"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

— Эх, Pax! — вздыхал Папа. — Отклясть бы тебя от волшбы Ониго — глядишь, вновь бы человеком стал! Я ведь тебя, мерзавца, люблю жарче кровных сынов. Рыдать буду, а отдам тебя гостям. Правда удальцов велит! Будет мучаться твоя душа, замороженная у полковника, как мясо...

«Хм, что-то замороженное тело по имени Pax не даёт о себе знать. А жив ли он? чего я жду, кого я жду?.. Надо маневрировать, чтоб время выгадать».

— Да будет тебе убиваться, Папа. — Форт заговорил чуть добрей. — Если дело верно повести, то я могу и согласиться...

— Это на что ты меня наводишь, сын беспутный? — оттопырил уши Мусултын.

— Доказательств хочу, что обмана не будет.

Зурек с Маджухом нахмурились, а Папа приободрился:

— Так, так! Хитришь? мне, сынок, хитрость по нраву — но смотри, сам себя не обхитри. Говори, чего от меня ждёшь!

— Не требовать ни кодов, ни паролей.

— Ого! почему же не требовать?

— Чтобы Ониго и тебе досталось поровну, одному не больше, чем другому. Я, попав к нему, ничего о тебе не выдал...

Был в подобном заявлении немалый риск, но, зная Раха, Форт полагался на его клановую честность. Ведь до сих пор никто не обвинил его в предательстве. Ход оказался удачным — гримас на лицах Окурков не появилось.

— ...так и о нём не выдам ничего. Когда сын возвращается — это одно, а когда становится изменником — совсем другое.

— Звучит неглупо, — невольно признал Маджух. — Но всё-таки тебе следует раскрыть секреты Эрке — для верности, чтоб пути назад не было.

— Трудное условие, — осунулся Папа. — Сразу не приму. Надо обсудить, посовещаться. Дальше!

— Открой мне тайну моего рождения.

Мусултын и Маджух обменялись взглядами. Зурек в их переглядке не участвовал и недовольно шевелил скальпом.

— Что ж... когда-нибудь это пришлось бы рассказать. Зурек, удались за дверь; тут дело семейное, внутреннее...

— А охране выйти не прикажешь? — Поднимаясь с неохотой, Зурек перекосился лицом.

— Они приказов не ждут, сами знают, что делать.

Охранники исчезли, зато Маджух достал бластер и с этого момента держал дулом к Форту.

— Дело было давно... — начал Мусултын.

После первых же его фраз Форт абсолютно искренне воскликнул:

— Не может быть!

— А вот Маджух, он при сём присутствовал, он подтвердит.

— Истинная правда.

— Поэтому не вскрикивай, а слушай.

Папа продолжил свои воспоминания. Форт записывал их слово в слово.

Завал преградил путь Раху на глубине около тридцати саженей. Сквозного колодца, который прежде вёл к обоим коленам сифона, больше не существовало — умело рассчитанные взрывы заставили скальные обломки лечь на края узости так, что между каменными глыбами остались щели, едва пропускавшие руку с фонарём.

«Кабели он искать умеет, сквозь землю он видит... Способности у Эксперта прямо сверхъестественные! То-то он лезть сюда не хотел!.. Йо, ну почему он не научился всегда держать своё чутьё включённым или хотя бы внятно предупреждать меня об опасности?!»

Pax оказался в положении, у шахматистов называющемся «пат». Он был жив и свободен, но не мог двинуться ни вверх, ни вниз. Имевшийся у него заряд взрывчатки был бесполезен — завал им разнести нельзя, к тому же на момент взрыва надо выйти из воды. А наверху ждут. Сам Pax, зная все детали ситуации, непременно устроил бы там засаду. Не зря бойцы гнали Эксперта именно сюда. Загонщики не смирятся с тем, что так хорошо организованная облавная охота будет успешна лишь наполовину. Следы второго человека они обязательно найдут — а где тот человек? Ясно где.

Может случиться и хуже — если они ждут аквалангистов. Схватка под водой с несколькими дайверами Аламбука неизвестно чем кончится; Pax не имел главного козыря одиночки — внезапности. Оставалось уповать на добавочные патроны.

