Я назову твоим именем сына (СИ) - Ирина Шолохова

на всякий случай, обошёл корпус, может быть, она на площадке с ребятами. Нет, на площадке тоже никого не было. Максимилиан свернул на тропинку, ведущую к кабинету заведующей, вдали мелькнул знакомый силуэт Максима, белоснежная футболка ярким пятном выделялась среди корабельных сосен. Максимилиан дождался, когда Максим сравняется с ним, легонько, по-дружески, толкнул его плечо:

— Слышь! Мне Марго знак подала! — его глаза горели от возбуждения, — созрела, значит!

— Что-о-о? — Максим дёрнул ворот, вдруг, начавшей давить на горло футболки, — какой ещё знак?

— Ну, помнишь, ещё в первый день, ты с рыжей обжимался, а я пошёл Марго провожать! Вспомни! Я же тебе говорил — она сказала, как будет готова, даст знать — поставит букет полевых цветов на подоконник. Сёдня смотрю — стоит, родимый! Хорошенький такой, маленький, аккуратненький букетик! Я так и думал — ты на выходных будешь к ней подкатывать, а она…

— Будет мечтать о тебе! — ехидно продолжил Максимилиан, — ты сам-то веришь в то, что говоришь? — он, конечно же, не поверил словам Максимилиана, но почему-то резко вспотели ладони, и ворот футболки душил всё сильнее и сильнее.

— Я сам удивился, — Максимилиан, в возбуждении, не уловил сарказма в голосе Максима, — факт налицо! Я знаю тебе охота с ней покувыркаться, но я не собираюсь упускать свой шанс, вечером сообщу ей: «Готов!»

— Только попробуй подкатить к ней! — зло прищурился Максим.

— Э, Макс! Девушка выбирает! Забыл?

Желваки вздулись на скулах Максима, он резко развернулся и пошёл в противоположную сторону, крепко сжимая и разжимая кулаки, почти до крови, до ногтей, отпечатавшихся на ладонях. «Ерунда! Нелепая случайность! Или Максимилиану это привиделось — выдаёт желаемое за действительное, так иногда бывает — человек мечтает о чёт-то, о ком-то, — поправил он себя, — и ему мерещится всякая херня!» — выругался Максим.

Он издали, из-за кустов, взглянул на окно комнатушки Марго — на подоконнике, играя солнечными бликами, горела на солнце, стеклянная банка, а в ней нежный букетик простых полевых цветов.

«Не может этого быть! Херня! Херня! Херня!» — ругался Максим, будто этим он мог что-то исправить, громко сглотнул комок, образовавшийся в горле, в очередной раз, дёрнул ворот футболки, пытаясь ослабить его хватку. Сел тут же на землю, потёр виски: «Может это и означало её «Не хочу!» — внутри, вдруг, образовалась пустота. Сердце, казалось, остановилось. Там, где буквально несколько минут назад, расцветала, пусть тревожная, но любовь, теперь стало пусто и муторно. «Пойду и спрошу у неё прямо, пусть ответит. А, если, это правда? Херня!» — не хочу даже думать об этом. Он поднялся с земли, отряхнул от лесного мусора джинсы, и двинулся на поиски Риты. Около корпуса её не было, на стадионе тоже, он увидел её в беседке, в той самой, где они укрывались от дождя — она сидела в окружении девчонок, парни сидели на перилах, на крыльце. Он неслышно подошёл, встал за стеной беседки, передумал, вошёл внутрь:

— Марго! — произнёс он дрогнувшим голосом, — можно тебя на пять минут!

«Что случилось?» — безмолвно, глазами спросила она.

— Есть разговор, — ответил он, спустился с крыльца беседки и отошёл в сторону.

— Ребята, я скоро вернусь! Не расходитесь! Мальчишки, не задирать друг друга и не беситься!

— Что случилось, Максим? — Рита заправила за ухо прядь, выбившуюся из забранных в хвост, волос.

