Убийство Принца Тени - Хелен Шойерер

– И не в мою, – поклялась она. – Но не забывай, что он стар. Хоть всегда выглядит таким сильным и суровым в кузнице вокруг своих молотов и огня. Здесь, снаружи… он более хрупкий, чем я его помню. Я думаю, Дрю тоже это понимает.

– Он не должен участвовать в битве, – сказал Талемир.

К его удивлению, Эдриенн приняла его требование и кивнула.

– Я уже отдала приказ.

Вскоре наступил полдень, и Эдриенн собрала наарвийские войска. Талемир снова оказался рядом с Уайлдером, их жеребцы были готовы нести своих всадников.

Воин Меча с облегчением увидел, что Дрю едет рядом с генералом, а подонка Колтана нет на горизонте. Мужчина сомневался, что сможет снова не прикончить этого нахала, если увидит его после вчерашнего.

Его взгляд снова остановился на Дрю…

– Ты раскрываешь свою душу, когда принимаешь эту нашивку, – сказал Уайлдер, кивая на значок из трех клинков, украшавший перевязь на бицепсе Талемира.

Талемир перевел взгляд со своего значка с мечом на Дрю, сидевшую напротив.

– К чему ты это?

– Это говорит миру о твоей слабости, Тал.

Талемир заставил себя смириться с правдой этих слов.

– У меня нет слабостей, – сказал он своему протеже.

По команде Эдриенн они отправились в дорогу. Полдня пути до крепости пролетели быстро, а с наступлением вечера они разделились на небольшие группы и окружили крепость, как и планировалось. Вокруг них сгустилась ночь, и, не раздумывая, Талемир встал рядом с Дрю, где они вместе ждали сигнала генерала.

На вершине холма, откуда открывался вид на базу бандитов, наарвийские отряды расположились на расстоянии восьмисот метров друг от друга. В темноте наконец прозвучал сигнал: три ровных взмаха факелом.

Повернувшись в седле, Дрю встретилась лицом с Талемиром.

– Готов? – спросила она.

– Готов, когда будешь готова ты, – ответил он.

Вместе они повели отряд вниз по склону, наконец-то атаковав крепость налетчиков.

19

Дрю

Сердце Дрю безжалостно колотилось, кровь шумела в ушах, когда они атаковали крепость со всех сторон. Взмах меча заставил надежду запеть внутри ее, потому что больше всего на свете она хотела, чтобы предатели получили по заслугам. Для нее налетчики были хуже, чем духи, которые наводнили их земли и разрушили их королевство: они ополчились против собственного народа.

Вместе с остатками своего небольшого кавалерийского подразделения Дрю ворвалась на внешний периметр деревни. Раздались крики, и из зданий выскочили вооруженные люди.

Они ожидали этого, планировали это. Наблюдение, которое вели она и Талемир, вознаградило их в десять раз.

Верхом на лошадях Дрю и остальные пробивались сквозь слабую оборону, уничтожая одного противника за другим, проклиная каждого из них за то, что они предали своих собратьев-наарвийцев. Когда они приблизились к центру крепости и здание стало ближе, Дрю спрыгнула с лошади и бросилась в гущу схватки, горя желанием обагрить свой клинок кровью врага и быстро отомстить за всех, кто был схвачен и заключен в клетки на складе.

«Мы идем за вами, – беззвучно повторяла она. – Мы идем за вами».

Она сражалась плечом к плечу с Эдриенн, Талемиром и Уайлдером, они вчетвером составляли грозный отряд и с большим успехом возглавляли атаку. Повсюду побеждали солдаты генерала, проникая в крепость, как они и планировали.

Дрю вступила в схватку с налетчиком, который пытался скрыться. Ни за что на свете она не позволила бы одному из этих ублюдков уйти. Вспомнив уроки Талемира и Уайлдера, она атаковала его. Сжав меч обеими руками, приготовилась нанести своему противнику мощный удар сверху, прежде чем уйти в сторону и жестоко ударить его ногой в печень. Когда мужчина, задыхаясь, отшатнулся, девушка двинулась вперед, используя свое преимущество, и не колеблясь сделала выпад, вонзив клинок ему в живот.

