В ветвях деревьев запутались длинные гроздья сосулек.

Я шла, испытывая совершенно дикое желание — мне хотелось петь, мне хотелось танцевать и праздновать рождение жизни. Вокруг никого не было, но удовлетворить своё желание мне можно было только на поляне у древа жизни, а туда надо было сначала дойти.

Они вышли из темноты — четверо мужчин, совершенно обычных и человеческих.

Вместе с ними была Шейла.

Графиня насмешливо оскалилась мне в лицо.

— Потом скажут, что эти ребята проникли с гостями, но никто ничего не докажет и никто никогда не найдет заказчика. Просто деревенская курица перешла кому-то дорогу. Вот и всё. Я бы хотела, чтобы ты помучилась, но мой любимый велел, чтобы тебя убили побыстрее.

— А кто у нас в любимых? — поинтересовалась я мягко.

Шейла облизнула губы:

— Пусть даже ты и королевская подстилка, тебя это не касается.

— А если ты ошибаешься, и всё дело совсем не в том, что ты там сама себе придумала?

— А меня не интересует это. Сделай доброе дело, сгинь, растворись, исчезни! Появилась тут, кем ты себя возомнила? Принцессой из курятника? Или может быть, ты вообще на руку и сердце короля замахнулась?

Я невольно усмехнулась.

— Извини, рука короля мне без надобности, а его сердце мне и так принадлежит. Не боишься, кстати, что мою гибель тебе не простят?

— А я тут не при чем. Десяток свидетелей готовы показать, что я сейчас в другом месте. А среди отпрысков королевской семьи магией разума не владеет ни один, хотя у каждого принца по четыре стихии. Ко мне же никто из дознавателей не имеет права приблизиться, такая досада! Ладно, подстилка, пока-пока. Обещаю, когда тебя будут хоронить на кладбище за парком, я даже уроню по тебе одну или даже две слезинки!

Сделав насмешливый реверанс, Шейла двинулась обратно к корпусу ландышей. Я осталась одна. Ну, это если не считать четырёх убийц с кинжалами. Считать мне их ужасно не хотелось. Хотелось, чтобы вся эта шобла взяла и сама собой куда-нибудь делась. Драться мне не хотелось…

— Ребят, — предложила я задумчиво, — а давайте мы разойдёмся тихо-мирно? Скажете, что вы меня смертельно ранили, но добить не смогли, ибо вас кто-то спугнет. А этот кто-то окажется какой-нибудь воспитанницей со стихией жизни. Вот честное слово, убивать вас мне не хочется, да и меня в другом месте уже ждут! Так, может, договоримся? Нет? А я ведь так старалась…

Арбалет у меня был двухзарядный, и первая стрела вошла в горло того, кто показался мне самым опасным. Второй болт нашёл свою посадочную полосу в глазу типа с очень сальным взглядом.

Разрядившись, арбалет свернул дуги, прячась обратно под рукав.

— На два разделили, — подытожила я, разглядывая двух переглядывающихся убийц. Кинжалов у меня было три. Два метательных на бедрах, а ещё один маленький был спрятан в фальшивом поясе.

С кинжалами я обращалась не настолько уверенно, чтобы бросать их по очень вертлявым целям. Надо было ждать удобного момента.

Убийцам ждать ничего не надо было и не хотелось, и они сорвались с места.

И я закрыла глаза. Если я чему-то и научилась кроме танцев, так это предугадывать атаку, совсем немного, всего за мгновение. Долю секунды!

Кинжал лёг в левую руку, второй в правую. Убийцы прыгнули на меня, а я, падая на снег, швырнула кинжалы.

Увы, удача была ко мне благосклонна только наполовину. Одного я убила, второй увернулся. Труп упал к моим ногам, пачкая искристое серебро снега алой влагой.

Край перламутрового платья пропитался багровым.

