Тайные тропы - Виктор Дубровский

Какая сборка ядра? У меня же Винда стоит! И что там Ирина делает? Почему в моё отсутствие шарятся по дому? Я пытался вывернуться из этого тягучего кошмара, но голос в голове настойчиво требовал, требовал, требовал. Наконец я открыл глаза и посмотрел на Ичила. Тот самозабвенно плясал вокруг костра, его раскрасневшееся лицо истекало потом, и вообще он ничего не видел и не слышал, погрузившись в свои шаманские глюки. Типа путешествовал в Верхнем Мире, беседовал с духами или что там у них, шаманов, происходит. Но в голове у меня продолжался шепоток: «Сбой в работе системы ввода-вывода. Сборка ядра приостановлена. Недостаточное напряжение в сети. Срочно вызовите оператора связи. Срочно вызовите энергетика». Что за чёрт? Я встал с камня и отошёл в сторону. Шепоток прекратился. Подошёл к стенке — опять голос усилился. Я прошёлся маршрутом, с максимальной громкостью голоса в голове и упёрся в Ичила, как раз по нормали к эбонитовой стенке. Тот уже наплясался и сидел на заднице возле костра, смотрел на меня мутным взором.

— Что там нового в Верхнем Мире? — поинтересовался я.

— Улахан Тойону беда грозит. Надо сказать ему.

— Какая может быть беда? Ты же его травой напоил, теперь он здоров, как бык!

— Здоров-то здоров, но слишком много опасностей вокруг. Может, лошадь понесёт, может убийцу пришлют. Н-да. Я, наверное, ничего ему говорить не буду. Но мы должны быть готовы к тому, что Тыгына не станет. Кысмет идёт за ним.

Холодок прокрался мне за спину. Если Тыгына не станет, ой как кисло будет всем, а мне и подавно. Надо срочно составлять План «Д».

— Тогда сообщи Бэргэну, что Тойону грозит опасность, это его работа, охранять. Надо поддержать старика. А больше ничего ты не слышал?

— Эта штука сломалась, которая всовывает и высовывает. Просит мастеров прислать. Не знаю, что это такое, жужжит, мешает постоянно.

Хм… Это что, выходит стенка нам прямо в мозг транслирует какую-то информацию, только мы с шаманом её понимаем по-разному. А откуда?

— И давно это у вас?

— Давно, сколько себя помню.

Ну, да. Здесь всё, что «давно» — синоним того, что «всегда». Это проблема измерения степняцкого времени. Так никогда и не узнаю, что за чем случилось. Ну пусть. А вот с такой трансляцией, похоже, надо как-то разбираться. По-хорошему, задержаться дня на два — на три, облазить тут всё. Может, найдётся что-нибудь. А может и не найдется. А ехать надо. Меня ждут Алтаана, Даяна, Нюрка и вообще… Явление, именуемое «шило в заднице» не давало мне усидеть на месте.

Чтобы не мучиться буридановыми проблемами, кинул монетку. Выпал орёл — значит, надо слазить в горы. Есть на примете у меня одно место, второй ярус плоскогорья, где-то тысячи на полторы над уровнем степи. Сходу туда не попасть, обрывы высотой от пятидесяти до двухсот метров, вот его-то мы и обследуем. Это, как раз, примерно ортогонально плоскости эбонитового зеркала на капище.

Темнело, я засобирался идти спать. По дороге к моему домику мы повстречали двух шаманов, это, вроде, которые из столицы приехали. Ичил зацепился с ними поговорить. Пока они обсуждали свои шаманские дела, я вспомнил какую-то шутку, чисто в индейском стиле. Смешно, наверное, было, но я из этого помнил только одно: это было первая известная в истории газовая атака. Я тут же предложил Ичилу испытать эту шутку на своих друзьях. Может, в дальнейшем из этого можно будет извлечь нечто более приемлемое для боевых действий. Ичил, по моим указаниям, развёл в жаровне огонь, дождался, когда останутся одни угли и сыпанул туда горсть красного перца. Дыма почти не было, но, ядовитый, видимо, газ потёк по склону холма, как раз на бригаду отдыхающих охранников. Через пару минут те с воем начали разбегаться. Довольный Ичил усмехался.