Брызнула кровь, и с губ налетчика сорвался мучительный крик, но Дрю уже переходила к следующему противнику. Она бы убила их всех за то, что они сделали с ее народом, за то, как основательно они предали своих собратьев-наарвийцев.

Боковым зрением она заметила Талемира. Он сражался спиной к ней, одновременно орудуя своими огромными мечами против нескольких противников. Его переполняла мощь, и она не знала, была ли это сила Воина Меча или духа тени.

Дрю было все равно.

Она бросилась к нему на помощь, и вместе они сражались бок о бок, работая как единое целое, чтобы повергнуть налетчиков в прах. Каким-то образом они сражались совершенно синхронно, они выжидали и двигались воедино. Их ритм и понимание друг друга были чем-то вроде магии, чуждой Дрю. Даже они с Эдриенн не сражались так хорошо вместе.

Она уклонялась и парировала, блокировала и наносила удар за ударом, ее сила и энергия были непоколебимы. Странное спокойствие овладело ею, когда она взмахнула мечом, инстинктивно отвечая на сыплющиеся удары…

– Мы почти у склада! – крикнула Эдриенн. – Вы двое заходите в самые дальние двери. Мы с Уайлдером пойдем в северную часть. Я уже отправила Баледора и четверых его людей прикрывать другие выходы. Мы их окружим!

Победа была уже близка, и дух Дрю воспрянул. Она сразила своего последнего противника, бросившись к южному выходу. Талемир был рядом с ней, и они оба с безумством ухмылялись хаосу битвы.

Дрю вышибла дверь и ворвалась на склад с поднятым мечом, готовая к атаке. Ее ноздри наполнил резкий запах масла, и она перевела взгляд на клетку, в которой были заперты люди.

Конечно же, из углов капала густая жидкость.

Эдриенн и Уайлдер ворвались внутрь через северные двери, но застыли от увиденного.

Мгновение спустя Баледор и его люди сделали то же самое.

Сердце Дрю сжалось, и она перестала дышать.

В отличие от всех предыдущих раз, когда они с Талемиром шпионили за складом, их добычу охранял не патруль налетчиков, а один-единственный человек, который держал горящий факел всего в нескольких сантиметрах от пропитанной маслом клетки.

– Бросьте оружие, – прохрипел он. – Или они умрут.

20

Талемир

– Талемир…

Его имя прозвучало на губах Дрю как мольба.

Она застыла рядом с ним, а десятки ее собратьев-наарвийцев были на грани смерти. Одно неверное движение с его стороны или любого из них, и вся клетка загорится.

– Оружие на землю! – рявкнул мужчина, угрожающе размахивая факелом.

Талемир оглядел склад, обдумывая все возможные варианты действий, и темнота внутри него затрепетала от того, что его загнали в угол, перехитрили.

Как этот человек узнал, где быть и что делать? На секунду его ослепила ярость от того, что налетчики собирались сделать с этими невинными людьми – отдать их духам, чтобы те могли превратить их в таких же монстров, как он.

Тени корчились внутри Талемира, царапая его внутренности, умоляя освободиться, дать волю чувствам…

Хотя у человека было преимущество, он вздрогнул, когда посмотрел на Талемира, как будто мог разглядеть чудовище за его лицом.

– Талемир… – Дрю опустила оружие.

Эдриенн, Уайлдер и их воины сделали то же самое.

Мечник всеми клеточками души желал сдаться, но тоже бросил свой меч рядом с мечом Дрю.

– Используй ее, – прошептала она. – Используй свою силу, чтобы спасти их…

На мгновение Талемир застыл. Но, словно услышав ее, тьма позвала снова, и на этот раз мужчина не колеблясь откликнулся.

Тени проносились, словно клубки ночи, гася свечи одну за другой. Весь склад погрузился в кромешную тьму, за исключением факела, который держал налетчик и который скоро тоже погас.

Люди закричали.

Но Талемир стал единым целым с ночью. Невидимый для остальных, он наполнился магией оникса, перемещаясь во времени и пространстве по-другому, становясь частью теней, которые, как он чувствовал, клубились вокруг него.

Крики и визг ужаса продолжались, клетка дребезжала, звуки выхватываемых мечей эхом разносились по зданию, а его обитатели внезапно перестали видеть, не считая Талемира.

Только что он стоял на коленях у северного выхода; в следующее мгновение он уже стоял перед