Лестница из черепов - Дмитрий Богуцкий

она паслась внизу, под крутым склоном. Я прикинул — если прыгнуть вон на то дерево, а потом спрыгнуть с него — метров семь высоты, ци должно помочь… Или не помочь? Тут же совсем близко к границе, мало ли…

Вот и пока я обо всём этом думал, расхаживая по вершине горки, телефон в кармане радостно пиликнул, сообщив о пойманном сигнале сети, а пока я его доставал, чтобы, блин, поставить на беззвучный режим, мне поступил звонок от Янсена.

Банту это всё конечно же услышала и бросилась наутёк.

— Твою ж мать, — поприветствовал я своего агента, глядя на круп удаляющейся скотины.

— Чан, это самое, я увидел по триангуляции… а чего ты так далеко?… Там уже самая граница леса! Ты лучше строителям на глаза не попадайся, они там…

— Чего-чего… Я её почти достиг!

— Кого? Принцессу?

— Да всё бы тебе о принцессе думать. Банту!

— А… А принцесса?

— А фотку принцессы я тебе сейчас скину. Хотя нет. Потом. Вечером. Не заслужил.

В общем, потом я снова догнал банту, которая к тому времени снизила темп, и погнал вперёд. Догнать так и не успел, но зато мы вдвоём успешно вернулись в эвкалиптовую рощу затемно.

Ноги к тому времени уже основательно «кончились». Я доковылял до деревни, планируя не то бросить затею, не то просто отчитаться, но меня опередили. На уже знакомой мини-площади меня ждала виновница мероприятия, державшая в руке здоровенную, зажаристую и дико-аппетитную ногу какого-то зверя.

— Мы знаем, что животное ушло от Чана Гуна, — она кивнула и расплылась в улыбке. — Это не беда! Чан Гун храбр и силён. У него есть ещё одни сутки, чтобы пройти испытание. Серебристая Поросль уверена, что у Чана Гуна всё получится!

С этими словами она привстала на цыпочки, грубовато обняла меня рукой, продолжая сжимать капающую горячим жиром ногу, и страстно, умело и с языком меня поцеловала.

Мда. Если посчитать, на моей памяти это был второй полноценный поцелуй в этом теле после того случая с Сян. И, что самое стрёмное, понравилось.

— Кхм, да… А где у тебя первый муж? — совсем некстати спросил я. — И как он вообще относится к этому всему?

— Первый, главный муж Серебристой Поросли — на задании, — коротко сообщила она. — Главный муж пока не знает о том, что у Серебристой Поросли будет Второй муж.

Вот я попал! Интересно, он хотя бы приемлет всю эту традицию с многомужеством? Или же нет? При полном отсутствии ци — конфликтовать с таким серьёзным товарищем я бы не хотел. Пока я думал, она снова протянула мне окорок:

— Чан Гуну требуется подкрепиться перед долгой дорогой в своё городское логово.

— Так ты ещё и хозяйственная, — хмыкнул я.

Дар решил не отвергать — захомячил быстро, параллельно услышав забавный диалог: явилась «тёща», принявшаяся отчитывать Серебристую Поросль. Выглядело это как встреча двух кошек на заборе, вздыбивших шерсть на загривке.

— Кххх! Серебристая Поросль! Этикет этого мира запрещает соитие губами с мужем, не прошедшим испытания и не закрепившим союз!

— Мать моя Огненная Гортань! Ей ли говорить о чести, когда сама она выбрала в младшие мужья нелепого смуглого уродца, не проведя испытания!

— Этот уродец принял Серебристую Поросль как дочь! Он чтит устои и не позволяет вытворять с сапогом…

Улучив момент, я сделал ещё пару снимков — ну, Янсен же просил, кто я такой, чтобы отказывать. С одной стороны, яогаи после такой перепалки ещё сильнее показались мне какими-то человечными. И поцелуй ещё этот… Но от такой тёщи мне захотелось сбежать ещё до женитьбы.

Что я и сделал, оседлав своего электроскакуна. Тело к тому моменту после беготни по джунглям ныло уже изрядно, плюс ссадины, порезы. У самого выезда из деревни дорогу электробайку преградил тот самый старик, который пытался вселиться в моё тело. Озорной Плуг, кажется.

— Чего надо? — немного грубо спросил я старика.

— Чан Гун сам лучше знает, что ему надо, хи-хи-хи! — странно засмеялся старикашка.

Его глаза снова загорели красным. А затем он наклонился и хищно вцепился в мою правую ногу своими костлявыми пальцами.

— Ай! Что тебе нужно! Уйди, демон! — я принялся дрыгаться, стараясь не потерять равновесие.

Но вдруг понял, что старик не хотел мне ничего плохого. Неожиданно, все ссадины рассосались, мышцы перестали болеть и налились силой а что самое приятное — перестала сочиться кровь и полностью исчезла дырка от пиявки.

— Во блин! Откуда это у тебя белый шаодань, дяденька? А меридианы мне не поправишь, случаем? — тут же нашёлся я.

— Чан Гун пройдёт все испытания и решит все проблемы. А я завтра отправлюсь на родину, — расплывчато сказал он.

Ну, что ж, и на том спасибо, подумалось мне. Приехал я поздно, похватал лапши — ограничившись одной порцией, потом поднялся в комнату, а там…

На моей кровати сидела Дзянь, кушала какую-то вкусняшку и с довольным видом рылась у меня в ноутбуке. В полураспахнутом домашнем халатике, слушая какую-то мрачную репчину.

— Это… что это, блин, такое? Ты опять замок вскрыла?

— А… привет! — сказала она и с нужной задержкой привела в порядок одежду, а затем по-свойски захлопнула ноутбук. — А у меня что-то… у меня что-то мой ноут сломался, ага!

— Вот что-то нифига не верится. Мне сходить проверить?

Она прошла очень близко рядом, потёрлась боком и коснулась пальцем кончика моего носа.

— Ага. Сходи, почини мой ноутбук! А нам с Сян не верится, что ты на подработки ходишь. Какой-то уж сильно ты бодрый и целенький. И без единой царапины!

— Вот как? И какая у вас с Сян, спешу спросить, гипотеза?

— Ясно какая! — чуть не взвизгнула Дзянь, удалившись в коридоре. — Ты нашёл любовницу! Профурсетку какую-то! Шлюху драную!

И дверью в комнату