Дракон. Черта - Евгения Кондырева

Уже несколько раз Сарк, почтительно склонив седую голову, просил не ждать молодого господина и начинать трапезу без него. И каждый раз Фиджин вдруг вспоминал странное предупреждение мага о том, что Манлор не беззащитен. Ригэн никогда ничего не говорил просто так. Результатом копившегося в душе у лорда смутного беспо–койства стало то, что, с трудом оторвавшись от сокровищ библиотеки, он начал ходить в фехтовальный зал вместе с лов–чим, и Эши все чаще оставалась предоставленной самой себе.

Однажды поздно вечером Ригэн застал ее над раскрытой книгой. В библиотеке жарко горел огонь, но Эши зябко куталась в широкий палантин.

– Ты одна?

– В последнее время Фиджин предпочитает фехтовать, а не заниматься чтением, – покачала головой Эши.

Ригэн взглянул на книгу и невольно нахмурился. Это был тот самый фолиант, который так не вовремя попался в руки к лорду.

– Ты прочитала ее?

– Да.

– Не верь ей, Эши, – мягко произнес он.

– Фиджин сказал мне то же самое. – Она подняла глаза. – Но хоть что-то здесь должно быть правдой?

– Правда то, что Единственная появляется на свет один раз в триста лет, и знатность и древность рода не имеют при этом никакого значения, важно лишь истинное чувство. Это глупый и напыщенный трактат, автор которого претендует на знание. Перед тем как отправиться на Паркс, я изучил множество книг…

– Значит, есть и другие?

– Есть, но эта самая лживая из них.

Ригэн небрежно захлопнул тяжелый том и сунул его в пылающий камин. Эши не пошевелилась.

– Зачем ты это сделал?

– Ей там самое место. Если бы я мог предположить, что Фиджин наткнется на нее, я сделал бы это куда раньше. Она не стоит и минуты твоих размышлений о ней, – с досадой добавил Ригэн.

Эши усмехнулась.

– Мне не привыкать. В Та-Сиссе все женщины знали, что дочь дракона по ночам летает по воздуху и не тонет в воде, а сами драконы живут в сырых и грязных пещерах.

Ригэн подошел к окну, широко распахнул его и оперся ладонями о подоконник. Ночной ветерок пошевелил тяжелые занавеси, и луна протянула свои лучи к горящему огню.

– Тебе плохо здесь, Эши? – тихо спросил он.

– Нет… Не знаю. Здесь удивительно.

– Ты избегаешь меня?

– Я? – искренне удивилась она. – Это ты куда-то все время пропадаешь. Но ты прав, мне все чаще хочется побыть одной. Слишком много всего… В первую ночь я проснулась, подошла к окну и увидела двух парящих драконов. Это было… прекрасно, но я испугалась.

– Я просил их не обращаться, пока мы здесь, – нахмурился маг. – Как они выглядели?

– Это не важно! Пожалуйста, не ругай их, – продолжала она, – Инки так старается мне угодить, но она не понимает… Ригэн, никто не понимает, что мы, люди, делаем здесь. Особенно я… – Эши прижала руки к груди. – Все так заботливы. Они хотят услужить мне, чтобы сделать приятное тебе.

– Это не их дело, – жестко ответил маг.

– Ты можешь запретить им говорить, но не можешь запретить им думать.

– Тебя обидели?

– Великие Небеса, нет! Тысячу раз нет! Просто они любят молодого господина и… боятся за него. Ведь в замке младшего сына Государя раньше никогда не было людей.

Башни замка мягко светилась в темноте.

– Это правда, не было.

– Я тоже боюсь, Ригэн.

– Меня?

– Твоего мира… И… себя, всего, что во мне… А если мы ошиблись и я не та , которая нужна тебе? – Эши криво усмехнулась. – Лорд и Криш вдруг стали вести себя так, словно я знатная дама. Но что изменилось? Вот это? – Она коснулась своего платья. – Они пережили, узнав кто я, но растерялись, осознав, что мой отец может быть Государем этой страны. Я боюсь, что могу потерять их, Ригэн. Мне дорого то, что имела нищая бродяжка. И я боюсь ее. – Эши качнула головой в сторону своего отражения в оконном стекле. – Твои слуги называют меня госпожой…

– Ты госпожа им по праву.

– Я не госпожа даже самой себе.

Стараясь согреться, Эши потянулась к камину. Огонь горел ровно и ярко, а в его глубине словно в насмешку над ней лежала почерневшая книга. Пламя обуглило драгоценный кожаный переплет и покоробило углы, но не смогло добраться до плотных желтоватых листов.

Проследив за ее взглядом, Ригэн шагнул к камину, присел на корточки и погрузил руку в огонь. Он медленно раскрыл пылающую книгу и перевернул первый лист. В ту же секунду пергамент почернел от охватившего его пламени. Ригэн никогда не позволял себе ничего подобного, обращаясь с огнем так же как обычные люди, и сейчас эта неожиданная откровенность заставила Эши вздрогнуть.

– Поговори со мной, Эши, – тихо сказал маг.

Она никак не могла оторвать взгляд от окутанных пламенем пальцев. Вот так же, как она сейчас смотрит на Ригэна, на нее будут смотреть лорд и Криш, когда увидят…

– Что будет… если Государь не признает меня?

Маг коротко взглянул на нее.

– Для того чтобы вернуть покой этой стране, не обязательно добиваться признания Государя.

Ригэн перевернул еще несколько листов. Золотой с киноварью дракон на рисунке в ту же секунду обратился в пепел.–

– Зовущий ищет нас?

– Да.

– Он хочет убить меня?

Маг покачал головой:

– Он будет беречь тебя как зеницу ока.

– Почему?

– Ему нужно, чтобы ты приказывала Диким.

Эши отвернулась. От книги не осталось ничего, кроме нескольких медных заклепок, и маг поднялся на ноги.

– Ригэн, кого мы оставили тогда в Та-Сиссе?

Несмотря на исходящий от камина жар, ее трясло.

– Того, кто передал мне Проклятие.

– Кто он?

– Наместник крепости.

– Что ты сделал с ним?

– Не больше того, что он сделал со мной. Я развоплотил его.

– Он жив?

– Да.

– Он тоже будет искать нас?

– Он уже нас ищет.

– Его имя… Краст?

– Да.

– Я видела его однажды. Женщины в крепости говорили, что он великий маг и держит в подчинении весь Та-Сисс…

– Нет, не он, – покачал головой Ригэн. – Он не настоящий маг. Зовущий наделял пришедших к нему силой, но это не магия, это просто сила,способнаяубивать . Магию крепости поддерживал другой – помощник Краста Борг.

– В крепости никогда не говорили о нем.

– Кроме Краста и Борга в Та-Сиссе был еще один маг.

– Ты знаешь его?

– Знаю, но лучше бы мне не знать его.

– Почему?

– Когда-то, когда мы были еще детьми, он учил нас с Крастом. Я был последним из его учеников. Уже тогда он выглядел глубоким стариком. Мне кажется, что никто и никогда не видел его молодым. Это был великий маг, один из пяти Самоотреченных.

Ригэн умолк, дотянулся до кочерги с затейливой витой ручкой и пошевелил ею поленья.

– Я не знаю, что заставило его нарушить клятву, но это он передал мне через Краста Проклятие… Он был безумен. Какие пытки, какие испытания выпали на его долю, я не знаю. Но тот, кто раньше не боялся никого и ничего, боялся Краста. Он ненавидел его и подчинялся ему… Безумие сделало его разум слабым, но не отняло его силу. – Ригэн невольно передернул плечами.