"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Влад

Должно быть, ему следовало бы чувствовать грусть оттого, что он собирался покинуть насиженное место и людей, к обществу которых привык, или страх перед туманным будущим. Однако Март не испытывал ни того, ни другого.

Прошлой ночью он твердо решил, что его история в Прибрежье закончилась.

Под подошвами сапог шуршали камни. Прошедшие недавно сильные дожди основательно размыли конец улицы Проезжей, превратив ее в настоящую полосу препятствий – с острыми камнями, новыми канавами, ямами и рытвинами.

До заката было еще далеко, и защитный контур вокруг кладбища пока что не стал активным. Если бы Марту вздумалось, он смог бы легко зайти за ограду. Но его дела, связанные с местным кладбищем, тоже закончились.

Стояли тишина и безветрие. Вдалеке чернел лес, но и оттуда не долетало ни звука. Будто и не было стаи испуганного воронья, которая пыталась предупредить мага об опасности несколько дней назад. Словно… ничего не было.

Март обошел кладбище, удостоверился в том, что защитные знаки, начерченные Геленой Роуг и ее сыном, утратили силу, и направился к ряду отдельно расположенных могил – за оградой кладбища.

Казненных преступников в Прибрежье запрещали хоронить на территории кладбища, но не помещать их могилы под защитный купол было бы опасно. Поэтому обошлись символическим разделением на законопослушных граждан и грешников, погребая последних совсем рядом, но за оградой. Показательный жест властей.

Март прошел к трем свежим холмикам с воткнутыми в землю табличками на кривых неотесанных палках. «Тикард Виллоу» – гласила надпись на крайней могиле. Кард и его сообщники, казненные два дня назад.

На могиле Карда лежал уже пожухлый букет цветов. Выходит, Камилла не только не побоялась у всех на виду залепить пощечину черному магу, но и рискнула принести цветы казненному преступнику.

Мартин присел на корточки и провел ладонями над могилой, проверяя. Он понимал, что его коллеги из гильдии обязаны были удостовериться, упокоился ли казненный, и упокоить его дух в случае сбоя, но предпочел убедиться.

Все оказалось в порядке: естественное упокоение. Март даже не удивился – совесть Карда была чиста: своих он не сдал.

У Мартина закралась мысль прямо сейчас «разбудить» дух друга и поговорить с ним. Пока прошло всего несколько дней и тот не успел утратить связи с этим миром, это произошло бы просто и быстро. Однако Март не стал делать ничего подобного не из-за опасности быть застигнутым при очередном нарушении закона, а потому, что Кард заслужил покой и беспокоить его казалось чистейшим эгоизмом.

Маг вздохнул, достал из кармана платок-талисман друга, свернул его несколько раз, а затем закопал в могильной земле.

Ризаль действительно ничего не смыслил в черной магии, раз поверил, что на платке имелось проклятие. Но мог бы знать хотя бы элементарные правила безопасности – никогда и ничего не брать у покойников. Кард слишком любил эту вещицу, она была насквозь пропитана его энергией – такое нельзя оставлять. Даже родным, даже «на память». И уж тем более – по сути его палачу, как сувенир. Самому белому магу это ничем не грозило, но для любого человека без дара, кто прикоснулся бы к платку, могло закончиться плачевно.

Закопать платок было необходимо. А еще это послужит прекрасным оправданием в случае вопросов по поводу того, что черному магу могло вновь понадобиться на кладбище, тем более у конкретной могилы.

Март поморщился, поймав себя на мысли, что опять только и делает, что придумывает себе оправдания и уловки, чтобы выкрутиться, если у кого-то появятся подозрения в его адрес. Он ведь действительно в этот раз выкрутился, вышел сухим из воды. А Кард – нет.

Март отряхнул руки и остался сидеть над могилой. Торопиться было некуда.

– Ты знал его? – раздался над головой женский голос.

Резерв полностью восстановился, поэтому маг, как и положено, сначала почувствовал приближение незваной гостьи, а потом услышал шаги. Не повернулся, но женщина не подкрадывалась и не скрывалась – знала, что заметил.

Дернул плечом.

– Уже не имеет значения.

