Гранд-адмирал. Том шестой - Илья Сергеевич Модус

— Сэр, спасательные капсулы запущены! — сообщил Гарму бывший старший помощник. — Дроиды выполняют основные функции.

— Почему вы еще здесь? — строго посмотрел на него кореллианец. — Марш в шлюпку!

— Нет, сэр! — отрезал молодой старпом, указывая на своих подчиненных, сидящих за рабочими терминалами. — Мы здесь до конца. Мы с вами до конца!

Еще чего не хватало.

Его тактика уже привела к сотням тысяч погибших, не хватало еще, чтобы и эти парни погибли.

— Уводи подчиненных, лейтенант! — рявкнул кореллианец, с болью посмотрев на схему корабля.

Им только что отстрелили один из маршевых двигателей.

Как будто это могло остановить идущий по прямой звездолет.

Инерция, она и в космосе инерция.

Но не нравилось ему то, что головной корабль противника обстреливал его звездолет чуть ли не всеми орудиями, какие только могли вести огонь с борта «Доверителя-II».

А ведь предполагалось, что головное судно в центральном кильватере настолько же повреждено, насколько и другие.

При таких массовых ударах скоростных бомбардировщиков Доминиона, сомнительно, что головной корабль мог быть настолько цел.

По всем законам тактики ведения космического боя головной вымпел должен быть нещадно атакован и избит всеми возможными средствами.

Ведь по факту практически всегда он являлся лидером всего соединения вражеского отряда.

Но почему-то доминионские бомбардировщики снесли головному кораблю только лишь генераторы дефлекторного поля.

Благодаря чему корабли Бела Иблиса могли наносить удары по обшивке звездного дредноута.

Правда, практически безрезультатно.

— При всем уважении, сэр, — возразил старший помощник. — Но лучше погибнуть здесь, лишив их корабля, чем быть мишенью в спасательных капсулах в космосе.

— Звездолеты Доминиона довольно далеко, — заметил кореллианец. — Кто еще будет уничтожать спасательный шлюпки?

— Дредноуты, сэр, — ответил старпом. — Ни одна из спасательных капсул, выпущенных за последние пять минут, не прожила дольше пары минут полета. Всех их уничтожают.

«И они все равно лезут на борт спасательных кораблей».

— А выпущенные ранее?

— Дрейфуют, выбравшись за пределы дальнобойности орудий звездных дредноутов. Но если тех не остановить, то и их рано или поздно расстреляют как мишени.

— Банта пууду, — выругался кореллианец.

— Надежда на то, что удастся спастись в этой бойне, тает с каждой секундой, сэр, — усмехнулся временный командир корабля. — Не отказывайте нам в праве погибнуть достойно.

Кореллианец посмотрел в глаза лейтенанту, затем перевел взгляды на подчиненных.

И увидел лишь решимость.

— Разрешаю, — произнес он, посмотрев на тактическую голограмму. — Все равно через пять минут все будет кончено.

Из всего его флота осталось не так уж много кораблей.

Вражеский дредноут, заметив, что они намерены атаковать их тараном, не в силах победить в линейном бою, предприняли все возможные действия для уничтожения брандеров.

И сейчас кроме флагмана Иблиса «в живых» остался только один МС80b, идущий следом за кораблем кореллианца.

Да и то, лишь по той причине, что флагман Гарма прикрывал его своим корпусом.

Верховный Главнокомандующий Галактического Альянса использовал ту же тактику, что и хозяин дредноутов — прятал главные силы за кораблями, которым суждено быть уничтоженными.

И если у него все получится, то флагман оттянет на себя большую часть огня, а следующий за ним — врежется в манящий борт давно уже обесточенного «Доверителя-I».

А над ним практически уже показалась носовая часть головного и боеспособного дредноута.

Мысли в голове Бела Иблиса метались со скоростью звездолета на сверхсветовой скорости.

Если у них получится вывести его из строя, то проблем у хозяина громадных кораблей будет больше, чем если бы Бел Иблис атаковал поврежденный в самом начале кампании дредноут.

Заблокированный с обоих бортов ради выживания под огнем ионных пушек, центральный кильватер будет вынужден рассыпаться как только головной корабль будет выведен из строя.

А следовательно, появится возможность для атаки кораблей с фронтов — хотя бы с помощью тех же самых ионных пушек.

Вот только ему это все без надобности.

— Противник разрушает большую часть носовых отсеков, — сообщил вахтенный офицер. — Еще минута-две и мы взорвемся.

— Есть еще время для последнего доброго дела, которое я могу воплотить в жизнь, — вздохнул Бел Иблис.

— Сэр?

— Откройте канал связи с вражеским флагманом.

— Целостность конструкции восемьдесят процентов!

— Силовой набор начинает сдавать!

— На дредноутах нет рабочей приёмо-передающей аппаратуры, генерал Иблис! — сообщил ему командир корабля.

