Роман для себя - Виктор Захаров

Увидел твои глаза, и стало легче. Спасибо! Целую!»

) «Я рада, что тебе стало легче. Целую!»

Прошло еще полгода. Они по-прежнему старались не встречаться, хотя каждый вечер Влад заглядывал в почтовый ящик в надежде найти там от нее письмо.

) «Добрый вечер, милая! Надеюсь, Совет прошел удачно, и ты, как всегда, была на высоте. Завершил последние дела на работе и начинаю двигаться к дому. А ты, наверное, поедешь еще к папе. Желаю тебе хороших вестей о его здоровье. Переживаю и сочувствую очень. Искренне надеюсь на лучшее. Готов поддержать тебя всеми силами. Люблю и целую!!!!!

Люблю и целую! Простые два словаХочу повторять вопреки сквернословам.Я радуюсь нежным твоим восклицаниям,Всегда наслаждаясь тебя созерцанием.

Люблю и целую! Люблю и целую!Готов повторять, по тебе я тоскуя,Скучая, когда я тебя оставляюДругим, что с тобою меня разлучают.

Пускай хоть на самое малое время.Ну что же здесь скажешь? Начальников племя,Работа, коллеги, подруги заботы —На все нужно время. Хотя неохота.

Начальника бремя — нелегкое дело,Но ты ему служишь душевно, умело,Всегда увлеченно, про всё забываяПорою, к тому же часов не считая…

Часов и минут, что текут безвозвратно.Мгновений, что мимо проносятся, внятноНе напоминая, что время конечно,Что жизнь быстротечна и длится не вечно,

Как нам бы хотелось. Не будем грустить!Ведь нам никогда не дано упуститьНи миллисекунды того наслаждения,Что дарим друг другу во время сближения

Сердец, в поцелуе, так сладостно нежном.Что всё растворяется в море безбрежномТвоей красоты. И опять я, родная,Люблю и целую, про всё забывая!»

) «Спасибо за стихи. Видела тебя сегодня во сне. Целую!»

) «Везет тебе. А мне не удалось.

Не смог пробиться сквозь тревогиК тебе во сне. Что ж, не случилось.Я постараюсь, видят боги,Все сделать, чтобы получилосьХотя бы раз.

Уже поздно. Хочу пожелать тебе

Спокойной ночи, милая!Пускай тебе приснитсяВсё совершенство неба голубого,Ночь отстранится от проблем былого,Рассвет придет, и чудо совершится!»

Влад в феврале улетел в командировку. Предстояла поездка по всей Франции. Но он составил график встреч таким образом, чтобы первые три дня быть в Париже. Татьяна, как они договорились заранее, в это время также должна была прилететь туда. Вечером в день его приезда в Париж раздался звонок.

— Привет, — голос ее дрожал. — Я не смогу приехать. По-крайней мере сейчас. Папа умер.

— Ужасно. Очень сочувствую. Чем тебе помочь?

— Ничем. Я должна все сделать сама. Потом позвоню.

«Что это? Еще один знак судьбы?» — подумал Влад. К горлу подступил комок.

Они ждали этой поездки. Собирались провести вместе целых три дня, оторвавшись от текущих проблем и суеты. Париж как будто ждал их. Ярко светило солнце. Теплый ветер, скорее не характерный для этого времени года, неспешно прогуливался по Елисейским Полям, чуть играя еще кое-где сохранившимися опавшими листьями.

Успокоившись и поразмыслив немного, Влад решил перекроить график поездки так, чтобы перенести дни пребывания в Париже на конец командировки. Созвонился с партнерами и все уладил.

Как поддержать ее в этом горе? Его переживания вылились в стихотворение, которое он сразу же отправил Татьяне.

Держись, любимая! Держись!К тебе судьба не безучастна.Неважно, что зима ненастна.Всё впереди — ведь это жизнь,

В которой горести и счастье,Переменяя день и час,Устраивают нам подчасСоревнования с пристрастьем

И наблюдают не спеша,Кто победит в сражении этом.И тут не надо быть поэтом:Ты победишь, Твоя Душа!»

Она прилетела в Париж через пять дней. Он как раз в тот же день вернулся с юга Франции. Поселился в гостинице Софитель на небольшой улице Буаси Д'Англа, рядом с площадью Согласия. Вышел из гостиницы и увидел, что на ближайшем перекрестке улица перегорожена барьерами, и въезд на нее закрыт. Значит, такси, возможно, не доедет до дверей гостиницы. В этот момент Татьяна позвонила, что уже подъезжает, а таксист не знает, где точно находится нужная ей улица. Пока пытался объяснить, желтая машина такси остановилась у барьера на ближайшем перекрестке.

— Это твоя машина остановилась у барьера?

— Да.

— Тогда я бегу к перекрестку. Жди меня там.

Однако таксист, переговорив с полицейским, получил разрешение и подъехал прямо к дверям гостиницы. Пришлось возвращаться. Когда он прибежал обратно, Татьяна уже вышла из машины.

— Привет, любимая! Рад, что тебе удалось вырваться.

— Я тоже. Устала очень. Хорошо, что ты изменил свой график. Жаль только, что осталось всего два дня.

— Жаль. Но ничего не поделаешь. Так распорядилась судьба. Будем наверстывать.

Они поднялись в номер. Татьяна приняла душ. Влад откупорил бутылку Шабли и наполнил бокалы.

— О, какой приятный сюрприз. Люблю Шабли. За что выпьем?

— Давай за тебя. У тебя были трудные дни.

— Нет, давай за нас. Трудные дни позади, и надо снова жить. Думаю, папа меня бы одобрил. Жаль, что вы не успели познакомиться. Вы бы друг другу понравились. Он вообще принимал все, что я люблю, — на ее глаза навернулись слезы. — Извини. Твоя поддержка, стихотворение мне очень помогли. Спасибо тебе. Я в эти траурные дни особо остро ощутила, как мне тебя не хватает.

— Я тоже. После того как ты мне позвонила, долго не мог прийти в себя. Бесцельно бродил по улицам. Без тебя Париж — не Париж. Серый, унылый, безрадостный. А ты приехала, и все преобразилось. Это потому, что теперь в гостях у него не я, а МЫ. Давай выпьем за МЫ!

Прохладное вино приятно освежило горло. Губы слились в долгом головокружительном поцелуе. Секс был гармоничным и страстным. Как будто не было длительного перерыва. Все клеточки их тел, соединившись в единое целое, образовали то, что могут образовать только влюбленные, — гармонию МЫ!

Когда они вышли на улицу, уже темнело. Пересекли площадь Согласия и направились вдоль набережной Сены в сторону собора Парижской Богоматери. Не дойдя до него нескольких десятков метров, обнаружили на одной из площадей искусственный каток, на котором весело кружились молодые парни и девушки. У собора, как всегда, было многолюдно. Полюбовались на величественное здание и направились по мосту в сторону Латинского квартала.