Тёмная физика (четыре тома под одной обложкой) - Олег Мамин

Самой тяжёлой оказалась встреча с родителями девушек, прорвавшихся к Тому не то по недосмотру авроров, не то силой подкупа их же. Сначала Том думал, что ему станет совестно смотреть им в глаза, но когда они хором (вошло человек семь-восемь, кто там брат, кто отец Том не понял) заорали о вселенской несправедливости, что вместо их деточек сдохнуть должен был грязнокровка, что его нужно выдать им на растерзание, ведь раз деточки погибли, то и ему жить незачем... И всё в этом роде.

Любопытно, что ни один родственник не приблизился к нему ближе трёх ярдов, хотя тянули к нему руки. Как потом узнал парень, директор предполагал что-то подобное и наложил чары вокруг его койки. Да, всю неделю Том провёл в лазарете, как и Слизнорт. Но тому позволили уйти, как только он стал чувствовать себя лучше, а вот Тома решили изолировать от учеников. На каникулах их не много, но всё-таки пример родни показал, что сделано это было не зря.

Как только Том вышел из палаты, то первое что услышал в коридоре:

- Сдохни, грязнокровка! - только натренированное предчувствие помогло ему увернуться от атаки, которая выбила камни из стены крест-накрест. Хороший такой крест, размашистый и глубокий. Попади это в Тома, разделило бы на части.

И его вернули в лазарет ещё на неделю, а того студента (Лестрейндж потом рассказал, что это дружок Санни) хотели исключить из Хогвартса, но он согласился на коррекцию памяти. Родители, чистокровные волшебники, продавили такой вариант. Тому осталось надеяться, что ему выскоблят воспоминания начисто, и на то, что он был единственным поклонником-неадекватом.

Во время "второго срока" его навестил декан с неоднозначными новостями:

- Поздравляю, Том. Ты первый студент, которого приняли в мой Клуб Слизней уже на первом курсе! - Гораций Слизнорт сиял широкой улыбкой. Он вообще был благодушно настроен к подопечному, после того как тот не рассказал подробностей варки зелья, позволив самому рассказать "правдивую" историю. Слизнорт был приятно удивлён, он не ожидал от одиннадцатилетнего такого благоразумия, всё-таки властей и взрослые боятся, а тут целую неделю мурыжили первачка.

- Не совсем понимаю, профессор. Я слышал о вашем клубе, и мне очень лестно, но я ведь не просил делать ради меня исключения, - слегка растерялся Том.

Слизнорт наколдовал чары приватности и только после этого пояснил:

- Наш клуб - это прежде всего взаимопомощь между его членами. Ты знал, например, что мистер Саламандер, в своё время посещал наши собрания? - декан подмигнул мальчику, и тот понял намёк:

- Благодарю, профессор. Надеюсь и я смогу принести пользу членам Клуба.

- На иное я и не рассчитывал, - опять подмигнул главный слизень, но тут же помрачнел: - А что у тебя с Дамблдором, Том?

- Да ничего, - растерялся парень. - Он приходил ко мне в приют, водил за покупками. И это все отношения с ним вне Хогвартса. Что-то случилось?

- На педсовете он требовал исключить тебя и стереть память... Да не дёргайся, Диппет ему выговор сделал. Припомнил даже, что он уговорил всех профессоров снижать тебе оценку за колдовство левой рукой. Директор, кстати, отменил это приказом по школе. Равнозначность рук теперь внесена в школьные правила, так что, надеюсь, на нашем факультете появится ещё один ученик, закончивший год на одни "превосходно".

- Постараюсь, сэр. А какие аргументы приводил Дамблдор за моё исключение? - не мог не полюбопытствовать Том.

- Твоё присутствие подорвёт дисциплину, остальные школьники на тебя обозлятся так как нужно же чтобы хоть кто-то пострадал и всё в том же ключе...

- Так обязанность декана следить за дисциплиной! Если он не может усмирить своих грифов... - первачок вдруг понял, с кем говорит и осёкся. Та самая нехарактерная импульсивность уже почти стала "родной".

Слизнорт не обиделся, наоборот, гнусно хмыкнул:

- Слово в слово речь директора. Дамблдор получил на орехи, заставил подтянуть дисциплину на гриффиндоре, и теперь снятые баллы с красных, если по дисциплинарным причинам, будут удваиваться.

- А другие деканы?

- На слизерине я провёл беседу, и Флинт обещал довдалбливать в самых несознательных, так что проблем не будет. Барсуки всегда были вялыми, да и с деканом Бири мы хорошо ладим. Герберт обещал проследить за порядком. С воронами могут быть проблемы, всё-таки одна девочка с их факультета, но директор был строг. И вообще они вместе действуют редко, наверное, уже и сам заметил. Да и главного смутьяна не то исключат, не то память поправят.

- Это тот, который в меня проклятье швырнул?

- Даааа... Кстати, я договорился с Галатеей... То есть с профессором Вилкост о дополнительных уроках для тебя.

Том выпучил глаза: о таком счастье он не просил!

- Чему ты удивляешься? Ты сирота и тебя родители не научат настоящей защите, понимаешь? Школьная программа, ты уже наверное понял, поверхностна. И в этом есть смысл, который ты в силу возраста пока не понимаешь, - Том мысленно посмеялся. - Так вот профессор Вилкост покажет тебе основы, которые твоим чистокровным друзьям рассказывают отцы.

- Спасибо профессор! - на этот раз благодарность прозвучала искренне.

- Члены Клуба Слизней помогают друг другу, помнишь? Ты оказал услугу, тебе оказали услугу, - Слизнорт довольно улыбнулся, снял чары приватности и оставил Тома обдумывать новости.

И гадливый Дамблдор в списке оказался далеко не на первом месте. Главное, что Слизнорт улыбчивый и выспавшийся, довольный жизнью! И это на том фоне, что Том толком не спал уже почти неделю!

Началось всё сразу после ритуала очистки крови, когда волшебникам открылся потусторонний мир. В голове Тома поселились голоса, которые иногда звали его на непонятном языке. Если он не знает, что за язык, то почему уверен, что это зов? А вот уверен и всё! Нет объяснения, но это не просто стоны или ворчание, не подслушанная беседа - голоса обращаются именно к нему, и кажется, что иногда в этих стонах он слышит своё имя. Волдеморт. Если сначала его это не очень беспокоило - случалось такое не часто и интенсивность не превышала разговор соседей по панельной многоэтажке за стенкой. Да, что-то говорят, но это привычно (!) и не тревожно.

А вот после варки зелья стало гораздо хуже: теперь появились сны. Любой кошмар покажется детским праздником с клоунами и шариками после того, что видит Том, точнее, Волдеморт - именно так его зовут в тех снах.

Это преддверие Царства Смерти, своего рода чистилище. Здесь души проходят