— Хорошая шутка, хе-хе.

Мы тихонько скрылись с глаз долой. Пока не побили. Я вспомнил умные слова и начал просвещать его про аэрозоли. Это, в сущности то же самое, что и растворы, только в воздухе. Потом перешли к противогазам, абсорбентам и вернулись к фильтрам. Ичил все это намотал на ус и подался к другим шаманам, обсуждать новости.

Ну, как решил накануне, так и поступил. Пришёл в лагерь к своим гринго и распорядился, чтобы готовились в поход. Чтобы проверили снаряжение, верёвки, анкера, шлямбуры, молотки. Харч, тёплая одежда, питьё. Ничего чтобы не забыли. Я уже ничего не мог, кроме как поспать.

А с утреца, по холодку, вперёд и рысью. Сначала были какие-то тропинки, а потом пошёл курумник и счастье кончилось. Пыхтя, как паровозы, к обеду мы преодолели первые завалы и стало видно поле будущей деятельности. Совсем, как всегда кажется в горах, близко виднелись обледенелые вершины Урун Хая. Пообедали, отдохнули и снова вперёд. Я уже и не поспевал за мальцами. Ловкие и лёгкие, они скакали по камням и обломкам скал, как архары, а я старый и больной, тащился в арьергарде. Это все мои излишества дают о себе знать. Надо чаще гимнастику по утрам делать, а не водку пьянствовать со всякими акынами. Один чёрт, их всех не перепьёшь. В конце концов, и я втянулся в эту тягомотину. Местность поднималась почти незаметно вверх, лужайки уже не попадались, а всё больше голые проплешины, засыпанные мелким щебнем.

В дороге я размышлял о таинственном голосе в моей голове. Это что же получается? Кто-то когда-то смог создать такую штуковину, что она прямо в мозг транслирует нужные кому-то лозунги? Понятно, что когда шаманы впадают в транс и начинают это слышать, то и выдают это всё в виде откровений, ниспосланных свыше. Но при этом я точно знаю, что помимо этого, шаманы видят и могут предсказывать будущее совершенно точно — примеры тому есть. Интересно, если реальные видения шаманов входят в противоречие с тем, что им транслируют, что бывает? Вот Ичил точно смог разделить трансляцию и свои видения. Может, раньше было по-другому? Если найти эту аппаратуру трансляции, можно полностью контролировать шаманов. А вот. Ещё же они говорили, что просили Отца-основателя прислать свежую крови и получали её. Может эта система может и принимать мысленные послания? Как много вопросов. И у меня, на Ыныыр Хая такая же стеночка, из такого же материала. Надо всё-таки пошариться в недрах горы.

Добравшись за день к чёрту на рога, решили привалиться. Молодняк занялся разбивкой временного лагеря, а я подвёл итоги дня: ещё три таких перехода и мы будем у цели.

Так, собственно, и получилось. На третий день мы упёрлись в вертикальную стену. Впереди у нас — плато, на которое надо подняться. Вокруг нас — замшелые валуны, щебёночные осыпи, курумник, чахлые ёлки и гнутые берёзки. Неведомый кустарник с плодами интенсивно-карминового цвета, малина и даже ежевика. Мелкие кустики с ягодой, похожей на голубику, жёсткая трава и самые разные цветы. Вышли к шумному ручейку и сделали привал. Никто, похоже, и никогда сюда не поднимался. Степняк — птица гордая, по горам не лазит. В лес, кстати, тоже не ходит, а если ходит, то недалеко, боится — и правильно делает. Я дал команду на разбивку базового лагеря. Отсюда мы и начнём.