Маринкина любовь - Наталья Воронцова

Отношения с матерью на фоне плачевного финала ее первого замужества неожиданно нормализовались. Лидия Ивановна теперь проявляла даже чрезмерную заботу о Маринке, возможно чувствуя долю своей вины в произошедшем. А быть может, в этот момент она перестала видеть в дочери непутевую девчонку, а увидела брошенную, несчастную женщину, очень похожую на себя…

В общем, все неприятности вокруг Маринки улеглись — кроме ее собственной душевной боли. Но и с ней она потихоньку научилась справляться. Каждый день убеждала себя, что постепенно отдаляется от той страшной ночи, что надо жить сегодняшним днем, не оглядываясь назад. С каждым новым месяцем ей становилось немного легче. Чтобы уйти от грустных мыслей, Маринка нагружала себя разнообразной работой. Теперь ей спокойно доверяли замещать отсутствующих учителей начальной школы. Кроме того, молодой педагог занялась созданием в школе самодеятельного коллектива — по типу того, что был у нее в училище. По линии райкома, с помощью Смелова-старшего, удалось пробить в Петровском конкурс детских творческих ансамблей всего района. Теперь Маринка, помимо всего, с удовольствием моталась по сельским школам и смотрела тамошние самодеятельные программы. Сколько было счастья, когда удавалось разглядеть действительно талантливых детишек!

Однажды в Петровское из Москвы на финал такого конкурса приехали гости из Министерства образования. Все в райкоме буквально стояли на ушах: давненько не было в городе такой представительной столичной делегации! Готовились к встрече гостей, ночами не спали. В итоге детский показательный концерт прошел замечательно. Нарядная Смирнова с распущенными локонами носилась между кулисами и залом, подбадривала юных выступающих, строго следила за соблюдением программы, не обращая особого внимания на московских гостей — не до них было, когда столько детишек приехало!

После завершения мероприятия к Маринке подошел Смелов и загадочно подмигнул:

— Марина, там тобой московские гости заинтересовались. Надо бы подойти пообщаться…

— Ой, Андрей Семенович! Мне так некогда! — выпалила Смирнова. — Мне детишек надо собрать, обедом накормить. А то они переволновались, бедняжки, — усталые, голодные все…

— Ну на минутку-то подойди… Я тебя представлю хотя бы. А то неудобно получится…

— Ладно, только на минутку! — согласилась Маринка.

— Товарищи, — обратился Смелов к стоящей группе мужчин в темных костюмах, — это один из главных организаторов мероприятия, можно сказать, автор идеи, Марина Васильевна Смирнова! Педагог, замечательный работник, просто хороший человек.

Мужчины одобрительно зашушукались.

— Очень приятно! — пробасил один из них. — А в вашем городе все педагоги такие красивые?

Все засмеялись, Маринка вспыхнула:

— Красивых женщин у нас очень много, приезжайте чаще, убедитесь! Извините, мне надо бежать… Меня дети ждут!

— А меня зовут Павел Иванович Голубев, — неожиданно протянул Смирновой руку один из мужчин, что был помоложе остальных, — будем знакомы.

— Мне тоже приятно. — Маринка быстро пожала его влажную, мягкую ладонь, даже не взглянув ему в лицо. — А сейчас прошу меня извинить, я убегаю, мне действительно некогда!

Московские гости одобрительно покачали головами. Голубев проводил Смирнову долгим пристальным взглядом.

— Что, понравилась тебе девушка? — язвительно поинтересовался кто-то из стоящих рядом с ним. — Вот бы с такой поближе познакомиться, да? Завидую, ты холостяк, все можешь!

— Пожалуй… — задумчиво отозвался Павел Иванович.

— К тому же, — собеседник подмигнул остальной компании, — она немного похожа на твою маму.

— Вы находите? — потрясенно спросил Голубев.

Со всех сторон ему радостно закивали, давясь от смеха. У Павла Ивановича всегда было плохо с чувством юмора.

С тех пор междугородный телефон в райкоме стал звонить чаще. Министерский чиновник среднего звена Голубев проявлял живую заинтересованность во всех процессах, которые происходили в области в сфере работы с одаренными детьми. Даже дополнительное финансирование на следующий год удалось пробить какими-то правдами и неправдами. Смелов торжествовал.

— Ну, Маринка, жди в квартале премии! С твоим приходом работа у нас пошла просто замечательно! Ты удачу приносишь!

Сам Голубев несколько раз находил совершенно пустячные поводы, чтобы приехать в Петровское и каждый раз просил, чтобы во встречах с ним принимала участие «педагог Смирнова». По заданию Смелова несколько раз Маринка ходила с Павлом Ивановичем в кафе обедать. Это была настоящая пытка! Голубев оказался редкостным занудой. Несколько раз он ни с того ни с сего принимался рассказывать молодой сотруднице райкома про свою непростую жизнь. Ему было от силы лет сорок, но то ли из-за ранней лысины и сильной близорукости, то ли из-за редкой занудливости он воспринимался окружающими почти как мужчина предпенсионного возраста. Маринка Павла Ивановича слушала всегда вполуха, поскольку его длинные душещипательные истории ее совершенно не занимали.

Запомнила из всего поведанного ей только то, что он очень любит свою покойную маму и находится в поиске подходящей для себя невесты. И флаг ему в руки! Она бы не позавидовала его избраннице!

Но в целом Маринка была очень довольна происходящим. Во-первых, хорошее дело с детишками сдвинули. Теперь у талантливых ребят больше шансов быть замеченными и оцененными по достоинству. Во-вторых, появился наконец реальный шанс со всеми своими долгами рассчитаться. Психологически последнее было для нее очень важным, ибо означало полное прощание с мучительной для нее ситуацией.

В делах и заботах время летело незаметно. На попытки большого числа местных кавалеров, преимущественно женатых, привлечь к себе внимание Маринка отвечала шутками и холодным равнодушием. Чужие восхищенные взгляды отлетали от нее, как будто натыкаясь на невидимую преграду. И дело было не в том, как кому-то казалось, что Смирнова играла с мужчинами, — она в очередной раз просто перестала их замечать.

По выходным в Петровское частенько наведывался Борька Смелов, он приходил к Маринке неизменно с роскошными цветами и дружескими комплиментами. Он стал совсем столичный — в нарядных костюмах с галстуком!

— Отец рассказывает, как ты там с работой развернулась! — радостно говорил он ей. — Молодец, так держать! Я в тебя всегда верил!

— Да ерунда это все, — смущаясь, пожимала плечами Маринка, — я ничего особенного не делаю, даже наоборот…

Они ходили вместе к реке, играли на лужайке в бадминтон, сидели в кафе. С Борькой Маринке было легко, без всяких напрягов — как с Димкой… Это немножко пугало ее — она совсем не хотела больше ни с кем сближаться. А еще ей со Смеловым всегда было интересно разговаривать, что Маринка и делала с огромным удовольствием. В отличие от того же Димки, он охотно говорил на любые темы: об исчезнувших династиях, человеческих взаимоотношениях, современных философских дискуссиях и научных изысканиях. Его знания в различных областях казались Маринке просто энциклопедическими. Кто бы мог ожидать такого от скромного середнячка обычной подмосковной школы, который никогда ничем, кроме истории с Ольгой Масловой, совершенно не выделялся!