Замужем (не)пропасть или новая хозяйка для старого дома - Айви Роут

class="p1">— Что-то вы выглядите слишком довольной после всего этого инцидента, — сказал он, сужая глаза и скрещивая руки на груди. — Думаете, я не вижу, что здесь происходит? Всё складывается слишком уж удачно, чтобы быть случайностью.

— И что именно вы хотите этим сказать, Рэнделл? — я скрестила руки на груди, стараясь скрыть нарастающее раздражение.

— Вам не нравится, что я приглядываю за графом? — он ухмыльнулся. — Вы ведь думали, что с его появлением всё решится само собой? Ох уж эти сироты, мечтающие о наследстве. Вы явно не понимали, что я не спущу с вас глаз.

От его слов у меня всё внутри закипело. Он пытался изобразить снисходительность, но за его видом скрывалась омерзительная уверенность в том, что он держит всех под своим контролем. Я чувствовала, как моё терпение лопается.

— Хватит, — я шагнула к нему ближе, смотря прямо в его глаза. — Мне не нравятся ваши обвинения и грязные намёки.

Рэнделл поднял бровь, будто удивлён моей дерзости, но я продолжала:

— Может, вы думаете, что вправе обвинять меня, но, знайте, что я не позволю вам марать своё имя. Достаточно! Если вы ещё раз попробуете бросить в мою сторону хотя бы тень подозрения, вам придётся столкнуться не только с моим гневом, но и с силой этого поместья.

Я сама испугалась своей смелости. В моём голосе прорезалась уверенность, которую я сама в себе редко видела, но сейчас не могла позволить себе слабость.

Рэнделл, хоть и попытался сделать вид, что мои слова его не тронули, заметно побледнел. Он сделал шаг назад, на мгновение растерявшись. Я почувствовала легкую дрожь — то ли от злости, то ли от страха, но отступать не собиралась.

— Вы мне угрожаете, графиня? — он прищурился, но голос его дрогнул.

— Нет, — я тихо, но твёрдо ответила. — Я предупреждаю.

Мы стояли в напряжённой тишине, пока он не поджал губы, бросив последний мрачный взгляд.

— Это ещё не конец, миледи.

С этими словами он скрылся в тени коридора, оставив меня одну. Я с трудом выдохнула, чувствуя, как снова начинают дрожать руки. Неожиданная волна решимости и уверенности медленно улеглась, оставив меня с гордостью — и лёгким страхом от собственного напора.

Снова собравшись, я выпрямила спину и, не оглядываясь, пошла навстречу гостям.

Принимая гостей в зале, я чувствовала себя, будто попала в вихрь ярких тканей и драгоценностей. Один за другим в поместье входили высокие столичные гости: важные советники, помощники министров, чиновники со своими супругами. Все они казались самыми элегантными, самыми утончёнными людьми, которых я видела. Каждая дама была упакована по полному разряду: колье, серьги, браслеты, сверкающими так, будто в них была заключена вся столица. А джентльмены — в своих изысканных фраках, форме и при шпаге — смотрели на меня с любопытством, будто прикидывали, достойна ли эта графиня управлять Холлисадом.

Я улыбалась, делая легкий реверанс, и со сдержанной радостью ловила на себе их одобрительные взгляды. Гости явно были поражены изменениями, которые произошли с поместьем, а каждый их комплимент укреплял меня в решимости держаться до конца вечера.

— Потрясающее поместье, графиня, — заметила супруга министра внутренних дел, слегка кивая на цветочные арки, украшавшие зал. — Сколько уюта и аристократичности!

— Невероятная работа, — добавил один из её друзей, кивая в сторону висящих на стенах картин, которые мы с Ильёй любовно отреставрировали. — Помню, когда я был здесь в последний раз, было совсем иначе. Прямо как новая жизнь.

Я ответила, стараясь, чтобы голос звучал уверенно и спокойно:

— Спасибо, ваше одобрение много значит для меня. Холлисайд всегда был достойным местом, и я рада, что он может вновь показать себя.

Но внутри я волновалась. Поместье будто притихло, присматриваясь к новоприбывшим, но мне казалось, что это ненадолго. Скоро своенравная магия выкинет какой-нибудь фокус, и как будто в подтверждение этого, случился первый инцидент.

Сначала я ничего не заметила: свет в зале слегка замерцал, и тонкие тени побежали по стенам, как будто кто-то невидимый прошёл по залу. Я старалась не обращать на это внимания, думая, что гости не заметили, но к этому моменту у министра финансов внезапно из-под ног резко взметнулся воздушный поток, едва не сорвав с его мундира ленту.

Он вздрогнул и с удивлением поднял взгляд. Я поспешно шагнула вперёд и с широкой улыбкой сказала:

— О, простите, поместье порой ведёт себя несколько капризно. Видимо, оно просто обрадовалось столь высокопоставленным гостям.

Его супруга засмеялась, и вскоре этот случай стал предметом шуток. Министр тепло улыбнулся мне, не показав обиды. А я, убедившись, что инцидент сглажен, перешла к другим гостям, внутренне моля поместье вести себя спокойно.

Но, конечно, как бы не так. Когда я уже сопровождала группу дам на второй этаж, где могла похвастаться великолепно отреставрированной лестницей и новой мебелью, я заметила, что одна из них, мадам Вильмонт, задумчиво оглядывалась. Её взгляд остановился на зеркале, и тут на наших глазах из зеркальной поверхности вдруг мягко начали проступать изумрудные светящиеся линии, образуя причудливые узоры. Я услышала, как одна из дам резко выдохнула, но я сохранила невозмутимость.

— Ах, это одно из старинных зеркал, — пояснила я спокойно, словно не видя ничего особенного. — Такие иногда могут отражать эмоции или ваши желания. Дамы, ваши чувства наверняка радуют это место.

На их лицах отразилось лёгкое удивление и… удовольствие. Госпожа Вильмонт даже положила ладонь на рамку зеркала и сказала:

— Такое волшебство! Ваш дом наполнен тайнами, мадам. Приятно видеть, что аристократическое прошлое и магия всё ещё живы.

И я почувствовала, как между нами устанавливается нечто большее, чем просто уважение. Они начали видеть во мне хозяйку, способную справиться с чарами этого места.

Затем, когда я уже думала, что мы пережили все сюрпризы, в холле, где собралось уже немало гостей, вдруг раздался звон хрусталя. Оказалось, что бокалы на столах сами собой слегка подпрыгивали и мелодично звенели. Несколько гостей удивлённо уставились на стаканы, и я решила взять ситуацию под контроль. Подойдя к столу, взяла один из бокалов и, глядя прямо на всех, с улыбкой произнесла:

— Кажется, Холлисайд решил намекнуть, что самое время поднять бокалы за всех присутствующих. Я рада видеть вас всех здесь, и пусть дом разделит с нами этот вечер!

Взрыв смеха и лёгкие аплодисменты развеяли напряжение, и вскоре каждый уже весело болтал, поднимая бокалы, а я облегчённо вздохнула.

Один из