Болен (не) тобой (СИ) - Макнамара Элена

А через пару минут выходит врач. Старший брат Кирилла тут же подходит к нему, и они обмениваются рукопожатиями. Артур тянет меня за руку, тоже направляясь к врачу. Все, кто здесь присутствует, подходят к нему.

— Состояние тяжёлое, — сообщает доктор. — Хотя жизнь уже вне опасности, но Кирилл пока не приходит в себя, — это он говорит, глядя в глаза старшему брату Кира.

Тот тоже врач. И сейчас они безмолвно общаются друг с другом.

Ноги подкашиваются. И если бы не Артур, то я, наверное, просто упала бы.

— Так, всё! Пойдём, присядем, — Асаян возвращает меня на лавочку, вновь садится рядом. — Лиза, всё нормально! Да, наша профессия опасна для жизни. Но Кир сильный. Он вернётся к нам.

Я всхлипываю. По щекам наконец-то бегут горячие слёзы.

— Мне позволят его увидеть? — заглядываю в чёрные глаза Артура.

— Конечно, — кивает он. — Сейчас его переведут в палату, и мы сразу к нему пойдём. Ты просто выдохни уже. Всё будет хорошо... А мне надо с майором переговорить. Посидишь здесь одна немного?

Молча киваю. Артур встаёт и подходит к Виктору Ивановичу. Они вместе выходят на улицу.

Я вытираю слёзы со щёк, обвожу глазами присутствующих. Невольно сталкиваюсь взглядом с Максом — средним братом Кирилла. Он смотрит на меня с недоумением. Конечно, ведь он не знает, кто я такая. Какая-то незнакомка, льющая слёзы по его брату.

Максим встаёт и приближается ко мне.

— Можно? — указывает на лавочку.

— Конечно, — я немного смещаюсь в сторону, хотя места здесь предостаточно.

Он садится, откидывается на спинку. И пару минут вообще ничего не говорит. Просто смотрит перед собой и тяжело вздыхает. Наконец произносит:

— Ты и Кирилл... Ты его девушка?

— Нет, — отвечаю я. — Но я бы хотела быть его девушкой. Мы не успели...

Голос дрожит. В горле вновь встаёт ком.

Максим смотрит на меня очень внимательно.

— Всё ещё впереди, — говорит он сдавленным голосом. Прокашливается. — Ты станешь его девушкой. Только немного подождать придётся, — пытается выжать из себя улыбку. — Кстати, я Максим, брат Кирилла, — протягивает мне руку.

С благодарностью её пожимаю и признаюсь:

— Я знаю, кто ты. И знаю, кто он, — указываю взглядом на Женю, старшего из троих братьев. — Я запомнила вас, когда вы навещали Кирилла в детском доме.

Максим бледнеет, услышав мои слова.

— Вы знакомы так давно? Ничего себе!

— На самом деле Кирилл меня забыл, — вновь вытираю слёзы со щёк, которые теперь льются совсем бесконтрольно. — Получается, что мы вновь познакомились лишь неделю назад.

— Ничего не понял... Но от моего брата можно ждать, чего угодно, — на этот раз у Максима получается ухмыльнуться. — Как тебя зовут?

Я ведь даже не представилась... Сначала мелькает мысль, не назвать ли мне своё первое имя. Но потом я тихо выдыхаю:

— Лиза.

Ведь Алиса давно исчезла. И вместе с ней кануло в бытие то предательство. Я больше никогда не предам Кирилла. Никогда! И буду сидеть возле его постели до тех пор, пока он не выкарабкается!

— Всё будет хорошо, Лиза! — словно услышав мои мысли, говорит Максим. — Кирилл... он справится! Наш младшенький способен выдержать всё, что угодно. Он сильный. И слишком упрямый, чтобы вот так просто умереть!

Глава 40

Кирилл

Она тенью вошла в комнату. Словно выжидала момент, когда никого, кроме нас, не будет. Я сначала улыбнулся, потому что, наконец, она снова хотела со мной общаться, а мы так давно не проводили время вместе... Но вдруг заметил в её руке какой-то предмет.

— Что это, Алиса? — я напрягся, разглядев нож.

Посмотрел на неё внимательнее. Не реагируя на мои вопросы, она просто медленно шла ко мне и что-то бормотала себе под нос.

Она стала старше. И теперь она была чертовски красивой. Хотя ещё тогда, в одиннадцатилетней девочке, можно было разглядеть ту, какой она станет.

Серые глаза, немного вздёрнутый носик, пухлые губки, русые волосы, обрамляющие лицо.

