Искушая судьбу - Сара Адам

Блядь. Не тёлка она совсем.

Девушка.

Красивая. Умная. И пиздец выёбистая.

Сука, старею, походу.

Пальцы уже почти дотрагиваются до ручки, но снова опускаются, сжимаясь в кулак.

На кой хрен припёрся сюда? После вчерашнего и того, как облажался. Схватил её, чуть не перешагнув дозволенную грань. Совру, если скажу, что испытываю угрызения совести.

Понравилось. Ещё хочу.

Ни одна девка не вставала так часто перед глазами, как её мордашка. Разъярённая, вечно обиженная и до жути упрямая.

И хрен бы с ней…

Но не могу отпустить. Зациклился, хоть убей.

Отойдя на пару шагов, упираюсь спиной в холодную стену. Тупо пялюсь в пол, размышляя. Башка гудит. С тех пор, как блондиночка сбежала в комнату и захлопнулась там, не даёт покоя одна мысль – не дожал ли я её окончательно? Вдруг свалить решила? Не хочет дожидаться сигнала от братца?

Бля, а если она уже вещи пакует?

Решительно оттолкнувшись, ударяю в дверь с такой силой, будто готов снести её нахер с петель. Несколько раз дёргаю ручку, проверяя, заперто или нет.

– Я занята, – без промедления звучит хриплый голос по ту сторону. – Уходи.

Жёсткая тень облегчения проходится внутри, отпуская напряжение. Да, была мысля, что Ада по-тихому умотала, скрывать не стану. А тут прям отлегло.

– Открывай.

– Я сказала: уходи, – девчонка срывается на хрип, явно намеренная избавиться от непрошенного гостя.

– Делла, не испытывай моё терпение, – выдыхаю, стиснув зубы. Надоели эти кошки-мышки.

– И что ты сделаешь? – осмелев, сучка бросает вызов, походу решив поиграть на нервах.

– Хочешь проверить мои способности? – хмыкаю, без капли намёка на веселье.

За дверью слышатся шаркающие шаги, и я удовлетворённо киваю сам себе. Так-то.

– Чего тебе? – вслед за щёлкнувшим замком в проёме появляется залитое краской лицо. Ада выглядит смущённой и одновременно нервозной. – Слушай, я неважно себя чув…

– Пошли прогуляемся, – перебив, киваю в сторону лестницы и, не дожидаясь согласия или отказа, разворачиваюсь и двигаюсь в указанном направлении.

Сам не знаю, нахера это сказал. По идее, мне тупо нужен был предлог увидеть её и убедиться в том, что не навредила себе или не довела до очередной истерики.

– Достал!.. – слышится ворчание позади.

Ничё, перебесится и пойдёт следом – за неимением выбора. Свежий воздух ей не помешает, а то кислородное голодание в четырёх стенах ничем хорошим не закончится.

Башку свою забитую проветрит. Может, развеется чутка.

Через несколько минут Адалин, как и предполагалось, спускается вниз, накидывая куртку.

– Шапка где? – тщательно осматриваю сверху вниз, фиксируя отсутствие головного убора.

– Капюшон накину, – недовольно бурчит, пытаясь пройти к выходу первой.

– Одевай, – киваю подбородком на шкаф, давая понять, что этот фокус не пройдёт.

Ада криво косится, будто собирается огрызнуться, но решает не спорить. Недовольно шаркает, достаёт первую попавшуюся шапку и натягивает на светлую копну волос.

– Доволен? – убрав руки в карман куртки, окидывает по обыкновению презрительным взглядом, и мы выходим.

– Зато сопливить не будешь.

– Ой, можно подумать, тебя волнует моё здоровье, – стерва закатывает глаза, не забыв при этом цокнуть.

– Не веришь в искренность моих намерений? – обойдя нахалку, заглядываю в наглые глаза.

