Лестница из черепов - Дмитрий Богуцкий

— Я пока сам слабоват, чтобы быть главой клана. Но вы, конечно, будете в нём первыми кандидатами, парни. Ну, после Сян и Дзянь.

— Спасибо! Да мы с тобой горы свернём!

— Всё, можно запускать рекламу — сперва надо пустить слух!

Говорили в шутку, но я задумался — а почему бы и нет? Не всё же ходить под крышей у Янсена. С другой стороны — крышевал он, при всех своих недостатках, вполне сносно. Пока я ехал, уже упакованный всем необходимым, на внутренний мессенджер от Янсена упала куча картинок, и пара голосовух.

Внезапно, это оказались карты с траекториями. Движения. Мягко скажем, очень узнаваемым и нужными. Голос Янсена сообщил:

— В общем… э… это не то, чтобы сильно публичная информация. В общем, один мой знакомый… однокурсник, он разрабатывал для такси приложение, там была какая-то мысль вообще избавить таксистов от телефонов, чтобы, мол, аутентично, горбобыки ходят сами по себе, без техники, восточная сказка… В общем, оказывается, всем горбобыкам после передачи одно время вводили GPS-метки. Вроде бы этот двенадцатый как раз когда ему поставили — и сбежал. Штуки такие размером с палец, сроком службы на два года. И только потом поняли, что у нас GPS работает так себе, проект свернули, мой знакомый остался без денег… в общем, не суть. Но в пригороде уже ловит! Я… я заплатил ему приличную сумму, в общем. вот выгрузки этих меток. Это всё на прошлой неделе. Обрати внимание на последнюю карту.

Информация выглядела действительно очень полезной и меня воодушевила, записал голосовуху в ответ.

— Ай, молодец, Янсен. Спасибо! Скоро скину тебе фотографию принцессы.

В бревне, переваленном через дорогу, кто-то заботливо прорезал отрезок шириной в метр — как раз чтобы я смог проехать.

Моё прибытие на этот раз ждали лишь трое — тот темнокожий товарищ, принцесса и её мамаша.

— Чан Гун принял решение и вернулся, — не то спросила, не то утвердительно сообщила Огненная Гортань.

— Ага-ага. Улыбочку! Я сфотографирую…

Я успел сделать телефоном пару размытых снимков, прежде чем «мамаша» с «дочуркой» совсем по-кошачьи зашипели.

— Огненной Гортани не нравятся, когда у неё пытаются украсть душу!

— Серебристая Поросль не хочет, чтобы…

— Тише, тише. Это не кража душ. Это фотоаппарат. У нас принято фотографировать близких людей и… красивых женщин.

— Серебристая Поросль хочет быть красивой женщиной! По-человечески красивой.

Глаза еë хищно блеснули, а рука потянулась расстегивать балетную блузку.

— Стоп-стоп. Это всë не обязательно. Ну, точнее… я бы, конечно, не против взглянуть на красоту тела Серебристой Поросли, но это всë потом.

— Когда Чан Гун станет младшим мужем, — догадалась принцесса и довольно оскалилась.

— Ага, ага. Хотя вот пачку бы постирать, да. Сколько вы, уважаемая принцесса, её уже носите?

— Стирка! Вода, — немного то ли испуганно, то ли недовольно сказала супруга вана, Огненная Гортань.

— Они вообще это дело не любят, — сказал вчерашний негр, усмехнувшись. — Особенно дамы. Знал бы ты, Чан Гун, сколько я их приучал к элементарным навыкам гигиены.

Я взглянул на него, и вдруг понял, что мне в нём казалось странным. Он хоть и говорил вчера странным тоном, и назвался Напряжённой Тетивой, но мимика и невербалка были у него абсолютно-человеческие.

— Погоди… Так ты…

— Ага. Младший муж госпожи Огненная Гортани. Сапогом не стал.

Сказал — и по-свойски так хлопнул супругу вана по мягкому месту.

— О как… А чего ты вчера прикидывался?…

— Так мероприятие торжественное было!.

Я усмехнулся — и вправду, торжественное. А уж его продолжение…

— Понятно. И ты что — типа, сам? Добровольно?

— А там долгая история. Пошли, я тебя провожу.

Ну, в общем, он рассказал — зовут Кристофер Мзунгу, из Занзибара, учился в местном вузе, в момент Катастрофы оказался в районе музея, очень близко к парку. Плюс как и у многие из побережья западной Африки — словил какой-то мизерный процент азиатской крови и к четвёртому году путём долгих тренировок открыл, наконец, свой первый шаодань.

— Причём сразу — пурпурный. Я был третьим африканцем в городе, кто шаодань открыл! Я сразу из стриптиз-бара уволился, пошёл на тренировки. Вокзальные меня тренировали. Плюс пару раз в год водили в одну секретную лапшевню…

Про лапшевню я развивать беседу не стал, больше слушал. В итоге — парень устроился в подразделение мэрии по строительству стены и за год дослужился там до младшего инспектора. А потом в него в ходе прогулки по предгорьям вселился огненный демон.

— Натянутая Тетива его звали. Чего, думаешь, я так называюсь? Стариком был совсем! Думал, дескать, подселится ко мне в башню и доживёт спокойно. Ох и бурные ночки были! Совсем крыша ехала. Я мозгами ворочал-ворочал, он пару ночей посидел и говорит мне такой — не, тесный слишком сапог, давай-ка я лучше помру, а ты дальше живи.

— То есть ты… победил огненного демона?

— Ага! В своей башне! Когда ван про это узнал, то передал, что разрешает мне в своё отсутствие быть запасным младшим мужем своей жены.

— Какой мудрый правитель, — хмыкнул я. — Где он, кстати?

— Понятия не имею. Не разу не видел. Может, внизу, в мире этом. А может, и где-то в городе даже. Меня эти пару раз просили оставить какие-то посылки в районе парка.

Значит — точно в том бункере у «ботаников». Странно, это он добровольно себя в бункер дал посадить? Или это какая-то договорённость, размен какой-то? Решил сходу в эту тему не лезть.

— И что, ты остался?

— Ну и, чего… выполняю долг! Мне нравится. У меня, считай, так бы никогда жены не было, я тот ещё уродец, все местные меня боятся…

Я, конечно, в тонкостях мужской красоты не разбирался, и откуда такое мнение