По следам обречённых душ (СИ) - Ласточкин

всё больше и недовольно пыхтеть. В придачу разбирать непонятный почерк профессора флофа, походящий на корни растительности, было той ещё «забавой». Они бы рылись ещё дольше, если бы Присфидум не заметил, что свитки, относящиеся к экзаменам украшены двумя зелёными стразами на деревянном кругляше. Дело пошло гораздо быстрее, хоть напарница и не перестала бурчать и возмущаться себе под нос.

— Нашла! — радостно прощебетала Калеса.

Нахмуренные брови напарницы вернулись на привычное место. Облегчённо выдохнул и Малер. Наконец, поиски закончились, но расслабляться не приходилось, ведь близилось время обхода.

— Давай быстрее сканируй и валим отсюда, охранник скоро пойдёт по этажам.

Калеса отложила свиток на стол и в этот миг в здании вдруг загремели, точно раскаты грома, разбивающиеся стёкла, а следом за ними, послышался непонятный шум. Малер чуть не подпрыгнул от неожиданности, а сердце резво начало биться в груди. Табун мурашек пробежался по всему телу, точно электрические разряды, даже волосы на голове, казалось, встали дыбом. Калеса, не сдержавшая испуга, подпрыгнула, запнулась о собственные ноги и повалилась на стол позади. Лежавшие на нём свитки повалились на пол, а академка, как парализованная с ужасом смотрела на дверь. Малер, не мешкая, усилил слух. С первого этажа доносились звуки по меньшей мере десятка шагов. Это были явно не профессора и точно не студенты, как бы того не хотелось. Волнение и нервозность достигли своего пика. Студент сумел различить возмущённый крик охранника, а после звуки ударов. Сердце готовилось провалиться в пятки.

— Быстро, хватай свиток, нужно уходить! — Встревоженный голос Малера, заставил Калесу начать двигаться.

Однако она всё ещё была под впечатлением от настигшего испуга, когда с ужасом опустила глаза на пол. В её руке уже не было свитка, а свалившиеся со стола, успели раскрутиться и смешаться между собой. Она бросилась на пол и начала судорожно перебирать их один за другим. Малер смотрел, как Калеса быстро сложила свитки с коричневыми и зелёными кругляшами на место. Оставшийся последний свиток с зелёным деревянным кругляшом и стразой, она подхватила с пола и прижала к груди.

Малер напрягся, когда общий табун шагов разделился и они, точно бусины, разбежались в разных направлениях. Он перевёл взгляд на Калесу, осознавая, что творится непонятная чертовщина. Уже не думая ни о каких ответах, он в один шаг преодолел расстояние, схватил Калесу за руку и потянул на выход.

Кровь по венам бежала так быстро, что закладывала уши. Он обратил внимание на испуганный взгляд напарницы и то, как она намертво вцепилась в ответы. Решительно дёрнул её вперёд, и они помчались по коридору ещё быстрее.

Усилить слух на максимум Малер не мог, ведь тогда бы он полностью лишился зрения, да и это было очень опасно. Проворачивать такой трюк представляло большой риск — ослепнуть навсегда, а со зрением прощаться он точно не торопился. Воспользоваться силой снова, он пока не мог, требовалась небольшая передышка, а от перепуганной Калесы не было никакого толка.

Он понимал, что ответственность за то, чтобы они выбрались, легла на его плечи. Не невредимыми, но хотя бы целыми.

Несясь вперёд, они приближались к коридору за углом. Калеса пискнула, чуть запнувшись от слишком быстрого бега, это отвлекло Малера, что сподвигло обернуться. Они внезапно налетели на кого-то. Сила удара откинула их по разным сторонам. Повалившись на пол, академец открыл глаза и с ужасом понял, что перед ними тенадасер.

Академия кувелов, общежития студентов

Звезды тускло мерцали в ночной тиши, а убывающая луна внимательно наблюдала за происходящим на земле. В сгущающемся ночном сумраке, она могла разглядеть крадущегося Флатэса, нервно оглядывающегося по сторонам. Огненные пряди волос выглядывали из-под капюшона, пока его яркие голубые глаза, поблёскивающие в холодном свете и сканировали местность. Он отдалялся от общежития, думая, что его друг невероятный кретин, из-за чего Игнэйру приходится ночью шататься по кампусу, в его поисках.

Он всё ещё злился на безрассудство Малера, которое прежде тот не выражал настолько яро. Флатэс уже знал, что надаёт ему по голове, когда будет оттаскивать за шкирку от академии.

Проходясь по шуршащим под ногами листьям, он так же думал, что сильно оплошал, ведь в надежде, что сосед зайдёт в комнату, слишком долго просидел в ожидании и выдвинулся, когда часы показывали почти половину первого ночи. Флатэс раздражённо посмотрел на время, проклиная Малера и себя за всю эту нелепицу.

Ночной ветер был более колюч, чем днём. Он усиленно пробирался под толстовку Игнэйра, однако тот не чувствовал холода и практически никогда не мёрз, как бы не одевался. Когда другие стучали зубами, укутываясь в тёплые куртки, Флатэс весело хохотал, разгуливая в обычных толстовках или в тонких ветровках нараспашку.

Вот и сейчас, когда обычный человек бы уже начал мёрзнуть в такой лёгкой одежде, Флатэс ощущал приятную прохладу, чувствуя, как его горячая кожа остужается. Он всегда был устойчив к низким температурам благодаря огненной способности, это несомненно было плюсом, ведь когда смотрел на друзей, ежащихся и дрожащих, он тоже начинал недолюбливать морозы.

Впереди начало виднеться здание академии, спустя пять минут ходьбы. Академец прибавил темпа и помчался быстрее. Он так торопился, потому что боялся опоздать, и что друг уже мог натворить дел. Эта мысль подталкивала его вперёд не хуже мощного толчка ветра в спину.

Когда он уже ступил на дорожку, ведущую прямиком к учебному заведению, вдруг заметил, как неподалёку мелькнули яркие рыжие волосы, собранные в хвост. Худенькая фигура юркнула к деревьям и остановилась. Флатэс не сразу поверил глазам.

«Только этого не хватало!» — промелькнуло у него в голове.

Он перешёл на бег, при этом ступал почти бесшумно. Когда подкрался достаточно близко к нерадивой шпионке, положил руку на её плечо, отчего та взвизгнула от испуга. Её лицо обуял страх, и сама она содрогнулась. Обернувшись и вовсе замерла, явно потеряв дар речи. Её вздёрнутый нос трусливо дёрнулся, точно, как у кролика перед лисицей, мягкие девичьи черты лица вытянулись, а и без того большие глаза распахнулись, сделавшись ещё больше. В любой другой ситуации Флатэс бы пошутил, но сейчас ему было не до этого.

Он был зол и серьёзен, а потому, когда улыбка скользнула ему на губы, он точно знал, как угрожающе выглядит в этот момент. Приподняв брови и сверкнув зубами, он доброжелательным и одновременно угрожающим тоном спросил:

— Лания, а ты чего это тут забыла?

Глава 8. И станет звон началом. Часть 1

Академия кувелов

Тишина. Изредка завывающий морозный ветер вёл себя, как хозяин, раздувая