— А ты не так проста, деточка, — убийца убрал зубочистку кинжала в ножны, вытащив вместо неё из ножен меч. — Может статься, я с тобой ещё и повеселиться смогу.

Ага. Этот точно сможет, даже сомневаться нечего. Вот что мне с ним делать?! Я его не убью, а он меня может. Профессиональный убийца, тут и гадалкой быть не надо. Хотя нет, гадалкой быть не надо, я ведьма, а это хуже.

В воздухе что-то сверкнуло, плечо обожгло, и я отшатнулась назад. Правый рукав-крыло платья, а от него и корсет с набивной вышивкой набрякли алым.

Но ведь убийца даже не сдвинулся с места! Как он это…

Маг. И более того, по его руке, его плечу тоже бежала кровь.

— Надо же, — удивился он, — защита. Мало того, что тебе руку не срубило, так ты еще и мой удар отразила. Какое интересное эльфийское плетение, что это лордик тебя защищает, зазнобушку завёл среди студенток? А, я понял, ты не только королевская подстилка, ты ещё и эльфийская!

— Ты уверен, что хочешь продолжать разговор в таком тоне? — разозлилась я, хотя хотелось сказать чётко, по-русски и в нескольких словах, куда этому типу идти с его гнусными инсинуациями. Плевать, что леди не положено, но не будет всякая погань на меня своим грязным языком напраслину возводить!

— Ты смотри! Разозлилась! Ути, деточка, давай пожалею!

Как меня собрался этот тип жалеть, я не знаю, но в тот момент, когда он тронулся с места, я поняла, что сама никуда двигаться не могу. На мне лежали путы. Плетение, весьма интересное, кстати, отправилось в нужное место в призрачной библиотеке. Мой верный кинжал засветился, разрывая чары, прыгнул мне в руку, и рукоятью — это было быстрее, чем вытаскивать его из ножен, я ударила убийцу в зубы.

— Неплохо! Очень неплохо, — обрадовался тот ещё больше, отскочив. — Магесса со стихией предвидения, просто маркиза, а в руке один из артефактов королевской династии. А часом не собирается ли король, действительно, на тебе жениться? Девка ты молодая, а у него срок вдовства уже прошёл. Королева из курятника, конечно, будет, ха-ха-ха! Все королевства потешаться будут! Ой, умора!

Моя хладнокровная половина, которая прошедшие полгода спала и учила что-то, проснулась мгновенно.

«А вот это он зря сказал. Ну-ка, пусти меня. Сейчас этот блохастый с длинным языком кровью умоется, чтобы неповадно было трепать им налево и направо».

Я могла возразить, что справлюсь и сама, что и без её помощи убила уже троих. Но я была… Кем я была? Я не могла найти ответа на вопрос, и поэтому просто отступила в сторону, выпуская на свободу ведьму.

Убийца даже не понял, что случилось. Он смотрел на меня и видел раненую трясущуюся аристократку, когда на её месте уже появилась я — настоящая, я — ведьма.

Хочешь обмануть врага — обмани друга.

Хочешь обмануть окружающих — обмани сначала себя.

И я пошла на этот обман совершенно сознательно. Для того, кто владеет навыками гипноза и довольно самостоятельной шизофренией, не составило особого труда поставить себе пару блоков.

Пока окружающие видели аристократку с предвидением, к концу шестого месяца я уже могла пользоваться тремя стихиями. По два месяца уходило на формирование каждой. И если первой стихией я взяла предвидение, ставя намеренно себя в сторону от активных боевых действий, то второй я выбрала себе огонь, за ним воздух. И мне не были знакомы откаты. Я могла, как и все ведьмы, использовать одновременно хоть десяток заклинаний.

В последний момент убийца уловил что-то недоброе, бросился в сторону от летящих на него воздушных лезвий, засмеялся.

— Вот тебе и… — заканчивать свою фразу в этот раз не пожелал, хмыкнул, поднимая руки: — Понял, был не прав, приношу свои искренние извинения. Отпустишь?