Однако, услышав такой скупой ответ, Гелена Роуг не ушла; остановилась неподалеку и замерла. Должно быть, увидела его из окна и вышла.

Повисло молчание, нарушаемое лишь вдруг поднявшимся ветром, с энтузиазмом закачавшим кроны деревьев.

– Я думала, что ко мне придут, – заговорила женщина, так и не дождавшись, чтобы маг что-нибудь сказал или обернулся к ней.

– Кто?

– Стража, гильдийцы…

Марту показалось, это было сказано с надеждой. Люди, испытывающие чувство вины, часто подсознательно желают, чтобы их наказали.

Маг бросил на нее взгляд через плечо и снова отвернулся.

– Я же сказал вам: я не судья.

– Но я так… виновата, – и снова замолчала в ожидании… чего? Того, что он встанет и сам казнит ее? Во имя… опять же, чего? Закона? Справедливости? Правды? – Как мне теперь жить? – вопросила после паузы.

Мартин поморщился, затем пожал плечами.

– Вы вольны делать со своей жизнью все, что вам заблагорассудится, – ответил, все еще глядя на могильный холм. – Не можете жить – идите и сдайтесь властям. Или просто… сдайтесь. – Он не стал говорить «как ваш сын», это было бы слишком жестоко. – Это ваша жизнь, и вам решать, как с ней поступить. Я не приму за вас решение. Но уйти всегда проще, чем остаться.

Март наконец поднялся на ноги. Теперь, стоя рядом с женщиной, он возвышался над ней на целую голову.

Она не отступила, не отшатнулась, только подняла вверх лицо, вглядываясь в мага, кто знает, в поисках чего.

– Хотите, я отомщу за него? – предложил Март на полном серьезе. Гелена удивленно моргнула и теперь-то сделала шаг назад. – Местная нечисть, – кивнул маг в сторону темной громады леса за своими плечами, – должна мне услугу. Я могу попросить попроказничать в «Кролике и лисе». Местные гильдийцы не сильны в общении с «детьми леса» – трактирщику не скоро помогут. Посетители сбегут от него уже через неделю. Через месяц он разорится. Хотите?

В светлых глазах Гелены Роуг отразился испуг, словно она только сейчас поняла, с кем имеет дело. Битва с «подселенцем», изгнание духа мертвого сына, перерезание вен тупым кухонным ножом – и все это на ее глазах – не впечатлили женщину так, как предложение отомстить. Впрочем, зло, месть, жестокость – как раз те понятия, которые люди ассоциируют с черными магами. Наконец-то в глазах Гелены Мартин стал соответствовать образу.

– Ты можешь? – спросила она побелевшими губами.

Март кивнул.

– Завтра я уезжаю, поэтому решайте прямо сейчас.

Женщина сделала еще один шаг назад, схватилась за ворот своего платья, будто ей стало трудно дышать.

– Нет, – замотала головой. – Я так не могу. Хоть он и… Я не могу!

– А раз не хотите мстить, живите дальше, – сказал Март. – И осторожно: сзади канава.

Женщина опасливо обернулась.

А когда повернулась вновь, маг уже направился к дороге.

– С-спасибо! – робко крикнула вслед.

Мартин, не оборачиваясь, приподнял руку, сам не зная, отмахиваясь или принимая благодарность.

Внезапно поднявшийся ветер принес тучи; запахло дождем.

Дождь смоет знаки на кладбищенской ограде и окончательно заметет следы этой истории.

Часть вторая

По правилам

Глава 1

– Мартин Халистер?

Март стоял спиной к подъездной дорожке, рассматривая двухэтажный дом с давно не крашенным крыльцом и заросшим садом. Человек, с которым у него была назначена встреча, задержался.

Март обернулся, смерил подошедшего взглядом. Из-за темно-коричневого сюртука, натянувшегося до треска на объемном брюшке, тонких ножек и подкрученных на концах усиков над верхней губой мужчина напоминал таракана. Вежливо и чуть виновато улыбающегося таракана.

– Он самый, – ответил Мартин сдержанно и уже привычно заправил волосы за ухо.

Увидев серьгу мага, человек кивнул.