Жаркий поцелуй - Энн Лоуренс

Скотти покачала головой:

— Нам обоим надо успокоиться. Но прежде чем ты уйдешь, я должна тебе сказать. Я очень виновата, Кэл. Прости меня, пожалуйста, ты имеешь полное право сердиться на меня, но я…

— Бог с тобой, Скотти, ты так разволновалась, как будто бог знает что случилось. Выходки Кейхиллов — не та причина, из-за которой мы можем расстаться, как ты думаешь? Даже если нам придется покинуть «Приют у Мод», тебя я не оставлю, неужели не ясно? Я, конечно, на тебя разозлился, но я не собираюсь разрывать наших отношений. Ты должна верить в нас, Скотти! Верить в нас, понятно?

Он взял шляпу и вышел, так и не смягчившись и не поцеловав ее. Он говорил правильные вещи, но все еще здорово сердился. Господи, если бы она только могла верить так же, как и он, верить, что все у них будет хорошо!

Скотти вдруг стало так плохо, что она чуть не согнулась пополам. Желудок сдавило железным кольцом. Ей показалось, что она услышала какой-то звук, да и собаки навострили уши. Скотти стояла, едва дыша, надеясь, что боль отпустит; и тут она услышала их снова. Приглушенные голоса. Мужские. Она подошла к окну.

На улице все еще горели веселые огоньки, мягко освещая теплую июньскую ночь. Они давали меньше света, чем фонари, которые сегодня были отключены, но во всем остальном картина была вполне обычной.

Скотти почему-то даже не боялась. Она прекрасно сознавала, что Кейхиллы опять собираются сделать им какую-нибудь пакость.

Скотти почувствовала неожиданный прилив сил и уверенности в себе. Вот сейчас она выйдет и выскажет им все, что накопилось. В четверг, когда они прокололи колесо ее машины, ей так и не удалось прочесть им лекцию о добрососедских отношениях. Скотти решительно открыла дверь и вышла на веранду. Каково же было ее изумление, когда две пары крепких мужских рук сгребли ее сзади. Сильная ладонь немедленно зажала ей рот, и Скотти запоздало пожалела о своей неосторожности.

— Лапа-лапа-лапочка мисс Скотт, — нараспев сказал один из парней прямо ей в ухо. Второй грубо заржал.

Скотти попыталась вырваться, но ее попытки ни к чему не привели. Даже полицейская выучка не могла ей помочь в такой ситуации. Она видела, что нападавшие одеты нормально, если не считать вязаных лыжных масок на лицах.

Она напрягла все свои силы, пытаясь заговорить, но стальные пальцы еще плотнее прижались к ее рту. Ее грубо поволокли вниз по ступенькам веранды. Когда они повернули, Скотти увидела, что калитка, ведущая в розарий, приоткрыта.

Ключ, подумала она. Джейсон дал им ключ. Как он мог так поступить? И почему именно розарий?

Не останавливаясь, они втроем поковыляли дальше, неуклюже сплетенные между собой. Мальчишки продолжали громко распевать какую-то чепуху.

Даже сейчас Скотти не испытывала страха. Вырваться от них она, правда, тоже не могла. Коди и Кит в отличие от Джейсона были уже сильными и крепкими парнями, и притом абсолютно неуправляемыми.

Нет, не может быть, чтобы Джейсон дал им ключ.

Оставив позади свет веселых гирлянд, Скотти и ее похитители вошли в темный розарий. Один из парней включил карманный фонарик — они определенно заранее готовились к «операции».

Поскольку ее толкали вперед и крепко держали, их шаги не совпадали, и они без конца сталкивались между собой. Скотти все пыталась вырваться, но тщетно. Луч фонарика метался из стороны в сторону, придавая происходящему какой-то жутковатый рваный ритм. Наконец намерения похитителей прояснились.

Они подошли к баку. Луч света зигзагом выхватил из темноты часть лестницы, уходящей вглубь.

— А теперь марш вниз, лапа-лапочка мисс Скотт.

— Если тебе очень повезет, мусорша хренова, — прорычал второй, — тебя кто-нибудь тут найдет, пока ты не окочуришься от страха в темноте.

Скотти так и не успела по-настоящему испугаться, потому что ей все-таки предложили самой спуститься в бак, а не просто швырнули внутрь. Она стала осторожно, чтобы не сорваться, спускаться вниз, ступенька за ступенькой. Спускаясь, она пыталась напавшим на нее что-то сказать, но каждое ее слово вызывало поток грязных ругательств в ответ.

— Вы, ребята, делаете хуже только самим себе, — все, что она сумела им сказать.

— Спокойной ночи, лапа-лапа-лапочка Скотт.

— Сладких снов, офицер Скотт.

— Счастливо намокнуть, мусорша!

Они подняли лестницу вверх и тут же исчезли, продолжая по пути громко и нагло изрыгать свои странные «напевы».

Глава 12

Вот так. Поторопилась открыть дверь. Ничего не скажешь, опрометчивый поступок с ее стороны, однако все могло закончиться гораздо хуже. По крайней мере она жива и здорова, хотя и стоит на дне старого бака для полива, как крыса в ловушке. Несмотря на весь их гангстерский эпатаж и глумливые «напевы», Коди и Кит — мальчишки, которые… скажем, просто шалят.

Однако здесь темно и сыро. И тоскливо. И жутковато.

Если не считать частых вспышек зарниц, — гроза все-таки надвигалась, уже слышались далекие раскаты грома. В старом баке с заплесневелыми каменными стенами было темно хоть глаз выколи. Бак был, по сути, широким колодцем, около семи или восьми футов в диаметре; открытая горловина зияла примерно в трех-четырех футах над головой.

Скотти чувствовала, как мерзкая хлюпающая жижа, которой, видимо, было покрыто дно, просачивается в ее сандалии. Попробовав сделать шаг, она едва не полетела кувырком, споткнувшись о камень — Джейсон не успел вычистить бак до конца.

— Идиотка! — сказала она, и голос ее прозвучал глухо. Однако, кроме себя, винить было некого.

— И бесполезно. Лучше думай, — приказала она себе вслух.

Итак, что мы имеем? Кэл уехал, его не будет еще как минимум час. В доме включен автоответчик, и вряд ли кто-то серьезно обеспокоится тем, что она не берет трубку. Даже Кэл. Решит, что она в душе или еще где.

Скотти чувствовала себя совершенно беспомощной, пожалуй, первый раз в жизни. Что же делать, пока ее не найдут. А ее обязательно найдут. Не могут не найти.

Молния раскроила надвое круг темного неба над головой. Дождь полил как из ведра. Хорошо еще, что систему водостоков, по которым дождевая вода должна была сливаться в бак, так и не подключили. Значит, потоп ей пока не грозит — капель дождя, падающих сквозь открытую горловину, явно мало.

Можно сказать, что в целом ей повезло, если не принимать во внимание тот ужас, который наводит на нее все, что ползает и шуршит. Скотти приказала себе сохранять спокойствие и думать, думать. Она должна справиться со своим положением. Не зря же она столько лет проработала в полиции.

Она еще раз попробовала пошарить ногой по черному дну бака. Вот тот камень, о который она споткнулась. Здесь должны быть и другие, так что лучше все же стоять на одном месте. Потоки воды текли по лицу. Скотти вытерла глаза и стала ждать новой вспышки молнии, чтобы попытаться рассмотреть что-нибудь вокруг. Как она и предполагала, ничего, кроме камней и жидкой липкой грязи, не было.