Командировочные расходы - Николай Бенгин

– Обрисую ситуацию, – затянутый в черный мундир, увешанный разноцветными аксельбантами командор Третьего, а по совместительству и Четвертого уровня возвышался над Биллингом, как зримое воплощение корабельного правосудия. – Итак, наш лайнер сделал остановку на одной удаленной и, прямо говоря, не полностью цивилизованной планете. В последние минуты перед взлетом администрация планеты внезапно установила дополнительный жесткий контроль за входом на корабль, а в качестве пассажиров на борт поднялась группа вооруженных людей с удостоверениями полицейских. Трое из них рассредоточились по кораблю, а четвертый занял оборону в каюте.

– Это я занял оборону?

– План не совсем удался. То, что проникло на корабль, попалось в ловушку, но уничтожить вы его не смогли…

– Господин командор, – раздраженно перебил инспектор, – не могли бы вы не стоять надо мной?! Поверьте, утомительно задирать голову и одновременно выслушивать эти бредни.

– У вас разнообразное оружие – бластер, шокеры, стационарные боевые лазеры, – командор неторопливо обошел стол и уселся напротив Биллинга. – Полагаю, вы знаете, какое именно более эффективно в той или иной ситуации…

– Лазеры в моей каюте – обычная практика любой оперативной группы на нашей планете! Штаб-квартира, в том числе временная, должна быть защищена.

– Интересный обычай, а главное, очень полезный в данном случае. После этого трое, как ни в чем не бывало, идут гулять по кораблю, а четвертый…

– Мы, стало быть, охотники на монстров?

– А четвертый добивается аудиенции у самого профессора Стайна. Простой полицейский, оказывается, обладает чрезвычайными полномочиями агента Конфедеративного уровня. И вот тут почти подряд происходят два интересных события…

Биллинг оглянулся. Петр сидел, откровенно разинув рот, с глазами большими и круглыми как иллюминаторы экскурсионной баржи, а Штимер только криво ухмылялся сквозь густой табачный дым.

– …Во-первых, те, что гуляли, задумали, не имея ни соответствующего статуса, ни приглашения, проникнуть в чужую каюту. Я еще не разобрался в целях посещения, поскольку ваши объяснения сбивчивы и не вызывают доверия, а иной информации пока нет, – командор выделил слово «пока» и поднял вверх указательный палец в знак неизбежности появления той самой «иной информации». – Итак, каюта оказалась пуста, если не считать динамического интерьера с манекенами и ультразвуковой музыки, а у незваных гостей в крови полно «брынзы». И что из этого вышло?

Командор оглядел присутствующих, как учитель неуспевающих учеников.

– Во-вторых, произошло еще одно нападение монстра, назовем его для ясности осьминогом-невидимкой. Теперь он ударил, дождавшись, когда все четверо соберутся вместе. Но вот что интересно, пострадал только один – тот, у кого в крови не было и следов этой самой «брынзы».

– Потрясающе.

– Было и третье нападение. Референт Стайна в настоящее время лежит в коме, и наша аппаратура пока не может вывести его из этого состояния. Диагностирован неврологический шок. Первоначально я никак не связывал между собой все эти события, однако теперь связь вполне очевидна.

Командор повернулся к Штимеру:

– Когда на Третьем уровне с вами случился гемодинамический криз, который вполне мог закончиться комой, вы, если мне не изменяет память, держали в руках оружие. Так вот, референт господина Стайна, прежде чем свалиться, тоже зачем-то вытащил свой пистолет. Похоже, он, как и вы, вышел на охоту, не позаботившись о наркотике. Итог печальный, – командор развернувшись, снова уставился на Биллинга. – А теперь просто скажите: «брынза» – это противоядие? Вы понимаете, что мне это надо знать?

– Понятия не имею. – Биллинг хотел выругаться, но передумал. Ему стало как-то все равно, и единственное, чего хотелось, так это поспать.

– Напрасно. Почему-то вы решили, что люкслайнер это что-то вроде диких степей вашей планеты, но это далеко не так! Зде…

Командор замолчал на полуслове, забыв закрыть рот. Он не сразу поверил собственным глазам – роскошный белый смокинг, почти наверняка позаимствованный из корабельного гардероба, шевелился, причем совершенно независимо от владельца. Сам владелец, вжавшись в полной растерянности в кресло, тупо смотрел на ожившую одежду. Первая мысль командора была об осьминоге-невидимке, и от этой мысли сразу стало кисло во рту, но потом командор разглядел зажатую в ладони пассажира оторванную пуговицу. Лишившиеся управляющего центра, застежки смокинга непрерывно срабатывали, заставляя смокинг то наглухо застегиваться, то распахиваться.

