Суккубо личное дело. Том 2 - Елена Свободная

тайна в сложившейся обстановке, - кивнула она, работая челюстями. - Меня учил Вит, он же и доверил нам этот мир в свое отсутствие...

***

Новость о том, что Перерожденцы неплохо ориентируются во Тьме, оказалась очень неожиданной. До этого считалось, что у каждого темного свои пути и пройти ими кто-то другой может только в тактильном контакте. В противном случае, незадачливый преследователь будет вечно блуждать во Тьме, без верха, низа и каких-либо ориентиров. Затянуть так, как сделала Элси, конечно, тоже можно, но со слов Астафорера выходило, что твари преследовали ее вполне сознательно, как будто видели или чувствовали. Как же Огастусу удалось этого добиться?

С другой стороны, обычно открытие дороги в Бездну затягивало и самого темного, а тут Элси удалось выстоять. Получается, она как-то так вывернула собственную стихию, что оказалась на другой стороне? Или на другой дороге... Ох, Вит!

- Вот у кого бы поучиться, - вздохнул Астафорер. - Но, видимо, уже не судьба...

- Почему? - вскинулась я, а в груди кольнуло нехорошее предчувствие.

Демон молчал так долго, что я засомневалась, что вообще ответит. Потрескивал огонь в камине, стекла высоких стрельчатых окон гостиной на грани слуха вздрагивали под порывами ветра, а вечный, как вся моя жизнь, учитель смотрел на меня усталыми фиолетовыми глазами. Молчали и Клив с Аттиль. О чем они думали?

Наверное, о том же, о чем и я. О том, что миру необязательно катиться в Бездну, чтобы однажды твой близкий окончательно ушел за Грань. О том, что как долго бы мы ни жили, у каждого есть свой срок. О том, что даже если ты не развоплотился на поле боя во всех этих бесконечных войнах с эльфами, всегда есть возможность погибнуть за восстановление баланса мира, который в очередной раз потревожили те, чья жизнь по сравнению с нашей была лишь мгновением.

- Моя леди... Она... уже близка к развоплощению, - подтвердил мою догадку лорд Астафорер. - А значит, и я тоже. Собственно, я вернулся повидаться с Его Темнейшеством и официально рекомендовать мэтра Риапала на свое место.

- Ого, так Мир все-таки защитился? - фыркнул Клив, мгновенно рассеивая гнетущую обстановку так, как это мог только он. - Насколько мне известно, Астагреаалам кричал громче всех, что не позволит этому блудливому отродью перешагнуть порог зала ученого совета его академии... Правда, он при этом добавлял: "при всем уважении, мэтр".

Мы невольно захмыкали, вспомнив, насколько свежеиспеченный мэтр не следил за языком, а так же прочими органами, окунаясь с головой в научный мир. Он даже умудрялся подшучивать над своим единственным авторитетом в научном мире, за что Астафорер и исключил его из аспирантуры. Но и тут неугомонный инкуб не расстроился: "Я вам докажу, что наше общение не прошло для меня даром!"

- Ему, конечно, еще нужно получить гору лицензий и подтверждений квалификации, - кивнул личный целитель Властелина Бездны, - но парень и правда хорош! Иногда я жалею, что выгнал его, но кто знает, стал бы он так активно грызть обсидиан науки, если бы не хотел мне что-то доказать?

- А сейчас у тебя никого нет?

- Зачем? Я целитель и точно знаю симптоматику окончания жизни у демонов...

Мы проговорили почти до утра, но целитель так и не узнал того, о чем Фесстер Гексеморстерфер после долгих препирательств сообщил Кливу.

- Бабуля! Дедуля! Горите огнем!

Огненный золотоволосый вихрь пронесся по холлу, гостиной, коридорам особняка и влетел в кабинет. Как же давно в этом доме не звучало традиционное демоническое приветствие...

- Ирма? Какими судьбами, огонек? - Клив привстал с моего рабочего стола и подхватил внучку в объятия.

Наша рыжая крошка не доставала ему до плеча, но она настойчиво утверждала, что главное не размер, а умение им пользоваться.

- Вообще-то я по работе, но решила совместить приятное с противным! - Ирма обняла меня за шею и прижалась горячей щекой.

- С каких это пор тебе перестала нравится твоя работа? - усмехнулась я, обнимая внучку и руками, и аурой.

Я сильно соскучилась по своей Аши, а в последнее время волновалась за нее все больше. На поверхности творилось Тьма знает что, Аттиль отправилась с лордом Адьяром в командировку и обещала вернуться через пару недель, Дамайа вернулась почерневшая от горя и закрылась у себя в особняке...

Путь Валиэлиона закончился для двухсотлетней воздушницы слишком неожиданно и болезненно. По моей личной просьбе девочку раз в несколько дней навещал Астафорер, который и сам уже заглянул в Бездну, но почему-то никак не решался сделать последний шаг. Риапал в одном из звонков, похабно хихикая, упомянул, что целитель все-таки зачислил к себе в аспирантуру новенькую. "Но, похоже, у старика совсем съехала крыша на почве нанесения добра и причинения блага другим расам, - хохотнул инкуб, и заметив мое неподдельное удивление, пояснил: - У девчонки явно эльфийские корни. Хотя талантище нереальный, я заглянул в ее вступительную работу..."

Как суккуб, я допускала, что замена старой демонессы молоденькой симпатичной аспиранточкой могло положительно сказаться на либидо старого целителя, но вот в том, что это влияние распространится на продолжительности его жизни, сильно сомневалась. Скорее уж наоборот! Но шутить мы могли на эту тему сколько угодно, а принципиальность лорда Астафорера в этом вопросе вошла в легенды. Никаких личных отношений с эльфами.

Впрочем, сейчас у меня были проблемы посерьезнее, чем гадать о причинах странного поведения друга и учителя. Очередной человеческий король прислал официальное уведомление о вторжении демонов Бездны на его северные регионы. Естественно, папуля отписался своему временному коллеге, что это невозможно, но его верный помощник учел свой промах с Перерожденцами, которым не придали значения, и выбил у Властелина Бездны официальную командировку. Взяв с собой сильнейшую огневичку, принесшую наконец-то клятву верности деду, они отправились проверить, как это возможно в принципе.

Но больше всего меня тревожил Клив. Он все чаще украдкой, когда думал, что я не чувствую, раздувал собственной магией последний лепесток моего сердца в своей груди. Тогда я трусливо сбегала в свой рабочий кабинет и пыталась заниматься хозяйственными делами...

После того, как ему удавалось в очередной раз раздуть эти угли, он вот как сейчас, приходил в мой кабинет. Огневик присаживался на край стола, подбирая широкий теплый плащ, без которого он мерз в мое отсутствие, и со смешинкой в светло-карих глазах с золотистыми искрами огненного дара, говорил самым убедительным голосом на свете: "Алиша, искорка моя, по-моему,