Надо приготовиться к стычке, подыскать выгодную позицию. Pax поплыл по кругу, осматривая стены. В прошлый раз он погружался по схеме, нарисованной друзьями. В тылу врага надо иметь пособников и укрывателей — и они у Раха были. Но как спелеологи друзья оставляли желать лучшего; их занимали только самые удобные пути и объёмистые каверны, где можно хранить товар, скрытый от фискалов общака. Ни один ход, по которому нельзя протащить тюк с добром, их не привлекал.

Луч скользил по выступам и углублениям в камне. Вода изрядно потрудилась, вымывая и обтачивая свои пути под землёй. Замкнутый каменный мешок... Pax постарался не думать, но мысли возвращались на бесконечный круг: «Выхода нет». Вдох за вдохом расходовался воздух. Дышать не перестанешь; на это и рассчитывает засада. От них не требуется ловкости, только усидчивость и терпение. Зрение и слух у них — подземные, привычные улавливать малейшее движение и едва слышный звук.

Описывая витки в наклонном колодце, Pax порой осторожно вызывал партнёра: «Эксперт, Эксперт, ты меня слышишь?» — но связь молчала. Либо Эксперта далеко увели, либо вырвали его чип. Pax надеялся на первый вариант. Если чёрные обнаружат, что взяли артона, они точно пошлют в Низкую пещеру боевых пловцов.

Ниша. Луч осветил её, но потолка увидеть не удалось. Pax опустился ниже и понял, что ниша уходит ввысь, как труба вытяжки. Что это, малый боковой сифон? Глубиномер показывал погружение на восемнадцать саженей от уровня озера. Теперь ясно, отчего после устройства завала озеро не затопило доверху искусственный сточный ход — излишек воды уходил в нишу и по закону сообщающихся сосудов отводился по каналу, когда-то в незапамятные времена соединявшемуся с сифонным колодцем. Куда он ведёт? Pax осмотрел дно ниши — засыпано обломками камня. Осыпь? обвал? Надо всплыть, там видно будет.

В пяти саженях от уровня голова Раха, как поплавок, поднялась над поверхностью. Луч вскинулся, освещая свод узкой пещерки; под стеной из воды выглядывал каменный уступ. Воздушный пузырь ниже завала; пещера герметически замкнута, иначе бы здесь не было воздуха. Pax погрузился и нашёл продолжение канала, ведущее вверх, но буквально в сажени от уровня ход перекрывал неровный потолок из застрявших глыб — каменная пробка со щелями-протоками. Древний обвал забил оба выхода из вновь открытого сифона.

Он вернулся в пещерку и взобрался на выступ под стеной. Снять маску и вдохнуть? да, но очень осторожно, так, чтобы успеть вновь надеть её, если помутится в голове. При высокой концентрации углекислого газа или отсутствии кислорода сознание отключится почти мгновенно... значит, просто отвести маску от лица, зажав шланг; если руки упадут, ремни вернут маску на место.

Реликтовый воздух оказался годным для дыхания. Прикинув на глаз, сколько можно здесь пробыть без риска задохнуться, Pax не обрадовался — ресурс очень мал. Но хоть на пару часов можно завернуть клапаны патронов.

Или — прибавить себе времени, доверившись старому способу шахтёров?.. Те, кто прибегал к этому средству, дожидались спасателей даже на пятнадцатые сутки после погребения в недрах гор, в заваленных штреках.

Pax колебался, хотя рука уже нащупала под гидрокостюмом и извлекла на свет трубку с завинчивающейся крышкой. Нет, не сразу. Сперва закрепить снаряжение, чтобы не ухнуло в воду. Расположиться поудобней самому, иначе могут омертветь мышцы, прижатые весом тела к камню; надо оставить себе простор для перемены позы.

Никто не вымерял, сколько снадобья надо эйджи, чтобы сон не стал запредельной комой. Значит, надо дозировать по минимуму, в расчёте на вес ньягонца.

«А выяснял кто-нибудь, дружит ли оно с микстурой против кессонной болезни?.. Pax, не смей думать! Я проснусь. Я должен проснуться!»

Теперь всё готово. Осталось сделать последнее. Он набрал на гравитационном телефоне номер, не существующий в системе связи Аламбука. Не было и гарантии, что кто-то находится рядом с аппаратом, спрятанным в дальнем ответвлении бедной норы одного семейства удальцов, но двое надёжных ребят, не вызывая подозрений, поочерёдно наведываются к телефону и смотрят, нет ли сообщений.