Пиромант. Том 6. Жуткие Болота. Ч 1 - Зигмунд Крафт

два двадцать. Но это по моим расчётам, каким был в прежнем мире и при появлении здесь, считал свой рост на тот момент одинаковым. Потому обычно высокий при своих ста восьмидесяти, здесь стал ниже всех на тридцать-сорок сантиметров. А ведь рост женщин в среднем 180–190!

Мэйн же в своей эльфийской форме все 235, просто огромный. А если брать в расчёт широкий плечевой пояс и мощные мускулистые руки, то опасность его вид вселял вполне ощутимую без всякой магии. Я таких огромных эльфов встречал очень редко.

Благо, за время жизни в этом мире подрос сантиметров на десять и был по крайней мере одного роста или чуть выше большинства девушек. Хотелось бы сравнить с местной расой людей, пока кроме эльфов и пары полукровок никого не встречал.

Хвост Мэйна был мощным и длинным, метров эдак пять, что вполне хватало для твёрдой опоры. К концу хвоста чешуйки снова уменьшались.

А вот его лицо претерпело более заметные изменения. Во первых, это шея, она стала куда шире, трапециевидная, как у качков. Глаза — более раскосые, с повышением внешних уголков. Губы побледнели и весь рот смотрелся целиком, а не шрамами. Зрачки так же с округлых стали тонкими вертикальными. Появилась белёсая мембрана, которой он моргал от внутреннего уголка глаз к внешнему. Пальцы немного удлинились, как и ноги, которые ещё и заострились.

Разумеется, я тут же подскочил на месте и подлетел к нему с воплем:

— Наг! Настоящий наг!

И принялся осматривать и ощупывать. Отметил мягкость его чешуек. Да и в целом он выглядел вполне органично, а не как помесь или мутант. А главное — ещё брутальнее, чем обычно. В этой форме его улыбка закругляла кончики шрама/рта, напоминая безумную улыбку Гринча.

— Что такое «наг»? — спросил он более шипящим тембром. Как тогда, когда пытался напугать меня.

— Это ты. Точнее, мифическое животное из моего старого мира. Я ведь говорил, там люди мечтали о магии и сочиняли всевозможные истории-сказки, в них были разные вымышленные животные и разумные расы. Наги одни из них. Как и эльфы, кстати.

— А феи? — поинтересовался Рэй.

— И феи там тоже были, похожие на тебя. Даже название схожее. И много кто ещё.

Мэйн взял своими пальцами мой подбородок и приподнял, внимательно заглядывая в лицо. Я схватил его за запястье и улыбнулся ещё шире:

— Что?

— Я рад, что не ошибся в тебе. Ты не боишься меня, — сказал он и разжал пальцы.

— С чего мне вдруг бояться тебя, своего друга? Ты вроде при трезвом уме и памяти сейчас.

Наг прикрыл глаза веками и покачал головой.

— Как вспомню реакцию других эльфов на такой вид… Ужас на их лицах и вопли… Я чудовище. Магическое животное.

— Может ты и магическое животное, но точно не чудовище, — возразил я. — Да и родился ты эльфом, как ни крути. Так что ты магическое животное эльф. С некоторыми элементами змеи, что делает внешне похожим на нага.

— У меня есть и более… магическая форма.

— Показывай! — воскликнул я в предвкушении.

Он трансформировался просто в огромную змею, такого же нежного золотого цвета и с мягкой чешуёй. Мне тут же захотелось залезть на него, обхватил руками и понял, что он слишком широкий, не хватало сорок или тридцать сантиметров для того, чтобы пальцы дотянулись друг до друга. Наверное, в длину метров пятнадцать. Огромная змеюка.

Внезапно он чуть извернулся и толчком забросил меня на себя, вызвав мой восторженный смех. Странно, что я не скользил на нём, хотя по ощущениям должен был. А ещё он был чуть прохладным, блестел, но не мокрый.

— Почему чешуя такая мягкая? Так себе для защиты, — сказал я.

— Потомушшшто оберррегаю тшшшебя, — прошипел он. А потом… Его чешуя стала твёрдой и даже словно колючей, как наждачка.

— Ой, верни обратно.

Он исполнил просьбу, я же ещё крепче обнял его, ощущая себя счастливым. У меня есть огромный зверь. Огромная змея. И он мой друг. Улыбнулся, сравнивая его с ежом, который может топорщить и прятать иголки.

Этот мир волшебный. Манящий, красивый. Но эльфы в упор не хотят этого замечать. Если кто-то нас сейчас увидит, наверняка удар хватит. Даже если это будет Этриан.

Плавные движения Мэйна укачивали. Руки расслабились и повисли по бокам, как и ноги, но я всё равно не соскальзывал с него. Чувство умиротворения наполняло меня.

Так, стоп! Я сейчас точно усну, а мне кое кто обучение обещал, между прочим!

Взял волю в кулак и приподнялся, разгоняя ману по телу и возвращая себе бодрость. Нага женщина была бы прикольнее, но чего уж харчами перебирать?

— Стой! Хватит меня укачивать! Я не спать сюда пришёл. Ты обещал обучить меня! И очень бы хотелось узнать — чему?

Не понимая как, я соскользнул с огромного змея и оказался в центре поляны, где всё так же сидели мои духи. Тихо, мирно, будто ничего особенного не происходит.

Стало ещё темнее, в небе появились звёзды: их было видно в небольшом просвете центра поляны. Вода же в роднике мистически светилась, окрашивая всё вокруг в тёплые цвета. Фон праны стал определённо плотнее. Но отличие динами в том, что здесь она словно фильтровались и ощущалась немного иначе, более тёплой. Но всё это условности, ни мана, ни прана температуры не имели и воспринимались подсознанием, а вот уже разум мог ими манипулировать.

Мэйн вновь стал нагом.

— Я знаю, что ты хочешь бороться с демонами, — сказал он. — Но мало кто владеет истинными знаниями и тем более способами борьбы с ними. Я жил среди натурлементов, мы боролись со спиритами постоянно. И я хотел бы обучить тебя этому. Но для начала, — он протянул ко мне руку, — не побоишься ли ты нырнуть в лисью нору?

Здесь существовала сказка, чем-то напоминающая «Алису в стране чудес». Некий мальчик загулялся в лесу и последовал за магживотными, а потом и нырнул в лисью нору. Так он оказался в мире мёртвых, где пережил множество приключений. Наконец, ему удалось вернуться домой. Он лёг в свою постель и уснул, только навечно. Как родители не пытались его разбудить, ничего не вышло. Так и умер от старости, не просыпаясь.

В целом сказка учила взаимодействию с миром духов, все приключения героя являлись прямым пособием о том, как вести себя с мёртвыми, чтобы самому таким не