Кружева Бессмертия - Юрий Пашковский

— Кажется, меня раскусили. — «Жрец» похлопал по одежде, стряхивая пыль. — Ну ничего удивительного. Э-э-э, прошу прощения? — Последнее относилось к вырвавшемуся из руки учителя Джетуша пучку света, прилепившегося «жрецу» на грудь. Свет Энзары, отметила Эльза. Созданное Архимагом Энзарой заклинание, способное на несколько секунд лишить чародея способности ощущать Локусы Души и, соответственно, творить волшбу. Этих секунд порой может быть достаточно, чтобы прервать жизнь великого мага простым клинком или стрелой. Один лишь недостаток у этого чародейства: маг не способен создать новые формы Силы, пока не использует Свет Энзары или не дезактивирует его. А мало какой чародей решится ограничить свой доступ к магическим резервам. Учитель Джетуш вот решился. Хотя ситуация явно не предрасполагающая. С одной стороны убог, который, возможно, и из Младших Бессмертных, но все-таки — Бессмертный. С другой стороны — маг, в Великом Искусстве оказавшийся с учителем наравне.

Но ничего. Вот Уолт — сосредоточен, напряжен, такое впечатление, что коснись его — молния проскочит, как между двумя катушками в лаборатории кафедры магии природы. Его не смущает, что рядом Бессмертный. Он готов бороться до самого конца, хотя шансы не равны. Значит, будет бороться и Эльза. Она не подведет ни учителя, ни Уолта. А потом, может быть, Уолт улыбнется. Улыбнется, как тогда, на полигоне, когда она вышла победительницей в схватке между студентами кафедры боевой магии и сумела отразить все атаки малой ипостаси Червя Почвы, и Уолт радовался, искренне радовался ее победе…

— Как это понимать, Магистр? — «Жрец» прищурился.

— Очень просто, — сказал учитель Джетуш.

Угорр покачивался, продолжая упираться в землю нижней челюстью. Неразборчиво бормочущий под нос Глюкцифен выглядел растерянным. Тем не менее влезать в разбирательства смертных он не торопился. Уолт поглядывал то на убога, то на «жреца». Эльза на всякий случай приготовилась активировать Молот Ярости, одно из свернутых в ауре заклинаний. Впрочем, если уж так, то можно воспользоваться Пламенным Дождем и Земным Разрывом. Как и Молот, они полностью ноэматизированы и частично ноэзированы, и осталось соединить их с гиле. Жаль, Свитков нет. В них обычно компактно свернуты все три составляющих магии, и нужно лишь небольшое мысленное усилие для чародейства.

— Ну и? — прервал затянувшееся молчание «жрец». — Я жду объяснений.

— Объяснений? — Учитель Джетуш прищурился. Ой-ой-ой! Сейчас что-то будет!

— Ну, — начал Земной маг, — я размышляю о том, включить ли в контракт пункт об отсылке лже-жреца в Болота Нижних Реальностей или же просто оставить тебя здесь. — Магистр улыбнулся и посмотрел на учеников. — Уолт, Эльза, забирайтесь в… транспорт. А я пока решу проблему.

— Нечего решать, экселенц Сабиирский. — «Жрец» вздохнул и нехотя продолжил: — Я понял. Ладно, представлюсь. Игнасс фон Неймар. Тринадцатый отдел Седьмого департамента Конклава. Приставлен следить за Уолтом Намина Ракурой приказом Великого Архимага Клода де-Сигри Лойда. Аналоговую «слепку» приказа и Метку Конклава вы можете обнаружить в ауре, если позволите показать ее.

Эльза похолодела. Конклав. Седьмой департамент. Если дать короткое определение: департамент внутренних расследований. Наблюдение и анализ дел магов, принявших, но нарушивших Номосы Конклава.

Неужели Уолт замешан в чем-то предосудительном по меркам Верховного совета магов?!

Уолт не выдержал — выругался. И, схватив Эльзу за руку, потащил ее внутрь угорра. Девушка видела, что ему хочется остаться и разобраться с Игнассом, выяснить, почему сотрудник Конклава следит за ним, но…

Но это не ее дело, отчетливо поняла она. Уолт не хочет втягивать ее в свои проблемы. Что бы сейчас ни сказал конклавовец учителю Джетушу, Эльза этого не услышит. Меньше знаешь — крепче спишь, да, Уолт?

Но все-таки…

Подземелье и убоги. Конклав и сотрудник Седьмого департамента. И еще — загадочная Инфекция, ради избавления от которой Бессмертные обращаются за помощью к смертным.

Все-таки этого многовато для трех боевых магов.

Пускай даже из Школы Магии.

Глава девятая

— А здесь у нас преисподняя волдырей.

Угорр летел над темной долиной, заметаемой снегом из черных туч. Оранжевое небо и луна полностью скрылись за саваном атмосферных осадков. При взгляде на снегопад становилось холодно. По крайней мере, Уолт, посмотрев на падающий сплошной стеной снег, поежился. На миг он почувствовал себя полностью замерзшим. Не только тело, даже Локусы Души будто задрожали от холода. Несмотря на то что тучи и долина являлись искусственными, созданными Силой убогов, впечатление от них было как от естественных образований. Возможно, все дело в тех, кто бродил по промерзшей долине.

Сквозь снежную пелену сложно было разглядеть одинокие силуэты, бредущие под напорами ледяного ветра, но воображение легко дополняло восприятие, рисуя картины полупрозрачных призраков, представляющих из себя окутанные посмертными энергиями тонкие тела. Души. Страдающие души грешников, не выдержавших изнурительных обетов дураков и подписавших с убогами контракт глупцов.

После смерти душа смертного распадается на физическую, растительную, животную и разумную энергемы, своеобразные части, распределяющиеся по соответствующим уровням Равалона для подготовки к перерождению в новой комбинации энергем. Разумные энергемы смертных, жрецами по-простому называемые душой, обретают в посмертии некое подобие эфирного тела, позволяющего им снова ощущать и переживать. Души подчиняются Законам Реинкарнации, установленным еще титанами, согласно которым негативные энергии души отправляются на переработку ближе к Бездне, бесконечному измерению Хаоса, примыкающего к Равалону, а позитивные стремятся к Зияющим Высотам. С момента появления в мире смертных это означало, что грешники отправляются в Нижние Реальности, а праведники — в Небесный Град. Энергии душ, в которых негатив сочетается с позитивом, или, как сказали бы ракшасы-буддисты, уравновешена карма, следовали за богами смерти в бескрайнюю Белую Пустыню, дающую шанс на переосмысление своей жизни и возможность сознательного перерождения.

До сего дня Уолт был уверен, что Старшие убоги живут в Пятом Круге Нижних Реальностей и что каждому из них подчиняются разные области Реальности, которые они обустраивают по своему облику и подобию, создавая там ад для душ, которые им удается заполучить. Магистр никогда не слышал о Подземелье Мира. Впрочем, как и о Везде-и-Нигде. И подозревал, что еще о многом не услышит, как бы ни старался.