Теперь я её узнал. Вспомнил. Наконец-то я вспомнил, как выглядела Алиса.

Я не пячусь назад, не выставляю руки перед собой. И точно знаю, что сейчас будет.

— Лисёнок... Всё как и тогда, да? Ты, я... и этот нож между нами?

Она молчит и продолжает наступать на меня. Останавливается лишь в шаге.

— Хорошо, давай, — я печально улыбаюсь.

Если это такой вот мой личный ад, то я согласен. Буду проводить время в её компании, вновь и вновь напарываясь на нож... Но ведь главное не это. Мне очень важно просто видеть эту девушку. Иметь возможность дотронуться до неё.

Делаю шаг вперёд, сокращая расстояние между нами. Обхватываю родное лицо ладонями. Мы больше не дети. И я больше не плачу от того, что она тогда сделала. И от того, что произойдёт прямо сейчас.

— Давай, — повторяю я. — Я готов.

Она качает головой и произносит:

— Вставай, Кирилл!

Я не понимаю...

— Но я и так стою перед тобой!

— Вставай, Кирилл! Хватит! Вставай! — выкрикивает она.

Отталкивает меня. Вроде совсем не сильно, но я падаю.

Боли в рёбрах нет, ножа тоже. И Алисы нет...

Вот теперь мне хочется плакать. Потому что её больше нет...

Зажмуриваюсь. Мне больно. Боль в моём сердце.

— Ты долго собираешься лежать? — знакомый голос заставляет меня резко распахнуть глаза. — Давай, Кир! Ты в норме! Встань с грёбаного пола!

Глазам своим не верю... Матвей!

Он садится на пол, протягивает мне руку и помогает подняться. Теперь мы сидим, прижавшись друг к другу плечами.

— Ты в коме! — я почему-то расплываюсь в улыбке, сообщая ему эту новость.

Он достаёт пачку сигарет и закуривает. Протягивает мне. Заглядываю в пачку — осталась всего одна.

— Кури, мне больше не надо, — отмахивается Матвей, увидев, что я в замешательстве.

Что ж... ладно... Тоже закуриваю.

— Ты, кстати, тоже в коме, — хмыкает он.

Выдыхаю колечко плотного дыма.

— Это что же получается? Теперь мы можем друг к другу в гости ходить?

Не выдерживаю и начинаю ржать. Матвей подхватывает.

— Хрен его знает, — разводит руками. — Скорее всего, я твой глюк. Или ты мой.

Наш смех напоминает истерику. И он так же быстро заканчивается, как и начался.

— Там тебя Вера ждёт, — говорю ему. — Ты просто обязан проснуться.

— А тебя? — он переводит на меня пытливый взгляд. — Тебя кто-то ждёт?

— Не знаю... Наверное, мои братья.

— А девушка? — допытывается он. — У тебя кто-то появился за время моего отсутствия?

— Можно и так сказать, — признаюсь я. — И мне бы очень хотелось вновь её увидеть. Я так и не сказал ей, что влюблён.

— Ооо! Ты влюблён? — с улыбкой повторяет Матвей.

Пихает меня плечом. Я пихаю его в ответ.

Замолкаем. Молча докуриваем. Тушим окурки в пустой пачке, и Матвей тут же встаёт с пола.

— Ты куда? — смотрю, как он шагает к двери.

Матвей оборачивается.

— Мне пора. И тебе тоже пора. Вставай, Кирилл!

Эпилог

Звук смс заставляет меня проснуться. Телефон лежит на коленях. Стул, на котором сижу, максимально придвинут к кровати. Чтобы иметь возможность держать Кирилла за руку.

И когда сплю, и когда бодрствую, я не перестаю держаться за него. Он должен чувствовать!.. Должен знать, что я здесь, рядом с ним. И никуда не уйду, пока он сам меня не прогонит!

А для того, чтобы прогнать, он должен встать с этой чёртовой кровати!

Но просто так я, конечно, не уйду. Кирилл должен будет меня выслушать. Должен будет поверить, что я собиралась сказать ему, кто я такая. И что это было не очень просто сделать.

Мне было страшно признаться. Страшно, что он меня отвергнет. Но после того, как испытала тот безумный страх за жизнь Кирилла, мне кажется, что я уже ничего не боюсь.

Боюсь лишь навсегда его потерять.

Часто моргаю, прогоняя сон. Беру телефон в руку. Смотрю, кто прислал смс. Это мой брат.

Максим лишь один раз за весь прошедший месяц выходил со мной на связь. Сообщил, что уехал и вряд ли вернётся в скором времени.