Что ты ищешь? - Полина Дрожжинова

Эля не отставала — задрав юбки почти на неприличную высоту, она неслась по холодным, каменным улицам Энтеи как загнанный заяц. На часовой башне запоздало запел колокол, возвещая об опасности.

Кроме прочих своих прелестей, Энтея славилась уникальными погодными условиями. А самым необычным в этих погодных условиях было одно явление, именуемое "Шаровой грозой". Никто точно не знал. почему эта напасть происходила именно с Энтеей, и ни в каком другом месте Двуипостасной империи не замечена, но большинство сходилось на том, что всё из‑за того, что город стоит на просто чудовищных размеров месторождении железа, которое, как известно, и притягивает эту пакость. Шахты, не оскудевающие уже которое столетие, подтверждали эту версию.

Примерно раз в год — полгода Энтею наводняли шаровые молнии. Как огненные воплощения смерти, они летали по улицам и над крышами домов в течении нескольких часов. Именно по этой причине большинство домов в Энтее были каменными. И именно по этой причине в начале строительства любого здания — будь‑то храм или туалет, в фундамент закладывался охранный амулет, не позволяющий молниям соприкасаться со строением. С началом шаровой грозы все люди прятались за надёжными стенами своих домов. Но пожары и смерти всё равно случались, и довольно часто.

Не удивительно, что целых две молнии, зависших в каких‑нибудь ста метрах вниз по улице, заставили Элю, никогда не имевшую способностей к физическим упражнениям, бежать едва ли не быстрее оборотня.

— Поворачивайте на Аконитовую. — На ходу крикнула девушка. — Там мой знакомый живёт.

Парень послушно свернул на Аконитовую улицу и внезапно остановился как вкопанный. Эля врезалась в его спину. Мила заворочалась, пытаясь понять, что случилось, но к сожалению, оборотень впопыхах засунул её под мышку не глядя и теперь девочка могла видеть лишь то, что позади Вальдра. Мимо них, на расстоянии примерно в два человеческих роста от земли медленно проплыл огненного цвета шар.

— Слишком близко. Не двигайтесь. — Прошипел парень, почти не шевеля губами.

Эля так и застыла, уткнувшись носом в его плечо, а Мила, хотя и не видела опасности, даже задержала дыхание. С величественной медлительностью шаровая молния качнулась в их сторону, будто раздумывая, достойна ли эта троица её внимания. Редкие снежинки испарялись ещё на подлёте, не выдерживая нестерпимого жара, который ощущали даже стоявшие внизу. Учительница хотела зажмуриться, но не смогла оторвать взгляд.

"Какие же мы всё‑таки жалкие — можем умереть от любого пустяка. Вроде просто вышли из дома в непогоду, а оказалось, что нас убьёт молнией. И мы бессильны. И я и оборотень — в этом мы ни так уж и отличаемся."

Но молния, решив не удостаивать своим вниманием таких жалких личностей, поплыла дальше. Скосив глаза, спутники наблюдали, как она удаляется, и хотя коленки подрагивали от напряжения и желания бросится бежать, по- прежнему не двигались с места. Наконец Вальдр пошевелился и продолжил путь.

— Где этот твой знакомый? Ты его не придумала? А то от нас одни дымящиеся косточки останутся. — Никакие проблемы не могли заставить Вальдра перестать хамить. — Хотя, в принципе, я могу выломать первую попавшуюся дверь. — Оборотень уже стал озираться по сторонам. — Вон та, например, выглядит довольно хлипко.

— Не надо! — Поспешно заверила девушка. — Вот его дом, а вот его дверь. И ничего ломать не надо!

Внезапно их отвлекла Мила,

— Ух — ты! Эта светящаяся штука возвращается! Ой, дяденька, мне страшно!

Девушка и парень подпрыгнули как ужаленные и, даже не оборачиваясь, ринулись к дому, на который недавно указывала Эля. Здесь они стали колотить в дверь с рвением рехнувшихся дятлов.

— Митишь! Это Эля! Открой! Умоляю!

Вальдр то ли выронил, то ли поставил девочку на землю и отошел немного назад, чтобы с разбега вломиться внутрь. Однако именно в этот момент дверь наконец открылась, явив гостям взволнованного и удивлённого помощника аптекаря. Оборотень в последний момент попытался затормозить, но споткнулся о высокий порог и буквально ввалился в комнату, сбив с ног хозяина дома. Следом влетели Эля с Милой, повизгивая от страха и наступая на конечности распростёртых на полу мужчин. Вальдр, которому очень не нравилось лежать на незнакомом парне попытался подняться, но ему помешала учительница. Она в этот момент схватила оборотня за ноги и стала отодвигать их от порога, чтобы поскорее закрыть дверь. Господин Ярдар снова уткнулся носом в грудь помощника аптекаря и на этом любопытном моменте в комнату вошла мать Митиша, привлечённая шумом. Увидев сына в достаточно пикантной позе она схватилась за сердце.

— Нет — нет — нет! Пожалуйста не волнуйтесь. — Эля, наконец, захлопнула дверь и поспешила успокоить женщину. — Вы же меня помните? Я работаю вместе с Митишем.

Хозяйка дома узнала девушку и после недолгого растерянного молчания пробормотала:

— Здравствуй, Элиан. — Ещё немного помолчав и понаблюдав, как незнакомый парень слазит с её сына она добавила. — Пойду чайник поставлю.

Вальдр быстро поднялся на ноги и как ни в чём не бывало поправил плащ. Митиш по прежнему лежал и осовело хлопал ресницами. Девушка засуетилась и стала помогать ему подниматься.

— Прости. Просто гроза так внезапно началась. А твой дом ближе всего был.

— Нет — нет, ничего страшного. Я как раз за тебя волновался. Тоже собирался выходить в аптеку и тут сигнал тревоги с Часовой башни. Хорошо, что с тобой всё в порядке… Ммм… Простите, а мы с вами знакомы?

Оборотень попытался окинуть его презрительным взглядом сверху вниз, но не получилось — помощник аптекаря был выше.

— Незнакомы.

Эля поспешила заслонить собой хмурую физиономию парня.

— Позволь представить — Вальдр Ярдар, эммюээ… мой знакомый. А это Митиш Ранд — мы вместе работаем.

Митиш радостно закивал.

— Рад познакомится, хотя и глупо как‑то всё получилось. Вы проходите — проходите. Чай с мятой в такой холод то, что надо. Элиан, у тебя губы от холода посинели. Тебе срочно нужно согреться.

— Да нет, мне вовсе не холодно. — Заверила его девушка, а про себя добавила — "Я от страха даже вспотела."

В крошечной кухоньке было жарко натоплено и пахло сдобой. Окна, выходившие на глухую стену соседнего дома, сейчас были закрыты ставнями из‑за чего освещение было довольно скудным. На столе плакали воском две толстые свечи. Митиш тут же усадил болезненную и хрупкую мать на лавку, отобрал у неё чайник и сам стал разливать гостям мятный настой. Миле вручили яблочный пирожок.

— Господин Ярдар не будет. Он не любит такой чай. — Поспешила предупредить Эля, опасаясь, что оборотень будет кривить свой аристократический нос и разглагольствовать о низменности плебейских вкусов.