Убийство Принца Тени - Хелен Шойерер

делись. И нам передавалась неверная информация.

– О чем ты говоришь, Тал?

– Я хочу сказать, что нам нужно держать ухо востро. Даже с гильдией.

Вскоре Талемир сел между Дрю и Уайлдером перед пылающим в камине огнем, будучи за одним столом с Эдриенн, отцом Дрю Фендраном и его другом Баледором, обсуждая ситуацию с налетчиками. Они с Дрю выложили добытую ими информацию, а также плохие новости о заключенных, которых держали в плену на складе.

– Ублюдки, – выплюнула Эдриенн в конце.

Дрю пробормотала что-то в знак согласия.

– Мы их вытащим оттуда, – проговорил Талемир. – С теми войсками, которые вы привели, и с Уайлдером в придачу, мы сможем быстро начать атаку.

Уайлдер кивнул, сидя рядом.

– Завтра мы можем провести несколько основных учений, определиться с нашими составами, а затем освободить ваших людей в кратчайшие сроки.

– А затем вместе отправимся в логово духов, – добавила Дрю. – Возможно, нам еще удастся спасти Гаса, Дратоса и остальных из сторожевой башни.

– Судя по тому, что Эдриенн рассказала мне о Гасе, он умеет выживать, – вставил Уайлдер. – И Дратос тоже. Похоже, он такая заноза в заднице, что даже духи могут от него устать.

Обе девушки посмотрели на него с благодарностью.

Казалось, что Уайлдер чувствует себя среди наарвийцев как дома, и Талемир был рад этому. Хотя юный Воин не высказывал ничего подобного вслух, мужчинв подозревал, что после ранения брата он чувствовал себя одиноким.

– А что с нашей миссией, Тал? – уже тише спросил Уайлдер, почувствовав на себе его пристальный взгляд.

– Я видел источник стали, – сказал Талемир. – Но не обнаружил там ничего подозрительного.

– Что насчет Дрю? – пробормотал Уайлдер что-то себе под нос. – Разве в первоначальном отчете не говорилось о ней? Разве не ее обвиняли во вмешательстве в…

– Она не имеет к этому никакого отношения.

– С каких это пор?

– С тех пор, как я вместе с ней осмотрел источник стали. С тех пор, как я сам ее спросил.

– И ты ей доверяешь?

– Беспрекословно.

Услышав это, Уайлдер остановился и посмотрел на Дрю.

Талемир проследил за его взглядом. Рядом с Эдриенн девушка оживлялась как никогда. Подруги рассказывали истории о своих путешествиях, и смех срывался с их губ. Их хитрые понимающие взгляды подсказывали Талемиру, что они приберегли самые важные подробности до тех пор, пока не останутся наедине.

Казалось нереальным, что они собрались вместе, когда всего двумя ночами ранее Талемир наслаждался телом Дрю на стойке бара… И там, где они сейчас все сидели, он излился в ее порочный рот…

Порыв ветра пронесся по таверне, и что-то мокрое упало на колени Талемиру.

Он отодвинулся назад и увидел окровавленную мертвую ласку, лежащую у него на бедрах.

С отвращением подняв глаза, он увидел, что Терренс приземлился на подлокотник кресла Дрю, гордо выпятив покрытую перьями грудь.

Сама девушка кусала кулак, чтобы удержаться от смеха.

– Я полагаю, это был подарок… – с трудом выдавила она.

Талемир перевел взгляд с искалеченного существа у себя на коленях на ястреба, который продолжал прихорашиваться и выглядел невероятно довольным собой.

– Э-э-э… Спасибо?.. – сказал он, скривившись и приподняв мертвое животное за хвост.

Терренс издал довольный возглас.

И команда расхохоталась.

За исключением Фендрана, который задумчиво наблюдал за Талемиром.

– Странно это… – сказал он. – Эта птица обычно всех ненавидит.

Когда смех утих и Талемир избавился от ласки, Уайлдер наклонился к нему с серьезным видом.

– Что-то изменилось между вами двумя… – Он едва заметно кивнул в сторону Дрю. – Ты постоянно обращаешь на нее внимание. Не только из-за ее красоты, но и… из-за чего-то еще.

– Не смеши меня, Уайлдер.

– Я не слепой, мой мудрый учитель… Я никогда раньше не видел тебя таким с девушкой.

Тепло разлилось в груди Талемира, и он снова посмотрел на Дрю, не в силах отрицать его слова.

– Она необычная девушка, – ответил он своему ученику.

