Сбывшаяся сказка - Елизавета Сагирова

 Он сел в «Москвич» и просидел в нём около часа. Даже подремал немного под шум громовых раскатов. Иногда ему казалось, что машина покачивается и вздрагивает, но он не обращал внимания, виня во всём дождь и порывы ветра. А когда, наконец, решил выходить, дверца отказалась открыться. Шухлый пожал плечами и попытал счастья с другой дверцей, а когда не шелохнулась и она, полез на заднее сидение. Как я догадалась заранее – оставшиеся две двери не открылись тоже. Обругав советский автопром, Шухлый взял «недоавтомат» и собрался выбить заднее стекло прикладом, но неожиданно раздался громкий скрежет, треск, сидение подпрыгнуло, швырнув Шухлого лицом в спинку, а потом весь «Москвич» затрясся как в припадке, задрал багажник и капотом вперёд начал погружаться в мусор.

 - И трындец, - грустно вздохнул Шухлый, - Я эмпэшкой еле успел стекло вынести. В последнюю секунду выскочил, машину уже почти засосало. Я по мусору, по каким-то железкам карабкался, ободрался весь, эмпэшку там посеял… А всё остальное так в «Москвиче» и осталось. И рюкзак, и ствол, который ты мне оставила…

 - А КПК в рюкзаке был. - Закончила я упавшим голосом. То, что рассказал Шухлый, ничуть меня не удивило - в Зоне полно ловушек, и эта не самая оригинальная. И не самая опасная. Я только уточнила:

 - «Москвич» засосало полностью?

 Шухлый кивнул:

 - Начисто. Я потом оглянулся, а там где он был, уже ничегошеньки кроме мусора. Жуть, верно?

 Жуть. Но не в том, что тупой бандит по собственному идиотизму, чуть не похоронил себя заживо в ржавой калымаге. А в том, что теперь наладонник потерян безвозвратно. Даже если Шухлый запомнил место, где всё произошло, даже если покажет его мне, лезть в мусорную трясину никто не согласится. А одной мне «Москвич» не откопать.

 Я посмотрела на Шухлого почти с ненавистью. Зачем он вообще появился? Лучше бы мы ушли дальше на Военные склады, лучше бы я продолжала искать. Тогда у меня была бы цель. Тогда была бы надежда. А сейчас не осталось ничего.

 Кажется, Шухлого напрягало моё молчание, потому что он переступил ногами, шумно вздохнул и спросил:

 - Владька, а чего тебе этот КПК? Ну, навороченный он. Только сдаётся мне, ты себе сто таких купить можешь, не особо напрягаясь.

 Я только вздохнула, сил на злость не осталось. Наивный Шухленький! Да я, с моей способностью болтаться по Холмам и собирать там редчайшие артефакты как грибы после дождя, могу купить фабрику по производству оргтехники. Только зачем она мне? Я бы отдала все деньги, которые у меня уже есть, и которые ещё смогу заработать в Зоне, за возможность вернуться во вчерашний день и сделать всё по-другому.

 - Дурак ты, - устало сказала я Шухлому, - Мне не нужен сам наладонник. Мне нужна информация, которая была в нём.

 Шухлый на дурака, как ни странно не обиделся. Пожал плечами.

 - Не было там никакой информации. Карта только с заметками и всё. Ни сообщений, ни документов, ни даже игры паршивенькой время скоротать.

 - Подожди, - я схватила Шухлого за рукав, - Ты его просматривал?

 - Ага. Ты свалила, я и начал от безделья в барахле ковыряться.

 - И что в нём было?!

 - Говорю же – ничего! Одна карта.

 - Карта Зоны?

 - Нет, блин, Гандураса! Конечно Зоны.

 - С пометками?

 - Ну.

 - Где пометки, помнишь?!

 Шухлый наморщил лоб и глубокомысленно возвёл глаза вверх, чем снова вызвал у меня желание его потрясти.

 - Там их всего две и было. Одну помню, потому что на Агропроме, как раз там, где мы встретились. Вторая хрен знает где.

 Я уцепилась за Шухлого, как утопающий за спасательный круг. Он от неожиданности попытался отшатнуться, но не тут-то было.

 - Если дам тебе карту, сможешь показать, где…

 Договорить мне не дали. Неожиданно дверь Бара распахнулась, и из неё вывалилась толпа посетителей во главе с барменом. От толпы отделились мои друзья, подошли к нам. Колотун нёс на согнутом локте мой рюкзак и автомат.

 - Пора двигать, - сказал он, - И так уже задержались дольше, чем хотели.

 - Чего это вы все повыскакивали? - Недовольно спросила я, крайне досадуя на то, что меня отвлекают от разговора с Шухлым на самом важном месте.

 - Пора выдвигаться на Военные склады. - Упрямо повторил Колотун, не отвечая на вопрос.

 Я растерянно хлопнула губами. На Военные склады? Но Шухлый уже нашёлся, и местонахождение КПК мне к несчастью известно. А значит делать на Военных складах совершенно нечего. Не тащиться же к врачу в самом-то деле!

