Порочное влечение - Глория Макова

меня на его большой стояк. Агрессивно, ритмично и жестко он таранил меня, а я могла, лишь сцепив зубы, сдавленно стонать, ловя реальность, цепляясь за уплывающее от удовольствия сознание.

Мы не сдерживали себя, если кто-то услышит, это его проблемы. Мужчина с громкими шлепками имел меня на кухне, тоже шипя и учащенно дыша. Как же долго мы этого ждали, как хотели этого. Я с первой нашей встречи в его офисе… И пошел весь мир к черту с его правилами и ограничениями. Он мой, а я его. Теперь не только морально, но и физически. И пусть потом будет мучительно больно, сейчас я счастлива и вот-вот кончу…

Яр торопливо вышел из меня и развернул к себе лицом, не встретив какого-либо протеста или сопротивления, приподнял за талию, усадил на столешницу, на самый край, заставляя сильнее раскрыться перед ним. Он подтянул меня ближе и резко вошел, целуя мои губы, сминая ладонью мою грудь через ткань сарафана. Так ощущения стали острее, угол его проникновения поменялся, а внутри еще не все успело приспособиться к этому. Я вскрикивала в его рот с каждым новым выпадом, а он крутил бедрами растягивая меня и с упоением, резко и грубо имел.

Раньше я думала, что могу получить только клиторальный оргазм, а теперь… Внутри что-то натянулось, он что-то задевал во мне… Откинула голову назад, ударяясь о шкафчик, но не чувствуя боли, внизу нарастал горячий шар, мышцы скрутило между ног и наконец-то он лопнул, затопив меня эйфорией, затмив разум, заставляя содрогаться и кричать от ярких ощущений. В этот момент вместе со мной кончал и мужчина, входя в меня короткими и рваными толчками.

Положив голову на его плечо, просто слушала наше частое дыхание и громкие удары сердец, что бились в унисон. Не хотелось шевелиться, такая усталость навалилась, а всё тело приятно ныло от разрядки.

— О-о-о-хре-е-е-неть, — раздалось пораженное от дверей. Душа моя ухнула в пятки, подняв взгляд, я столкнулась с перекошенным от ужаса и гнева лицом мамочки…

Глава 21

Станислава

Признаться, я не ожидала от этого очередного “семейного” ужина чего-то выдающегося. И исключительно поэтому для меня он стал неким откровением. Подумать только! Мы вчетвером — я, сестра, Ярослав Дмитриевич и Кирилл — вдруг ощутили это чувство единения. Здесь, в беседке на заднем дворе дачного домика четы Жаровых. Без ссор, склок и неоправданной лжи…Возможно, дело в том, что мы не пригласили маму?

Но всему когда-то приходит конец. Соня убежала на кухню с горой посуды наперевес, а чуть позже за ней последовал и наш будущий отчим. И вот настал момент, когда мы остались с Кириллом вдвоем. Наедине с тем, кого бы я меньше всего хотела назвать своим братом.

Неожиданно я поняла, что не знаю, о чем с ним говорить после вчерашних откровений. В душе царила неразбериха, а вокруг меня стояла тишина. Только чертовы сверчки, словно в насмешку, насвистывали свою извечную мелодию.

— Неплохо посидели, не думаешь? — задумчиво вертя в руках полупустой бокал с соком, произнес Кир. Он отказался пить, поскольку был за рулем. Небось, собирался вернуться в свою пустующую квартиру или, хуже того, в нагретую своей невестой постель.

Хотя о чем это я? У этого парня столько девушек на стороне, что складывается впечатление, что кровать Милы греется только ею самой. Тогда куда он постоянно уезжает?

От одной этой мысли внутри кольнуло. Он мне никто, так, лишь досадливое обстоятельство, в будущем грозящее стать братом. Но почему же так больно?

— Тут даже не поспоришь, — скрипя зубами, призналась и упала головой на сложенные на столе руки.

Лишь бы не видеть его! Не отвечать на его буравящие голодные взгляды в мой адрес. Не представлять, как он касается меня своими руками, пальцами, ртом. Неужели, Кир думал, что я не замечала, каким становится его взгляд, стоит ему только посмотреть на меня? Хотя, думается мне, он знал… Знал и нагло пользовался этим!

— Надо же! — я даже приподняла голову, чтобы посмотреть, чему удивлен так парень. Он неотрывно смотрел на меня, тепло улыбаясь. — Сегодняшний день войдет в историю, как тот, когда мы ни разу не поссорились.

— Придурок, — отзеркалила его улыбку, схватив салфетку со стола и метнув в сторону своего недобрата. Кирилл только сильнее засмеялся.

Мы так и замерли, наблюдая за тем, как причудливо пляшут блики фонарей в глазах друг друга. Или то были бесы?

Я впервые видела парня таким… Домашним, что ли. За весь вечер он действительно не отпустил в мой адрес ни одного едкого комментария. Шутил, развлекал нас с Соней и просто наслаждался этим вечером, как и любой из присутствующих. Фантастика? Такой парень одной только своей улыбкой мог покорить Голливуд, а сидит здесь, со мной и говорит что-то о том, как ему понравился этот ужин.

Стася, даже не думай привыкать к такому… Он тебе никто, и, вообще, прекрати заглядываться на его губы!

— Уже поздно, — спохватилась я, понимая, что невольно тону. И пусть он хоть тысячу раз тем, кому мне захотелось доверить свой главный секрет, это ещё ничего не значило. Я не имела права поступать с Киром так же, как и с другими. Ему нужна хорошая, домашняя девочка. А я таковой, увы, никогда не являлась. — Соня, вероятно, забыла о чае и уже давно отправилась спать. Мне тоже пора на боковую. Завтра нужно съездить в общагу, привезти хотя бы минимум одежды. А то не успеешь оглянуться, как начну щеголять в твоей футболке и шортах, — попыталась свести в шутку свой побег, быстро печатая сообщение надежному человеку.

Не уверена, что смогу ночевать в этом доме, зная, что возможно за стеной находится тот, по кому плачет сердце… Тьфу, что за муть? Определённо нужно прекращать пить!

— В доме ты навряд ли найдешь что-то из моих вещей. Но я был бы не против подобного исхода, — иронией в словах Кира даже и не пахло. Он говорил совершенно серьезно, отставив в сторону бокал, что так прекрасно служил для меня преградой от его взгляда.

— Очень смешно, — закатила глаза, собираясь подняться с места, но парень удержал меня за руку.

— Я серьезно, Стась. Ты…

— Я уже написала Леше, он заберет меня утром, — давясь горечью, перебила его, специально упомянув своего парня.

Ни к чему мне были нужны сложности. Да и “братца” стоило остановить, пока не стало поздно. У нас не могло быть ничего общего, кроме, сложившейся ситуацией со свадьбой родителей. Это было первостепенной задачей.