Практическое руководство по злу - overslept

— Вы все оказываете мне такую милость, — спокойно сказал барон. — Моя благодарность не будет знать границ, уверяю вас.

Охранник вернул ‘приглашение’ Лучнице, которая явно хотела ударить кого-нибудь ножом в лицо. Я спрятала своё ликование за фасадом достоинства. Проигнорировала меня, не так ли? Моя месть была столь же скорой, сколь и мелочной.

Наш эскорт приказал стражникам спешиться, и я на мгновение остановилась, когда поняла, что, в отличие от смертных всадников, никто из них не пользовался шпорами или даже седлом. Там было просто красивое шёлковое покрывало. «Значит, для побега лошадьми не воспользоваться», — подумала я. Сейчас я была уже более чем приличным наездником, но никогда не пробовала ездить без седла. Мои спутники сели в седло вслед за мной, с разной степенью успеха: Хакрам был доволен уже тем, что его лошадь не начала слепо паниковать, когда он приблизился, а Лучница, судя по всему, оказалась лучшей наездницей, чем я. Масего же, в противоположность ей, вцепился в бока своего коня и побледнел.

— Подмастерье, — сказала я, подводя своего коня к нему.

— Это неестественно, — пробормотал он в ответ. — Маги ходят или летают. Эта авантюра с лошадьми просто напрашивается окончиться сломанной шеей.

— Похоже, у тебя всё под контролем, — замяла я его панику.

— Есть какие-то проблемы, Леди Марчфорд? — спросил барон.

Я вежливо улыбнулась.

— Совсем нет, — сказала я. — Ну что ж, милорд барон, отведите нас к Скейд.

— С удовольствием, — мрачно ответил фейри, к ликованию других дворян.

Мы двинулись по дороге, фейри впереди, а Лучница подъехала ближе ко мне.

— Бестолковая девка? — прошипела она.

— Ты права, — задумчиво ответила я. — Это было немного чересчур. Я беру назад «девка».

☠

В свое время я повидала немало красивых мест.

Я видела Серебряное Озеро при лунном свете, когда оно больше всего заслуживало своего названия. Я видела королевский дворец Лауэра: камень, гобелены и столетия власти. Я ходила по залам Башни, где роскошь была данностью, а ужас скрывался за каждой драпировкой. Даже Пустошь была прекрасна по-своему, сурово, меняясь от шторма до слепящего солнца в мгновение ока.

Ничто из этого и в подмётки не годилось Скейду. Аркадия не была Творением, и поэтому не была связана его правилами. Зимний Двор принял это за основу, когда строил свою резиденцию. Арки, вырезанные из снежных бурь, улицы, сделанные из твёрдой блестящей воды, и даже полярные сияния, превращённые в фонари: это было безумие, но безумие совершенно завораживающее. Я могла видеть деревья изо льда с каменными листьями, которые трепетали на ветру, мосты из тумана, соединяющие башни, которые были твёрдыми в одно мгновение и исчезали в следующее.

Ворота в Скейд представляли собой арку из постоянно меняющегося льда, барельеф, который менял истории, изображённые на нем, с каждым взглядом. А перед ним, в два неподвижных ряда, стояли Мечи Угасающего Дня. Те же солдаты, с которыми я сражалась в Марчфорде, стояли молчаливым почетным караулом. Наша группа поднялась по пологому склону, направляясь к аллеям внутри.

Вдруг стоящие ближе других солдаты обнажили свои мечи.

На мгновение я запаниковала, но сохранила спокойствие на лице. Если дело дойдёт до драки, мы не выберемся живыми: нам с Хакрамом с двумя-то было тяжело, а две сотни уж точно были далеко за пределами наших возможностей. Любое предположение, что они выставили оружие для приветствия, было отвергнуто, когда они повернулись к нам. Нет, я заметила через мгновение — не к нам. К Лучнице. Которая даже не удивилась.

— Солдаты, что всё это значит? — спросил герцог Внезапного Инея.

— Она пахнет самой Тёмной Ночью, — ответил один из них, указывая мечом на Лучницу.

Женщина откашлялась, искоса взглянула на меня.

— Владычица Озера посещала Скейд в прошлом, — сказала она. — Она… э-э, тут должны её помнить.

Солдаты иссушенного дерева зашипели, как разъярённые кошки, когда она упомянула титул Рейнджер. Краем глаза я заметила, как дворяне фейри обменялись взглядами. Они выглядели удивлёнными и бросали очень настороженные взгляды в мою сторону. А, точно — я назвала ученицу Рейнджер бестолковой девчонкой и пригрозила дать ей пощечину. Они, должно быть, задавались вопросом, кем, дьявол раздери, я была, чтобы это сошло мне с рук. Я мило улыбнулась в их сторону, что, казалось, выбило их из колеи ещё больше.

— Она со мной, — сказала я. — И не будет драться, если её не спровоцировать.

— Её госпожа выдрала глаз принца Сумерек и воткнула его в кольцо, — рявкнул солдат.

— Это делает украшения очень изящными, если это вас утешит, — сказала Лучница.

— Так вот на что похожа глупая смерть, — размышлял Хакрам.

— Я уверена, что леди Рейнджер вернёт его, если он вежливо попросит, — ляпнула я и тут же уточнила: — Несмотря ни на что, Лучница — часть моей свиты. Её нельзя трогать.

— Кто ты такая, чтобы… — начал солдат, прежде чем линия разлома прошла по всей длине его тела.

Его глаза расширились, затем он опал дождём осколков.

— Мне надоела эта интерлюдия, — сказала Леди Трескающегося Льда. — Мы продолжим?

Мы так и сделали, а солдаты оставили нас в покое. Я наклонилась к Лучнице.

— И Лето еще хуже? — спросила я.

— Намного хуже, — мрачно сказала она, и понизила голос: — Итак, мы в городе. Какой у нас теперь план?

— Ситуация нестабильна, — ответила я. — Будем действовать по обстоятельствам.

— Я боялся, что ты это скажешь, — выругался Хакрам.

Я победно улыбнулась своим спутникам.

Том III / Интерлюдия : Страж I ᵉᵡᶵ

— Пусть ты станешь самым слабым звеном в Цепи Голода.— Древнее ликаонское проклятие

Амадей легонько постучал по отметке на карте, разложенной на столе.

— Эйне, — сказал он. — Вот, где это произойдёт.

В комнате, где обычно заседал Тёмный Совет, никого, за исключением него и Алайи, не было; их самая точная карта Принципата, была разложена на столе и заставлена маленькими фигурками, представляющими развёртываемые армии. Самая большая концентрация фигурок была вокруг города Эйне — резиденции одноимённого владения. Крупнейший нынешний альянс в Принципате собирался там, чтобы встретиться с силами Корделии Хасенбах в решительном сражении на равнинах к северо-западу. Указанное сражение, по его оценке, должно было состояться в течение месяца. У ликаонцев под командованием Хасенбах