Три самые счастливые недели - Барбара Макмаон

— Не хочешь зайти? — спросила она у Мика.

— У меня нет времени.

— Точно. Я рада, что ты провел со мной этот день. Еще раз спасибо за все. — Она открыла дверцу машины.

— Кэнди, поверь мне. Я знаю, о чем говорю. — Мик остановил ее, схватив за руку.

— Возможно. Время покажет, правда? — Кэнди моргнула, твердо решив не плакать больше... по крайней мере не при нем.

Мик притянул ее к себе и поцеловал, его губы были теплыми, твердыми и настойчивыми. Его прикосновения обжигали. Кэнди прижалась к нему, наслаждаясь, упиваясь каждой секундой. Ее язык коснулся языка Мика, не боясь его спугнуть. Она отчаянно цеплялась за Мика, а поцелуй все сильнее и сильнее кружил им головы. Кэнди любила этого мужчину так сильно, что хотела сгореть в его объятиях. И ее сердце чуть не разорвалось, когда он отстранил ее от себя. Проведя кончиками пальцев вдоль ее губ, Мик улыбнулся печальной улыбкой. Сердце Кэнди бешено стучало, она еле удерживалась, чтобы не обнять его крепко-крепко и больше никогда не отпускать.

— Будь счастлива, малыш, — мягко сказал он.

— Пока, Мик. — Она вылезла из машины и на дрожащих ногах направилась к передней двери. Поворачивая ключ в замке, она услышала шум отъезжающей машины. Но Кэнди не обернулась. Она знала, что ничего не увидит.

Одиннадцатая глава

К концу первой недели Кэнди уже знала, что Мик ошибся. Она скучала по нему даже сильнее, чем ожидала. И чувства ее не изменились, не ослабели, не поблекли. Кэнди с головой окунулась в работу, надеясь, что это отвлечет ее от постоянных мыслей о Мике, но энтузиазм, который она чувствовала раньше, исчез. Каждый день она выполняла свои обязанности, делала, что положено, отрабатывала часы на работе, но теперь любимое дело казалось ей каторгой. Когда Полетт поинтересовалась, не передумала ли Кэнди выкупить часть магазина, девушка не сразу смогла ответить.

— Можно подумать еще пару дней? — спросила она. Этот вопрос даже для нее оказался неожиданным, и она почувствовала облегчение, когда начальница согласилась подождать. Семь месяцев назад Кэнди прилагала огромные усилия, чтобы провернуть эту сделку, считала покупку магазина пределом своих мечтаний. Теперь она колебалась. Ее интерес пропал.

Кэнди не находила себе места, во время обеденных перерывов она больше не могла оставаться в магазине и выходила погулять. Каждый раз, когда она видела высокого, загорелого, темноволосого мужчину, ее сердце замирало, но затем она вновь и вновь убеждалась, что это не Мик. Умом Кэнди понимала, что Мика нет в Майами, но ее сердце продолжало надеяться, и она продолжала узнавать его в каждом встречном мужчине. Хотелось бы ей знать, что он сейчас делает. Охраняет еще одну свидетельницу или гоняется за преступником? Забыл ли он ее, или думает о ней так же часто, как и она о нем?

Кэнди ни на чем не могла сосредоточиться. Она похудела. Каждой ночью ей снился Мик Блейк. Кошмары прошли, но теперь ее сны были переполнены сексуальным возбуждением. Они напоминали ей о разлуке с Миком, усугубляли ее тоску.

Однажды, в конце месяца Полетт пригласила Кэнди в свой маленький кабинет и плотно закрыла дверь.

— Прекрасно, Кэнди. Пора нам поговорить.

— О работе? — Кэнди так ничего и не надумала насчет покупки. Она сама не понимала своего безразличия, но была не в силах принять окончательное решение. Она опустилась в кресло напротив Полетт и безучастно уставилась на бумаги, лежащие на полированном столе. Кэнди знала, что такое поведение идет ей только во вред, но не способна была проявить ни малейшего интереса.

— Не о работе, о тебе. Я знаю, что твоя жизнь пошла кувырком с тех пор, как ты стала свидетельницей убийства, но пора наконец взять себя в руки. Суд закончился. Рамирес из тюрьмы не выйдет. Теперь тебе уже ничто не угрожает. Я понимаю, это тяжело, но пора наконец забыть о своих страхах и жить дальше.

Кэнди взглянула на нее.

— Я забыла.

— Нет. Что-то изменилось в той Кэнди, которую я знала раньше. Ты так сильно похудела, что одежда висит на тебе мешком. У тебя постоянно круги под глазами. Ты улыбаешься покупателям, но никогда не шутишь с другими продавщицами. И твоя энергия, заставлявшая тебя добиваться успеха, куда-то исчезла. В чем дело?

Кэнди взглянула на маленькое окошко под потолком. Со своего места она могла видеть в нем только кусочек неба. Такого же голубого неба, как в Вайоминге. Она опустила глаза, и посмотрела на Полетт.

— Разве вам мало, что моя жизнь оказалась разрушенной более чем на шесть месяцев? — тихо спросила она.

Полетт покачала головой. Постукивая длинным ногтем по полированной поверхности стола, она рассматривала сидящую перед собой девушку.

— Ты борец по натуре. Я знаю, как много ты работала, когда училась в колледже, как пробивала себе дорогу в бизнесе. Ты вернулась месяц назад, этого времени достаточно, чтобы вновь обрести свою энергию и интерес к жизни. Но сейчас ты выглядишь еще хуже, чем сразу после возвращения. Есть что-то еще. Что?

Кэнди вздохнула и встретилась взглядом с Полетт.

— Я влюбилась в одного судебного исполнителя, который меня охранял. — Ей было приятно признаться в этом вслух, несмотря на переполнявшую ее боль утраты.

Полетт кивнула с довольным видом.

— Я знала, что что-то такое должно было случиться. По-моему, это тот самый симпатяга, который приходил сюда в те две недели, пока длился суд. Ну, и что же стряслось?

Кэнди пожала плечами.

— Он меня не любит, — просто ответила она. — По крайней мере, так он сказал. — Кэнди вспомнила его поцелуи, его стремление защитить ее, его ревность к остальным ковбоям из «Бар Би». Должен же он хоть что-то к ней чувствовать!

— И?

— И я ему не верю. Однажды он уже пережил разочарование в любви, поэтому со мной не хочет даже пробовать. — Это оказалось более болезненным, чем ожидала Кэнди. Время не смягчило удар.

Полетт холодно на нее взглянула.

— Так что ты собираешься делать? Ждать, пока от тебя останутся кожа да кости?

Кэнди покачала головой, расправив плечи и приподняв подбородок.

— Со мной все в порядке.

— Раньше ты вела себя по-другому. Та Кэнди, которая смогла уговорить меня продать часть своего бизнеса, так легко не сдалась бы. Она бы боролась. Кэнди, которая расширила круг наших покупателей, благодаря своей чудесной улыбке и энтузиазму, не стала бы лить слезы целый месяц. Она нашла бы способ добиться своего.

— Как? — Убедить Мика попытать счастья не то же самое, что продать платье заезжей туристке.

Полетт с улыбкой откинулась на спинку кресла.

— Ну же, Кэнди, ведь ты женщина. Тебе не надо объяснять, как добиться того, чего хочешь. Если тебе и в самом деле нужен этот парень, сделай что-нибудь. Или выкинь его на фиг из своей жизни. Но только прекращай свои страдания.