17

Дрю

После того как они несколько часов без умолку болтали, Дрю размяла спину. Ее мышцы затекли как от многодневной езды верхом, так и от долгого сидения на одном месте. Было уже поздно, и вскоре все вокруг начали обустраивать себе ночлег. Многие из их отряда рассеялись по деревне, укрываясь в заброшенных зданиях. К счастью, отец Дрю и Колтан настояли на том, чтобы сопровождать своих подопечных, и были также распределены по другим местам.

В таверне обосновалась Эдриенн, а ее приближенные рейнджеры и солдаты заняли мягкие диванчики и бесцеремонно расстелили свои спальные мешки на полу. Уайлдер отодвинул все стулья и занял себе место у камина, но Талемира нигде не было видно.

Дрю все еще была в шоке от преподнесенного Терренсом подарка для Воина Меча. Ее отец был прав. Ястреб обычно ненавидел всех. На самом деле, особенно он ненавидел мужчин, и она видела его изначальное презрение к Талемиру. И все же…

Девушка огляделась и расстроилась из-за того, что ее лишили ночи страсти, при этой мысли у нее поджались пальцы на ногах. Ей только недавно удалось вывести его из отчаяния, как вдруг пришли остальные. Хотя она чувствовала невероятное облегчение, встретившись с Эдриенн и узнав, что Уайлдер и другие пострадавшие выздоровели, она жалела, что не провела еще одну ночь с Воином Меча.

– Ты идешь к колодцу, Дрю? – спросила Эдриенн, прерывая размышления Дрю и с надеждой размахивая флягой.

Та нахмурилась.

– Я не собиралась, но могу…

– Премного благодарна, – сказала генерал, передавая ей фляжку. – У меня пересохло в горле.

Слегка озадаченная напористостью подруги, Дрю усмехнулась и сбросила с себя одеяло. Прихватив флягу подруги и свою собственную, она вышла через заднюю дверь таверны. Снаружи действительно наступила глубокая ночь. На небе виднелся только кусочек луны, а все остальное небо было покрыто темным покрывалом, усеянным звездами. Дрю, вздрогнув, поняла, что совершенно не рассчитала время, и, сунув флягу под мышку, попыталась снять факел с настенного светильника. Все произошло так быстро – разговор с Талемиром по пути из крепости налетчиков, прибытие Эдриенн и обсуждение их дальнейшего плана действий.

Воины Меча и генерал партизанского отряда прекрасно сработались: они были эффективны и жестоки в своих стратегиях. Это было к лучшему: перед глазами у Дрю промелькнули лица тех бедняг, запертых в клетке, а внутри у нее все сжалось от чувства вины. Оба раза ей было больно оставлять их там, но она знала, что Талемир прав. Нападение означало бы риск для их жизней. Вместо этого она цеплялась за тот факт, что слежка, которую они вели, должна была принести свои плоды. Она была уверена в завтрашнем рейде. Что может пойти не так, если Эдриенн и Воины Меча поведут наарвийские войска против неопытных повстанцев?

Наконец она вытащила факел и подняла его перед собой, осветив узкую тропинку к колодцу. Как и вся Наарва, земля за таверной заросла диким виноградом, и Дрю, отмахиваясь от веток и паутины, направилась к источнику воды. Но когда она добралась до нужного места, то оказалась не одна.

Талемир, воткнув свой факел в землю у своих ног, стоял на краю колодца, вытаскивая ведро, и сапфир его матери мерцал, ударяясь о грудь.

В мягком свете факелов Дрю снова вспомнила не только о том, насколько он привлекателен, но и о его истинной красоте. Несколько прядей его волос выбились из пучка и свисали ему на лицо, касаясь покрытых щетиной щек, а большие руки наматывали веревку снизу вверх.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он в качестве приветствия.

– Эдриенн попросила меня принести ей немного воды…

Талемир рассмеялся.

– Прямо сейчас попросила?

– А что?

Он указал на несколько фляжек у подножия колодца.

– Она велела мне сделать то же самое.

– Какая же она назойливая, – пробормотала Дрю.

– Я всегда могу уйти, если ты хочешь…

– Нет. – Слово слетело с губ Дрю слишком быстро.

Талемир улыбнулся и взял фляги из ее рук, его пальцы соприкоснулись с ее, вызвав в ней волну предвкушения и снова заставив вспомнить их последний разговор.

«Я хочу, чтобы ты кончила так сильно, что забудешь собственное имя».

Дрю затаила дыхание, наблюдая, как Талемир