– Слушай, будем откровенны, – Ада вынужденно тормозит, чтобы не впечататься в меня. – Человека, которого не заботит собственная безопасность, раз он рискует жизнью, участвуя в перестрелках и водится с мафией, не может интересовать состояние других.

– Ты меня с кем-то путаешь, – вскидываю ладони вверх в сдающемся жесте. – Я простой бизнесмен.

– Ага, а я Олимпийская чемпионка, – Адалин произносит это неожиданно даже для себя самой, поэтому, закусив губу, резко прячет глаза в пол и, обойдя меня, двигается вперёд первой.

Погода на улице такая же херовая, как и наше положение. Серая и с пронизывающим ветром.

Дальше шагаем молча, каждый погружённый в дерьмовые мысли. Судя по напряжённым плечам, девчонка не в лучшем расположении духа. Залезть бы в её башку и узнать, чё там творится. Насколько сильно меня ненавидит? Презирает?

Она явно на взводе, но после вчерашнего другого и не ожидаем. Другая б на её месте вывалила на меня ведро дерьма, обвинила в домогательстве, а эта грызёт себя изнутри.

Чё там думает – один чёрт в курсе. Может, проклинает, может, жалеет, что спасла. А может, обдумывает план, как прикончить и избавиться от навязанного соседства.

Минут двадцать топаем по каким-то окрестным дорожкам. Хер его знает, где мы. Да и как-то до одного места. Не грызёмся – и то хорошо.

Через пару метров Делла вдруг притормаживает.

– Мы тут раньше с Артёмом так же гуляли. Очень часто, – девичий голос тихий, спокойный. Словно сама с собой разговаривает.

С травмой, смертью отца и вынужденно завершённой карьерой всё понятно. Одно в толк взять не могу: чё между ней и братом произошло? Почему на расстоянии его держит?

– Неплохо, – глубоко вдохнув, осматриваюсь вокруг, подтверждая. – Если чё, я дорогу не запомнил. Имей в виду – обратно тоже ты поведёшь.

Не оценив дебильную шуточку, Ада дёргает плечом.

– Может, прокатимся в лес? Тут недалеко ехать, – блондинка поджимает бледные губы, а я стараюсь не развивать мысль о том, какими они были на вкус.

Тонкий голос дрожит. Но не от холода, а от того, что у попутчицы там внутри бурлит. Местная флора и фауна, походу, странно на неё действует, заставляя вспоминать прошлое.

– Погнали, – оценив предложение, прикидываю, что только в движении из Ады можно вытащить сраные мысли. – За рулём чур ты, Док, – подначиваю, вспомнив, как она любит порулить. Пусть расслабится.

К дому возвращаемся молча и в таком же состоянии падаем в пикап.

Дорога в место назначения раздолбанная, подвеска стонет.

В лесу воздух другой. Промёрзший, колкий. Но пиздец чистый. Глушь – что ни души нет. Нравится мне эта местность. Если до старости доживу, то перееду доживать век в тишине и спокойствии.

Заглушив мотор, Адалин поворачивается ко мне корпусом. Глаза насторожённые, но не испуганные. Скорее решительные – с этой своей упрямой искоркой.

– Научишь меня стрелять? – вот уж чего угодно ждал, но не этой фразы.

С минуту тупо пялюсь, не веря, что правильно услышал.

– Ты серьёзно щас? – медленно тяну, прищурившись.

Щёки её чуть розовеют, но взгляд не прячет. Девичьи пальцы сжимаются в маленькие кулаки, что аж костяшки белеют.

– Да, серьёзно, – выдыхает тихо, почти шёпотом. – Хочу… не хочу быть больше беспомощной.

– Я не считаю тебя беспомощной.

– Ты ошибаешься, – горько ухмыльнувшись, переводит взгляд в сторону, разрывая зрительный контакт. – Научишь? Обещаю, что буду держать себя в руках и не прикончу тебя при первой появившейся возможности, – выдаёт, слишком нервозно хихикнув.

Вот это, конечно, поворот. То кричала, что