– Надеюсь, это ваша личная вещь? – голос изменил командору и прозвучал прискорбно писклявым образом, даже Петр удивленно поднял глаза, отвлекшись на секунду от живущей собственной жизнью одежды. Командор откашлялся и продолжал уже более или менее нормальным тоном. – Гх-м, надеюсь, что ваша, в противном случае я вынужден буду предъявить счет за испорченный смокинг.

– Он сам, – громко, но неубедительно запротестовал Петр, – я ничего…

– Я все вижу, – отрезал командор, – и для начала…

– Для начала потрудитесь объяснить, почему банальное использование вашей одежды напрокат создают реальную угрозу здоровью пассажиров?! – Биллинг немного оживился и с видимым удовольствием близко к тексту цитировал принцессу Фэ. – Эта одежда принадлежит вашему Уровню?

– Да, но никакой угрозы нет! – у командора возникло смутное ощущение дежавю.

– Не уверен, что вы можете гарантировать безопасность пассажира в таком технически неисправном изделии, – заявил Биллинг, после чего замолчал и устало прикрыл глаза с видом человека, сделавшего все возможное для здоровья окружающих. Он в самом деле чувствовал себя выжатым, а в сон тянуло так, что глаза слипались сами по себе.

– Но позвольте… – командор от возмущения опять «дал петуха». – Гх-м, я…

– Капитан имеет честь доложить, что полет проходит в штатном режиме, – раздался властный голос из скрытых динамиков. – Предварительное туннелирование завершено. Через сто секунд наш корабль достигнет базовой скорости относительно плоскости эклиптики и войдет в пузырь Алькубьерре[12]. Рекомендую расположиться в наиболее удобных местах и при необходимости заранее вызвать санитарного робота или приготовить гигиенические принадлежности. Мы покидаем пространство Короны.

– Звучит как-то по-хамски, – заметил Штимер. – Корона и гигиенические принадлежности.

– Маршевые двигатели отключатся примерно на три секунды, – хмуро пояснил командор. – После Алькубьерре мы снова начнем разгоняться, чтоб войти в плоскость местной эклиптики, но в момент невесомости некоторые пассажиры испытывают дискомфорт.

В каюте вновь повисла тишина. Командор, конечно, не отказался от мысли вкатить еще один штраф, но обсуждать тему дальше не видел ни смысла, ни удовольствия. Петр, ясно понимая, что дело совершенно безнадежное, все пытался приладить назад оторванную деталь, отчего застежки клацали еще яростнее. Штимер, засмотревшись на мистическую картину ожившей одежды, забыл прикурить уже вытащенную из пачки сигарету, поэтому автоматика решила, что сеанс курения закончен, и тут же очистила воздух.

– Приготовьтесь, – негромко сказал командор. – Сейчас!

Сила тяжести стала плавно исчезать. Петр, не удержавшись, подбросил вверх оторванную от смокинга пуговицу. Маленький, но довольно увесистый диск свободно взмыл вверх, коснулся потолка… Мелькнуло что-то похожее на лиловую вспышку, и тяжесть вернулась. Вместе с ней вернулась и пуговица, с сокрушительной силой врезавшись в макушку Петра.

– Мы в пространстве Розы, – прокомментировал командор, глядя на печальную физиономию Петра. Тот ощупывал стремительно растущую на голове шишку, одновременно ища глазами закатившийся под кресло злокозненный предмет.

– Вот и славно, – Штимер засунул обратно в пачку не начатую сигарету, – значит, полпути проехали, пора и за дела приниматься. Вы совершенно правы, командор. Конечно, мы должны помочь вам в этом деле. Для начала я готов сообщить, где может прятаться этот, как вы его назвали, невидимка-осьминог.

– Вот как? – недоверчиво прищурился командор. – И где же?

– Сейчас. Вы же не думаете, что эта тварь сама по себе бегает?

– Не сама бегает?

– Отнюдь. Вот вы, наверно слышали, что на Большом Погане вывели породу Сторожевых Поганских крокодилов?

– Я знаю, как выглядит Поганский крокодил. Это не Поганский крокодил!

– Совершенно верно, но у Сторожевого крокодила всегда должен быть хозяин, вы согласны?

– Возможно, – командор почувствовал, что голос опять может подвести, – гх-м, возможно, так и есть. И что хозяин?

– Ну, я имею основания думать, что он прячется на этом, Четвертом уровне.

– От кого?

– Я не знаю, – нахмурился есаул, – может, от всех, а может, и вовсе не прячется. Не в этом дело. Просто это один из пассажиров вашего люкслайнера.