Милиционер социума. Ночная охота - Иван Белогорохов

Раскрашенная красной кровью физиономия орклира ощерилась сальной улыбкой, показывая свои нижние и верхние клыки.

— Я тебя прикончу! — выдохнул орклир.

— Попробуй! — ответил Менг, понимая, что сейчас ему надо бить. Бить по цели, а не разговаривать с ней.

Удар в живот милиционер благополучно отбил, но затем орклир произвел обманный финт и повел выпад, нацеленный в пах.

Ольвериус готов был к такому ходу событий, и у него уже имелся план отражения подобной атаки.

Переместившись влево и прокрутив опасное оружие звездочкой в одной руке, секстионер смог отбить острие вражеского лезвия вверх, уводя его от своего тела, а сам уже в тот момент, когда орклир старался вернуть свой меч в исходное положение, провел горизонтальный удар молотом в левую скулу противника.

Только вот воин, нанятый для своих гнусных целей некромантом, сам являлся великолепным бойцом, и смог быстро и точно прочесть комбинацию милиционера.

Толчок плечом в грудь сбил Менгу все планы, а его молот прошел всего лишь в сантиметре от намеченной цели.

Секстионеру было досадно, что он так быстро попался на крючок противника. Но бой из-за одной ошибки был еще не проигран, да и противнику было не так сладко: вращать здоровенным оружием с такой скоростью и при этом еще думать, перемещаться и наносить удары телом — все это требовало от бойца немалых сил, и он их отдавал.

«Скоро ты свалишься от усталости, и я быстро разберусь с тобой, а потом лордок и компания проведут над тобой суд, и твоя дальнейшая участь будет решена в ближайшие дни. Ждать осталось недолго».

Но секстионер ошибался.

Силы в орклир еще были, и их хватало с избытком.

Перехватив свой меч в одну руку, орклир провернул заднюю бабочку, нанося свободной рукой удар секстионеру в пояс.

Менгу стоило немалого труда увернуться.

Милиционер лишь чудом заметил замаскированную под красный цвет раскрашенной кожи силовую перчатку со встроенным минерализатором. Если бы он решил не уклониться, а отбить идущий в него удар, то тогда он бы уже лежал на полу без сознания, и никто бы ему не в силах был помочь.

Оппонент также произвел разворот на сто восемьдесят градусов, и вот тут-то вступил в ход его вращающийся за плечом меч.

Вибрирующее от жажды крови лезвие едва не проткнуло милиционеру шею, но Менг ушел и от этой опасности.

Высоко подпрыгнув вверх, секстионер резко произвел сальто вперед с последующим выходом на удар, и через долю секунды после сложного акробатического трюка его молот уже опускался на руку противника.

Вид того, как далеко не хилый милиционер подпрыгивает над его мечом, да еще и производит в воздухе сальто, заставил орклира немного отвлечься.

Эпизод действительно был красивый. Такой обычно демонстрируют студентам Милицариума на уроках по рукопашному бою, произнося фразу «как надо себя вести в аналогичной ситуации».

Что ж, честь мундира Менг не уронил, да еще и пересилил чашу противостояния в свою пользу.

Попавшее под удар плечо орклира звонко захрустело. Было очевидно, что несколько костей раздроблены, и притом очень хорошо. Удар заговоренного оружия оставил сотни открытых переломов, так что ни один техномаг или врач не смогли бы сразу же залечить такое ранение.

Орклир со всхлипом сплюнул Менгу под ноги, когда тот приземлялся.

Свободная рука наемника некроманта теперь больше не могла угрожать перчаткой с минерализатором. Получив массу повреждений, крепкая конечность теперь висела плетью вдоль массивного туловища.

Переборов болевой шок, воин Хейзела решил провести последний рывок в сторону ненавистного секстионера, и его меч ринулся в свою последнюю за эту битву атаку.

Менг не стал изощряться в обороне, просто применив в этом случае комбинацию из удара ногой в грудь нападавшего и атаку рукоятью молота в широкий подбородок орклира.

Выронив оружие и едва не падая на милиционера, воин Норманна Хейзела грузно осел на пол.

— Вы имеете право хранить молчание, — начал заученную речь сотрудник милиции, но некромант, все это время наблюдавший за ходом боя, неожиданно басисто рассмеялся и захлопал в ладоши.

— Браво! Браво, секстионер Менг! Я искренне восхищен вашими действиями.

— Да катись ты со своими восхищения ми, — секстионер Ольвериус помнил, что этот противник вывел из строя уже не одного сотрудника королевской милиции, и простая атака со всей силы вряд ли сможет ему помочь в борьбе против опытного техномага.

Некромант словно прочитал на застывшем лице милиционера все его мысли, поскольку следующей фразой Норманн высказал на удивление банальный в таких случаях вопрос:

— И что же мы будем делать дальше?

Менг хорошо видел, как нечто, напоминающее змееобразного гигантского дракона, ведет упорную борьбу против еще нескольких сорвиголов вроде тех, что пострадали от его рук. Но сейчас Ольвериусу было не до того, чтобы, заботясь о здоровье каждого отморозка, лезть разнимать драку, в то время, как перед ним стоит самый опасный преступник Питерсброка.

— Ты арестован, Хейзел! — крикнул Менг, вспоминая заученную процедуру ареста.

Некромант лишь развел руками:

— Перестань, Ольвериус! У тебя уже есть подозреваемый, разве не так?

«Меня ты этим не купишь, Хейзел!» — вскричал милиционер где-то в глубине своей души, но в слух лишь холодно произнес:

— Именем Законов Социума приказываю вам сдать оружие и добровольно следовать процедуре задержания.

— А зачем мне это? — искренне удивился некромант.

— Для избежания непредвиденных эскалации насилия, — заученно отчеканил Менг.

Хейзела эти фразы явно позабавили.

— Ну, что ж, если ты хочешь поиграть — я готов, только ты, видно, сконфужен тем, как я вырубил ту грудастую дамочку, верно? И теперь тебе самому слабо верится в вероятность победы.

Секстионер Ольвериус молчал, не желая вступать с техномагом ни в какие споры и разговоры. И делал он это не потому, что устав запрещал, — нет, там как раз разрешалось легкое психологическое воздействие с целью избежания смертей или конфликтов. Просто с таким противником, который может незаметно обойти все твои преграды и своим словом или мыслью незаметно влезть к тебе в мозг, лучшее поведение — это молчать и, сконцентрировавшись на чем-то своем, не поддаваться на его уловки. Впрочем, Хейзел был не из тех, кто любил болтать, и Менгу в этом предстала великолепная возможность лично убедиться.

— Эй, Григерс!

— Что?

— Нам надо как-то послать сигнал о помощи в наш замок.

Предложение Альмавира было сейчас очень даже кстати, но вот только Крайт и сам постоянно думал об этом, сдерживая атаку Баргджи. Молодой милиционер прекрасно понимал, что его сил надолго не хватит, если его вообще здесь не убьют. Впрочем, он-то к смерти был готов и даже знал, что это такое — потерять жизнь. Но вот близко стоявший к нему Альмавир сразу заставлял молодое тело бороться не на жизнь, а на смерть. Непонятно, какие силы Крайту удалось задействовать, но он вдруг почувствовал, как по его телу растекается огонь. Тот самый, что уничтожил Роджера Карского.