— Я не о дредноутах, а о «Страже», — кашлянул Бел Иблис, посмотрев в глаза подчиненному.

Кажется, тот понял.

Лишь бы ответили.

— Есть контакт! Нам отвечают!

— Голо или аудио? — спросил Бел Иблис.

— Пока аудио, сэр, в антенне короткое замыкание, ремонтируем… Пара секунд и готово будет.

— Не важно уже, — махнул рукой кореллианец.

Он прекрасно знал, что вражеский командир его увидит, а потому смотрел прямо в глазок проектора.

— Мое имя — Гарм Бел Иблис, генерал, Верховный Главнокомандующий Вооруженных Сил Галактического Альянса. Я прошу лидера соединения Доминиона оказать мне последнюю услугу и спасти жизни моих подчиненных, находящихся в спасательных капсулах. Да, вы были к нам безжалостны, но взамен на спасение жизней моих подчиненных, я направлю свои корабли на таран не выведенного из строя дредноута, а головного в центральном кильватере. Давка, которая образуется, позволит вам расстрелять остальные дредноуты из ваших ионных пушек. Протараненный корабль будет сильно поврежден, но не уничтожен. Вы захватите все дредноуты, как и планировали. Мне будет достаточно вашего слова и обещания спасти моих людей, чтобы выполнить свою часть сделки, — он спохватился, подумав, что может принести гораздо больше пользы, если хотя бы попросит об этом. Лучше сделать и быть уверенным в том, что ты пошел до конца, чем промолчать и уходить с тяжелым сердцем. — Если готовы на подобное сотрудничество, готовы, чтобы я помог вам пролить меньше крови, но захватить корабли, готовы с моей смертью не мстить Галактическому Альянсу и не продолжать атаки на него, вернуть всех военнопленных, захваченных в этом бою, на родину, то я действую немедленно. Хатт возьми, да ответьте же мне! Траун бы на вашем месте согласился!

— Готово, сэр, сейчас будет голо!

И голо появилось.

В виде разумного в белоснежном кителе, спокойно, с некоторым налетом царственности восседающего в командном кресле.

И с неизменной ящерицей на руках.

Бел Иблис почувствовал, как у него подкашиваются ноги, но сила в руках ее осталась.

И лишь благодаря ей он мог, опершись на голопроектор, устоять, впитывая слова и изображение сквозь барабанный бой в ушах.

Сердце, колотящееся внутри готово было вырваться из груди, чтобы прокричать на всю галактику: «Я был прав! Я был прав!».

Во рту пересохло.

Не было возможности даже подобрать слова, кроме…

— Твою же мать… — воздух вышел из легких Верховного Главнокомандующего Галактического Альянса вместе с кореллианской традиционной руганью для подобных случаев. — Траун…

— Я вас услышал, генерал Бел Иблис, — спокойным, будто бы будничным тоном ответил «покойник», полностью проигнорировав восклицание, но явно поняв его смысл. — Со своей стороны могу пообещать, что сделаю все, чтобы сохранить жизни наибольшему количеству ваших подчиненных. Приказ об их спасении отдан и выполняется.

Бел Иблис перевел взгляд на тактическую голограмму.

Вблизи светящихся точек спасательных капсул далеко позади кораблей-смертников, появились отметки вражеских МЛА.

Секунда — и две разноцветные точки уже улетают в сторону звездолетов Доминиона.

— Разрушение корпуса — шестьдесят процентов…

— Выполните свое обещание — я выполню ваши просьбы, — продолжал гранд-адмирал, поглаживая своего питомца. — И на этом, можно сказать, генерал, наше противостояние завершено.

— Я проиграл, — бесцветным тоном ответил Бел Иблис.

— Да, — констатировал Траун. — Победителей в параноидальной погоне за призраками не бывает.

— Если бы я знал… Что ты жив… Я бы остановил Мон Мотму… Сколько ошибок… Из-за тайны…

Хрип Бела Иблиса становился все бессвязнее, а в глазах появлялась кровавая пелена.

— Всему причиной ваша слепая вера и маниакальное желание быть правым, — сказал Траун. — Вы хотели реванша, Бел Иблис. Я его устроил. Вы снова проиграли. Но можете запомниться своим выжившим подчиненным не как маниакальных параноик, а как их спаситель. Не упускайте шанса разбавить черноты шрифтов, которыми в учебниках истории будет написано ваше имя. Траун, конец связи.

И голограмма пропала.

— Разрушение конструкций сорок процентов и нарастает!

— Сэр, вы были правы, — шепнул командир корабля. — Гранд-адмирал Траун выжил и был в тени…

— Прав, — с горечью произнес Бел Иблис, чувствуя как закололо в левой руке. — Ну, а что толку-то? Вы слышали приказ. Продублируйте его