Гранд-адмирал. Том шестой - Илья Сергеевич Модус

— Да, мэм, — процедил сквозь зубы лейтенант, отвечающий за работу авиации. — У него вообще ничего нет, кроме двигателей. Даже СЖО и та сдохла пару минут назад.

— Черные кости Императора, — скрежетнула зубами Кая, поняв что к чему. — Креб-11912, отмена, отмена!

— Не могу иначе, мэм, — донесся спокойный голос пилота. — Был рад служить с вами. Со всеми ва…

В следующий момент в рубке «Спасателя» стало светлее от крохотной, в масштабах космоса, вспышки — TIE-перехватчик перехватил протонную торпеду, угрожающую гибели «Грома».

Перехватил собой.

Командор почувствовала, как на глазах наворачиваются слезы, а горло душит от избытка эмоций.

Она сжала кулаки, впиваясь короткими ногтями в ладони.

Когда образовались Вооруженные Силы Доминиона, военнослужащим Сьютрикской Гегемонии было предложено несколько путей.

Все желающие могли демобилизоваться (что и сделала основная масса рекрутированных насильно) и продолжить жить как гражданские.

Льготы и поощрения военнослужащих Доминиона на них не распространялись, но большинству было плевать.

Смена режима мало когда заканчивалась удачно для тех, кто был пособниками прошлого правителя.

Немудрено, что практически все из них по-быстрому сбежали из новоявленного государства.

Тем, кто решил остаться на воинской службе, предложили два пути — либо отправиться в Силы обороны и защищать метрополию от преступности, либо же прямым рейсом отправляться в новообразованные Академии для переподготовки и последующего зачисления в регулярный флот.

Правда, для некоторых экипажей и даже рядовых военных были сделаны исключения — они доказали свой профессионализм, который устраивал новое командование.

Например, капитан Фулик со «Связующего» и экипаж его корабля, продолжили службу без каких-то манипуляций.

Но, насколько знала Кая, даже им были направлены учебные пособия для улучшения своих профессиональных качеств.

Кая же…

Слишком малая у нее была должность — вахтенный офицер, чтобы проявить себя.

Да и на службе принца-адмирала она провела не так уж много, командуя одной из вахт на «Расплате».

Она пошла по стезе переподготовки, и по завершению ее пару месяцев назад могла отчетливо сказать, что так тяжело в ее жизни никогда не было.

Огромное количество теории разбавлялось большим количеством практики на кораблях как Сил Обороны, так и регулярного флота, из числа тех, что находились в ремонте и готовились к пополнению первого или второго эшелона.

Бессонные ночи, сотни прочитанных книг, пособий, наставлений, экзамены и зачеты, тренировки, ночные тревоги, изматывающие занятия…

Но это того стоило.

Из простого вахтенного она получила назначение на должность старшего помощника «Спасателя», который только-только комплектовался экипажем и переходил из категории «недавно отвоеванное у республиканцев добро» в разряд «тяжелый крейсер первого эшелона».

В этой должности она прошла окончание первой фазы контрнаступления, а так же всю вторую.

В этой же должности она привела корабль на рандеву, фактически исполняя обязанности командира корабля, погибшего в предыдущем сражении.

Он был клоном, как и большинство командиров тяжелых крейсеров и корветов, но был прекрасным офицером.

Спокойным, флегматичным, доходчиво объясняющим и талантливо умеющим держать экипаж в дозволенных рамках.

Но он погиб и бремя командования перешло на ее плечи.

Во время рандеву флота перед атакой на Камино, она получила повышение — лейтенант-командор стала просто командором.

Еще одна ступенька на пути к заветной мечте.

И путь ее сопряжен с потерями тех, к кому она привязалась за время службы на «Спасателе».

И вот, погиб еще один…

К тому моменту, как закончится эта кампания, не ясно сколько всего потерь будет из состава ее экипажа.

Именно, что ЕЕ, потому как она не была больше временно исполняющим обязанности командира корабля.

Она была командиром.

И командиром, который с болью откликался на каждую потерю среди подчиненных.

Ей сказали, что она достойна быть командиром тяжелого крейсера.

Сейчас же она считала… что слишком рано все это на нее свалилось.

Прежний капитан философски замечал, что по клонам не стоит лить слезы — они созданы для того, чтобы сражаться. Они понимают, что погибнут, и не большей чести, чем найти свою кончину в сражении, спасая остальных.

«Быть воином — жить вечно».

Такая пословица ходила среди военнослужащих Доминиона.

И они знали, что не будут забыты.

