О Сюзанна! - Ли Райкер

— Она была моей лучшей подругой. Я ее любила.

У тебя были подруги? — с сомнением спросил ее при первой встрече Джеб и угадал. В детстве она была одинока. Только когда она попала в колледж и встретила Клэри, Сюзанна поняла, что значит дружить.

— Клэри всем нравилась, — сказал Джон Юстас. — Сначала. — Он поставил на стол тарелки и сел напротив. — Должно быть, у вас доброе сердце. И много терпения. — Он откусил кусочек гренка и, пожевав, проглотил. — Моему внуку несколько раз в жизни очень не везло. У него была замечательная мама и подонок отец, которому доставляло удовольствие измываться над мальчиком. Время от времени он по некоторым причинам отправлялся в тюрьму, но я всегда говорил, что хорошему судье достаточно надкусить яблоко, чтобы понять, гнилое оно или нет.

— Его отец и сейчас в тюрьме?

— Так точно, мэм. Отбывает двадцать лет за вооруженное ограбление.

Сюзанна почувствовала, что бледнеет. Она практически ничего не знала об отце Клэри и Джеба. Клэри никогда о нем не рассказывала.

— Клэри разбила сердце Джеба, — сказал Джон Юстас. — А после этого… Я думаю, вы слышали о его женитьбе. У обоих тогда еще молоко на губах не обсохло. Парочка школьников. По моему мнению, это позор, что Бог дает нам, людям, возможность размножаться раньше, чем мы начинаем понимать, что к чему в этом мире. Тем не менее это так. И Джеб любил эту девушку. — Он отпил глоток кофе. — Милая Рэйчел! Она всегда считала, что он женился на ней из-за ребенка и из-за того, что лишился Клэри, но он ее действительно любил.

Сюзанна хотела спросить, что именно случилось с женой и ребенком Джеба, но закрыла рот, не уверенная в том, хочется ли ей это знать. Она не желала ставить под угрозу свои чувства к Джебу. Кроме того, учитывая неприязнь Джона Юстаса к Клэри и, напротив, любовь к Джебу, она вряд ли услышит правду. Могла ли Клэри ее обмануть? До сих пор Сюзанне это не приходило в голову.

Она откашлялась:

— Клэри считала, что он отвернулся от нее. Из-за того, что она хотела учиться. А потом из-за того, что она вышла замуж за моего отца.

— Так вот как она вам сказала? — Их глаза встретились. — У Джеба никогда не было возможности учиться в колледже, тем более после того, как Клэри уехала, оставив у него на руках пять сестер и брата, но он всегда уважительно относился к учебе. Я ему это привил. Большая часть детей выучилась в университетах за его счет.

Не очень этим удивленная, Сюзанна промолчала. Желудок снова вел себя как-то неопределенно, и она поспешила отвести взгляд от тарелки с яйцами, беконом и овсянкой. Она не поверила Джебу, когда он в Нью-Йорке рассказывал о том, как Клэри сбежала в колледж. Эта причина казалась тогда слишком ничтожной, чтобы вызвать между братом и сестрой такое отчуждение. Чтобы Джон Юстас ее не бранил, Сюзанна отпила из стакана.

Ей все больше нравился Джеб, но она не доверяла этому чувству. Его сестру Сюзанна любила как родную, и ей совсем не нравилось, что приходится выбирать, чьим рассказам верить; не нравилось и то, что приходится выбирать между Джебом и Клэри, как того хочется, видимо, Джону Юстасу.

Он заглянул в свою чашку.

— Джеб был недоволен тем, что его сестра вышла замуж за человека много старше себя — мы все были недовольны, — но, если бы такой брак принес ей счастье, он бы, несомненно, смирился.

Джон Юстас не упомянул себя, и это тоже не удивило Сюзанну. Как и Джеб, Джон Юстас не был на свадьбе Клэри с Дрейком, хотя младшие дети вместе с матерью приезжали тогда в Гринвич. В следующий раз Сюзанна встретила их только на похоронах. Как она понимала, уехав из Кентукки, Клэри больше не встречалась со своей семьей.

Но если Джеб не винит свою сестру за то, что она уехала из дому, или за то, что она вышла замуж за Дрейка, то что же произошло между Джебом и Клэри? Между Клэри и Джоном Юстасом?

Старик, казалось, прочитал ее мысли.

— Мы с вами знакомы совсем недавно, и я не вправе раскрывать вам семейные тайны. Клэри сделала свой выбор. С этим она жила, — сказал Джон Юстас. И, помолчав, добавил: — И с этим умерла.

Тайны. Понимая нежелание старого доктора делиться ими с посторонним человеком, Сюзанна все же не хотела полностью менять тему разговора.

— Но она все-таки была вашей внучкой, — сказала она.

— Боюсь, что так. — Он встал из-за стола и принялся собирать тарелки. К своей еде Сюзанна едва притронулась. — Для деревенских семья много значит, так что, уехала Клэри или нет, она все равно была одной из нас, — констатировал Джон Юстас. Вылив кофе в раковину, он сменил тему разговора. — Я видел, как Джеб смотрит на вас, мисс Сюзанна, и видел, как вы смотрите на него. — Повернувшись, он пристально посмотрел на нее. — Вы любите моего внука?

— Я стараюсь не поддаться этому, — честно призналась Сюзанна. — Мы слишком разные.

— Это верно, — согласился Джон Юстас. — Тем не менее противоположности всегда притягиваются. Они могут друг друга дополнять — и пребывать в полном согласии.

Сюзанна не знала, что сказать. Джон Юстас видит людей не такими, как они есть, думала она, а такими, какими он хочет их видеть. Даже Джеба. Особенно Джеба.

Может быть, и она тоже. До того как они встретились, она смотрела на Джеба глазами Клэри, но он оказался лучше, чем она ожидала, и впервые за многие годы Сюзанна была готова поверить, что Клэри не так совершенна, как ей казалось.

— Я хочу — мне нужно — найти того, кто убил Клэри, — наконец сказала она. — А Джеб не хочет. Что же касается меня, то я не успокоюсь до тех пор, пока тот, кто ее убил, не отправится в тюрьму.

— Вы думаете, что можете изменить историю? Что, сделано, то сделано.

— Джеб тоже так думает. Но он не прав, как и вы.

— Вы хотите исправить несправедливость, не так ли? Оставьте это полиции. Это не ваше дело — и не мое. — Когда Сюзанна протестующе подняла руку, он заговорил снова. — Вы когда-нибудь слышали такое выражение — «худое семя»? Могу вас заверить, что моя внучка унаследовала некоторые весьма любопытные гены. — Он выдавил из себя улыбку, как будто пытался убедить несговорчивого пациента. — А вы, мисс Сюзанна, очень милая молодая женщина. Ваше общество мне крайне приятно…

Минуту назад, услышав эти слова, она вспыхнула бы от радости. Она понравилась Джону Юстасу. Сюзанне было очень дорого его почти отеческое отношение, которого ей всю жизнь так недоставало. Тем не менее Уиттейкеры не привыкли, когда им отвечают «нет».

— Я не верю в вашу теорию. Клэри не виновата в том, что ее убили!

— Мы прекрасно провели с вами время, и я хотел бы, чтобы так было и впредь, — несколько напряженно сказал Джон Юстас.