— Максимилиан по ушам ездит — говорит, ты ему знак какой-то подала? Ты в теме? — он постарался придать голосу некоторую небрежность.

Она потрясла головой, вытаращила глаза:

— Не-е-ет! Какой ещё знак? С ума он сошёл?

— Ну, я так и подумал, врёт! Букет полевых цветов стоит у тебя на подоконнике, и он решил — это знак, что ты готова.

— Готова? На что?

— На всё!

Рита вспомнила:

— Ах, да! Я же пошутила, а он поверил.

— Марго, зачем ты поставила букет на подоконник? Ввела человека в заблуждение, — он опустил голову и исподлобья взглянул на неё. — Теперь придётся объясняться.

— Мне мои девчонки подарили букетик полевых цветов! Я просто забыла об этой шутке, сначала поставила его на стол, потом подумала, что на столе ему будет не хватать солнечного света, и переставила на подоконник. Неужели, ты думаешь, что я специально это сделала? Тем более, после того, что между нами произошло. Пусть Максимилиан думает, что хочет. Мне-то что. Сейчас с ребятами закончу мероприятие и переставлю букетик на стол.

— Вечером подвалит к тебе с объяснялками — я его знаю, как облупленного.

— Ну, и пусть, скажу как есть, — Рита пожала плечиками, — Максим, мне к ребятам надо вернуться.

— Хорошо, — Максим понизил голос, взял её за руку, — не могу дождаться вечера. Хочу обнять тебя, прижать крепко-крепко и не отпускать.

— Рита-а-а! Ну, Рита-а-а! Ну, почему ты так долго-о-о! — донеслось из беседки.

— Пока, до вечера, — прошептала она, высвобождая руку.

— Да иду я, иду! — крикнула она в ответ.

— Рита-а-а! Вечером с Максимом будешь зажиматься! — выкрикнул кто-то из парней и спрятался, втянул голову в плечи.

— Это кто здесь такой умный? — Максим, специально, придал голосу суровость, у него не было злости и раздражения на выпад пацанёнка, но тот должен понимать, что можно говорить, а что нельзя.

— Пока, Макс! — она повернулась, шагнула в сторону беседки и вбежала на крыльцо. Обернулась — Максим не уходил, стоял на месте, наблюдая за ней. Она помахала рукой — иди!

Он кивнул и пошёл чуть вразвалочку. «Вот и прояснилось, всё оказалось предельно просто. Пойду, переговорю с Максимилианом, пусть не лезет к Марго». Максим подошёл к корпусу, где находился кабинет заведующей лагерем, сел поодаль на землю, — и, обхватив колени руками, стал ждать Максимилиана. Ждать пришлось недолго. Долговязая нескладная фигура спустилась с крыльца. Максимилиан шёл, беззаботно насвистывая и улыбаясь своим мыслям.

— Эй! Максимилиан! — окликнул его Максим, поднялся, отряхнулся от прицепившейся к джинсам хвои.

— Чё те? — оглянулся тот на звук голоса, — чё надо?

Максим сунул руки в карманы, недолго постоял, как бы собираясь с мыслями, и подошёл к приятелю.

— Минут десять назад с Марго разговаривал, спросил про злополучный букет…

— Почему это он злополучный! Очень даже не злополучный!

— Она случайно, говорю тебе, поставила цветы на подоконник, скоро уберёт, можешь не беспокоиться!

— Э! Приятель, Марго сама решит, как себя вести и с кем, не надо за неё хлопотать.

— Поясняю для непонятливых! — Максим сжал руки в кулаки так, что джинсы вздулись буграми, — Марго — моя девушка! Вопросы есть?

— Есть! Ты чё впендюрил ей? Чё ты так нервничаешь? — Максимилиан сверху вниз смотрел на Максима, всем своим видом показывая превосходство: «Я выше тебя на полголовы!»

— Тебя