Не важно кто они — клоны или рожденные естественным путем — все они будут чтиться в памяти поколений.

В их честь будут открыты памятники, названы улицы и мемориальные доски, о них будут рассказывать подрастающим поколениям.

Все будет.

Кроме жизни, которую они утратили.

И это больше всего било по нервам.

Кая отчетливо понимала тезис о необходимости жертвенности ради спасения жизни соратников.

Но не была до конца уверена в том, что смогла бы так же просто и хладнокровно направить свой перехватчик для тарана протонной торпеды, чтобы спасти жизни незнакомых разумных.

Девушка стояла, закусив губу до крови.

Она слышала доклады о том, что периметр вокруг «Спасателя» и «Грома» чист, что отремонтированы еще две батареи, а на месте пробоины на пятой палубе уже работают технические команды, локализуя повреждение дюрасталевыми щитами и герметизационной пеной.

Этого вполне достаточно для того, чтобы восстановить атмосферу в разрушенном коридоре и нормализовать сообщение носовой и кормовой частей корабля по левому борту.

На верфи их отремонтируют как следует.

Но как же больно от того, что погиб еще один член ее экипажа.

Креб-11912 был ей практически другом, который помог освоить пилотирование TIE-перехватчика, а так же просветил о том, как лучше противостоять вражеским МЛА.

Очень болезненная потеря…

— Мэм, — она выскользнула из своих воспоминаний и размышлений после того, как почувствовала чужую хватку у себя на локте. — С вами все в порядке?

— Вполне, — солгала она.

— Вы минуту не отзывались…

«Вот сит!» — охнула она.

— Статус⁈

— Нападение отражено, периметр чист, корабли в безопасности, — сообщил вахтенный. — И еще… вас вызывает капитан Прил. Голопроектор настроен, связь стабильна.

Кая быстро вытерла слезинки с глаз и кивнула в ответ.

— Я отвечу ей в рубке связи, — сказала она. — Принимайте командование, пока не освобожусь.

Для чего командиру «Грома» потребовалось пообщаться с ней именно сейчас, да еще и с помощью голопроектора, можно было только гадать.

Хотела влепить выговор?

Похвалить?

Лично передать новый приказ?

— Оперативная сводка, — вахтенный сунул ей в руку деку, на которой вкратце были подведены итоги противостояния и нынешнего состояния ее тяжелого крейсера.

— Благодарю.

Рубка связи — это гордое название закутка в дальнем углу мостика, отделенного от основной части металлической перегородкой.

Здесь дежурили два связиста, готовые в любой момент принять входящую передачу по командным каналам.

Но на период сеанса старших чинов тет-а-тет, связисты покидали рубку для сохранения конфиденциальности.

Общение старших офицеров — не удел ушей или прочих органов слуха младших офицеров и личного состава.

А потому к тому моменту, как она прибыла, связисты — родианец и забрак — уже стояли рядом с «закутком», терпеливо ожидая, когда будет освобождено их крохотное рабочее место.

Голосвязь преимущественно использовалась для общения «в высоких кругах», как еще один способ аутентификации собеседников.

Доминионское оборудование для общения по военной линии между доминионскими кораблями и военными объектами работало лишь в том случае, если оба собеседника подтвердят свою личность.

Зачем это было сделано Кая до конца не понимала, но подозревала, что штаб-квартире это известно лучше остальных.

Похоже кто-то «баловался» подделкой визуальных изображений и подстраховка не помешала бы.

Одернув китель, Кая приложила руку к сканирующей панели, даже не дернулась, почувствовав легкий укол иглы, сделавшей забор крови для анализа «на оригинальность», как его называли, после чего вставила свой командный цилиндр в приемное гнездо.

В следующую секунду перед ней возникла голограмма женщины в мундире вооруженных сил Доминиона.

Кая по привычке посмотрела на нашивку-шеврон на плече Танды Прил, где красовался крохотный основной звездный разрушитель Доминиона с пометкой о принадлежности разумного к конкретному экипажу: «ОЗРД 'Гром».

«Когда-нибудь и у меня будет такая же», — припомнила командор свой цель, помогающую ей просыпаться по утрам и двигаться вперед.

— Мэм, — она отдала воинское приветствие, но командир «Грома» ответила лишь усталой улыбкой. — ТК «Спасатель» поставленную задачу выполнил. Периметр чист, «Гром» не пострадал.

— Вольно, Кая, — ее голос был уставшим, и даже голограмма не могла скрыть измождения на лице. — Вы хорошо потрудились. Вдвойне хорошо, учитывая состояние вашего корабля.

— Благодарю,