40к хемо-псов и летописец - Hydra Dominatus

Скольких я убил? Очень много, невероятно много. Число убийств наверно перевалило за тысячу ещё до того как я стал хемо-псом. Под стук молотка мной выносились смертные приговоры и происходило это даже легче, чем убийства еретиков из лазгана. А ещё больше приговоров выносились мной и по другим делам, менее громким и важным. Один раз моё слово стало ключевым для казни целой шахтёрской бригады. Забастовка, срыв поставок на завод, после срыв производства укреплённых ствол для артиллерии, задержка для фронта и... из-за их забастовки тогда погибли тысячи.

Суровый приговор, но таков был закон, а я был его беспрестанным слугой. Однако в какой-то момент машина правосудия наехала на камень, который оказался слишком прочным. Оказалось, что далеко не все равны перед Законом. В это мне не верилось, ведь я был судьёй, у меня как-никак были связи, ведь я хоть и не ходил с дробовиком с панцирной броне как патрульные арбитры, но всё же был частью Адептус Арбитрес. Важной его частью.

И когда до меня дошло очередное дело, что касалось вовсе не рядового случая, а высших эшелонов власти. Я сделал то же, что и с теми шахтёрами. Начал разбирательство, честное и беспристрастное, заставил работать всех и вынес предупреждение, а затем и добавил к делу попытку взятки. Всё по закону, честно, правильно и плевать что обвинитель простой гражданин, а обвиняемый – планетарный губернатор.

Я думал за мной стоит если не сам Бог-Император, то может быть хотя бы... весь Адептус Арбитрес, но оказалось иначе.

– Вепрь, приём, – произнёс я по воксу, но вокс был мёртв.

Мой усилитель на поясе был способен устанавливать связь в радиусе до пяти километров. С учётом толстых стен и туннелей, то связь была хуже, но... в этот момент мой отряд уже отступил, начав прорыв окружения. Я же подумал, что они все мертвы, ведь в голову не могло прийти мысли, что может быть... может быть они ослушались приказа офицера.

Прямо как и в тот раз, я совершенно забыл, что не все так чтят правила, как я. Дурак, что ещё с меня взять?

– Никогда не думал, что сдохну сражаясь с культистами на забытом Богом-Императоре мире, в техническом туннеле... Впрочем, оборону здесь держать куда удобнее.

И пока на всей территории города-улья происходил решающий бой, который всё быстрее выходил из-под контроля, несмотря на действия инквизиции. Я же таскал ящики и собирал с трупов всё что мог. Конечно, выкурить меня отсюда можно довольно легко, но если враг не притащит огнемёты, мельты, парочку астартес или псайкеров с демонами, то я положу ещё десяток-другой ублюдков, после чего подорву себя плазменной гранатой.

– Спасибо Ларнелия, – усмехнулся я, глядя на росписи летописца прямо на купленных ей гранатой. – Жаль, что твой пиктер отправится в ад. А такие кадры могли получиться...

В очередной раз раздался чудовищный грохот и в этот момент часть города улья просто обвалилось. Культисты подорвали фундамент и вызвали обрушения, которые погребли как еретиков, так и лоялистов. Это же стало моментом контратаки врага, к которому в этот раз присоединились ещё и демоны.

Ситуация выходила из-под контроля и с каждым мгновением всё меньше было смысла в спасении города-улья, а высшее командование начинало продумывать меры не по зачистке, а по тотальному уничтожению этого места.

Глава 15

– Это катастрофа! Гвардейцы бегут! Хемо-псы не выходят на связь! Демонический прорыв во флангах Железной Гвардии Мордиана поставил их под угрозу! Я требую, чтобы прямо сейчас вы прислали нам минимум два взвода астартес! – кричал в вокс полковник Бугор, под взгляды его бравых полевых офицеров.

– Их силы нужны в других местах, полковник. Держитесь любой ценой и да направит ваш гнев Император, – ответил лорд-милитант, после чего просто оборвал связь.

– Какой кошмар... – прошептала Ларнелия, слушая всё это и записывая каждое сказанное слово, а также эмоции на лицах офицеров.

Это был шок. Они все обращались за помощью, просили подкрепления, рассказывали о демонах, что одним взглядом забирали души. Им нужна была помощь астартес, не одного отделения, а двух взводов. Простые гвардейцы храбро сражались, но умирали в невообразимом количестве. А в это же время под городом-ульем рождалась очень тёмная сила, что заставляла кровоточить иконы Бога-Императора.

Это была катастрофа и им приказано было справляться с ней самим. Даже бравые офицеры в этот момент дрогнули, осознав, что из их полка никто домой не вернётся. И ладно бы такая участь постигла только хемо-псов, но... Бугор уже связывался с другими полковниками и осознавал, что подкрепления не получат и они.

– Да что же это происходит! – зло ругнулся хилый Бугор, и таким его давно никто не видел.

– Госпожа Ларнелия, вам стоит вернуть на орбиту. Скоро здесь будет небезопасно, а если лорд-милитант решит стереть заразу с помощью уничтожения всего живого... лучше, чтобы вы наблюдали за всем этим со стороны, – произнёс один из штабных офицеров.

– Но...

– Я возьму один из ваших пиктеров и буду собирать информацию сам, чтобы вы не рисковали собой. Ваша жизнь очень ценна, – настаивал офицер и тогда стало понятно, что выбора у Ларнелии нет.

В быстром темпе она покинула планету, на которой события начали развиваться слишком стремительно.

***

Я лежал под завалом, едва дышал и разум мой постепенно затухал. Враг оказался слишком хитёр и мы его недооценили. Даже посланный дознаватель не смог этого предсказать. В результате подрыва города-улья и контратаки хаоситов уже примерно треть полка хемо-псов была полностью уничтожена. Остальные же продолжали удерживать позиции, пока союзники перегруппировывались.

В этот момент стало и понятно, что весь полк сольют. Останутся лишь избранные офицеры, которые потом возьмут под своё начало новое мясо. Так уже повторялось много раз, ничего нового...

– Сука... – прошипел я, успев вонзить себе инжектор в бедро, после чего отрубился снова.

Мне снился сон... сон, что являлся моим прошлым. Прекрасный и тёплый, как то время, когда я не был сослан на Савлар.

– Прошу, сжальтесь, я просто... просто ошибся! – умолял обвиняемый, стоя на коленях.

– Это не избавляет вас от ответственности за содеянное. Однако каторгу я нахожу не соразмерным наказанием. Вы отработаете тысячу часов общественных работ, а также возместите в течение шести лет затраты за нанесённый ущерб. Это окончательный вердикт. Суд закончен.

Я был судьёй, выносил приговоры, которые считал справедливыми.