 - Подождите… Не надо идти. Рука уже совсем не болит. - В подтверждение своих слов, я подняла забинтованную ладонь и весело улыбаясь, повертела ею в воздухе, другой рукой продолжая на всякий случай сжимать рукав Шухлого.

 - Славка, ты в порядке вообще? – спросил Кактус, раздражённо глядя на меня, - Колотун, она чудная какая-то с утра, не в себе вроде.

 Старшой не успел ответить, вокруг раздался возбуждённый гомон.

 - Ведут! Уже ведут!

 Я посмотрела вдоль улицы. Из-за угла вывернула вооружённая четвёрка долговцев. Дулами автоматов квад толкал перед собой двух связанных мужчин – одного в возрасте, и другого, совсем молоденького, ровесника Дымка. Пожилой шагал, сжав челюсти и глядя прямо перед собой упрямыми прищуренными глазами, а парнишка спотыкался, постоянно оглядывался на своих конвоиров и тонко выкрикивал:

 - Мужики, ну вы чего?! Ну, шуганули и хватит! Мужики, не надо! Я же никого не трогал, я тут недавно совсем! Мужики!

 Один из долговцев толкнул его в спину прикладом, пацан пошатнулся, но удержался на ногах и пошёл дальше, судорожно всхлипывая. Я услышала, как пожилой процедил сквозь зубы:

 - Не лебези, дешёвка!

 Но молодой не обратил на него внимания, потому что в этот момент увидел перед дверями Бара нашу толпу. На миг замер, нелепо вытянувшись, всмотрелся, и вдруг припустил к нам с безумной надеждой во взгляде. Один из конвоиров рванулся за ним, ухватил за шиворот, резко дёрнул назад. В этот раз парень не устоял и повалился на потрескавшийся асфальт. Долговец начал поднимать его, но пацан невероятным усилием вырвался и закричал, обращаясь в нашу сторону:

 - Братан! Братан! Шухлый! Скажи им! Я же ничего не сделал! У меня мама дома одна! Шухлый, помоги! Скажи, пусть меня отпустят!

 Дальше был дурдом. Я почувствовала, как закаменела рука Шухлого в моей руке. Долговец отпустил парня, выпрямился и вперил пронзительный взгляд в стоящих перед Баром. Остальные конвоиры тоже замерли. Головы окружающих, как одна, повернулись к нам, и мне показалось, что я и Шухлый висим в центре паутины сотканной из множества подозрительных взглядов.

 Я подалась к Колотуну, выхватила у него свой автомат, коротко шепнула «Встретимся у Свободы» и, дёрнув Шухлого за руку, устремилась прочь по улице. К счастью бывший напарник тоже просёк, что его дело пахнет жареным, и тащить его на буксире не пришлось. Наоборот, невезучий бандит проявил непривычную прыть и, унося ноги от Бара, даже обскакал меня.

 - Направо. - Выдохнула я на бегу, опасаясь, что Шухлый, разогнавшись, пробежит мимо нужного поворота. Но он среагировал правильно. Скрываясь за углом, я оглянулась на Бар и убедилась, что фактор внезапности сработал – долговцам понадобилось несколько секунд, чтобы решить, как поступить. В итоге, двое бойцов остались с приговорёнными бандитами, а двое пустились в погоню.

 Я и Шухлый пронеслись мимо компании сталкеров, уютно расположившихся на бывшем газоне. Сталкеры прекратили болтовню и проводили нас недоумёнными взглядами. Скоро их равнодушие пропадёт без следа, когда долговский матюгальник разорётся на весь «Росток» о том, что по территории Бара бегает бандит в компании всем известной Славки…

 Впереди показался забор. Обычный двухметровый забор, без колючей проволоки, без часовых и без сигнализации. Объяснялись эти странности просто – за забором простирались Холмы.

 - Подсадишь, ладно? – выдохнула я на бегу, - Сама не смогу, рука болит…

 Шухлый не ответил, но когда мы остановились, ухватил меня за бока и буквально швырнул вперёд и вверх. Я повисла, навалившись грудью на забор, елозя по нему коленками и морщась от боли в руке, а мой бывший напарник, вновь ставший настоящим, легко перемахнул двухметровое препятствие.

 - Помоги! - Просипела я, слушая приближающийся топот долговцев. Шухлого дважды просить не пришлось, он схватил меня за ворот куртки и перетащил на другую сторону. Я свалилась на него, мы оба рухнули в траву.

 - Вставай! – Рявкнул Шухлый, мгновенно оказываясь на ногах и срывая с плеча дробовик. Я попыталась встать, но случайно опёрлась на больную кисть и, взвыв от боли, снова плюхнулась в траву.

 На заборе появились две руки затянутые в кожаные перчатки, а за ними перекошенное злостью лицо долговца. Шухлый врезал по нему прикладом, и лицо исчезло вместе с руками.