Риданские истории II - Виктор Александрович Авдеев

возрождение в муках, и снова дикий ужас. Подъем в высоту, вычурную непонятными пугающими зигзагами, и падение вниз, жуткое давление во всем теле, от которого выпадают из глазниц прекрасные испуганные глазки, нехватку воздуха, разрывающее легкие. Это вечные муки для тех, кто НЕ ХОЧЕТ УБИВАТЬ!!! — голос девочки перешел на разъяренный, хриплый крик. Тонкие зрачки впились в лицо Джессики и в них бушевала ярость. — Ты давно перестала УБИВАТЬ! Ты бесполезна, никчемна и слаба! Я бы с радостью отправила тебя в худой мешок. Там самое место таким, как ты!

Ее гнев нарастал с каждым сказанным словом. Джессика захрипела, силясь сделать вдох. Нога, обутая в туфельку, нещадно давила.

Позади Джессики раздался хруст сухих сучьев и шорох травы. Сьюзи Теренс подняла головку и злобно улыбнулась. Джессика не могла больше ждать. Более удобного случая больше для нее не представится.

Ловким движением рук она выхватила из пучка на голове две спицы для волос и с силой вонзила их в тело Сьюзи. Тонкий, но прочный металл вошел в ее грудь, точно в масло в область обоих легких. Давление на горле Джессики ослабло, и та, откатившись вбок подальше от безумной, поднялась на четвереньки. Хрипя, она жадно ловя ртом свежий воздух. Сьюзи Теренс сипела и визжала, размахивая перед собой ручками со скорченными пальцами. Ее платье вымокло в крови. Девочка ошалело отступала назад, неловко перебирая слабеющими и непослушными ногами. Наконец она издала последний всхлип и упала навзничь. Подергиваясь всем телом в муках, она постепенно затихла.

— Что ты наделала!? Что ты наделала? Нет! — прозвучал совсем рядом зловещий голос, принадлежащий Ткачу, и Джессика обернулась на крики.

В десятке футов от нее стоял покойник, держа свой проклятый мешок в сухой руке, и впивался безумным взглядом в глаза Джессики. — Ты должна была освободить ее, а не убить! Ты сделала большую ошибку…

— Ты заставлял меня убивать, мерзкая тварь! — срываясь на крик, ответила ему Джессика без всякого страха и сожаления. — Я убила! Как ты просил! А теперь… убирайся к черту! Или кто там у вас всем заправляет!

— Твой закат пришел, дитя мрака. Полезай в мешок, — сдержанно сказал Ткач, склонив голову в сторону своей обветшалой сумы.

— Да пошел ты! — Джессика плюнула в его сторону и заплакала, не в силах подняться с колен. — Лучше просто убей меня, и все на этом!

— Для тебя выбрана иная дорога. — Ткач сделал шаг вперед, но вновь остановился. Если бы на его обтянутом кожей черепе была видна хоть какая-то эмоция, то можно было бы представить, что он в этот момент крепко задумался. — Странно… ты всегда была послушна и верна мне. Покорно убивала сто лет назад и даже двести. С тобой не было никаких проблем. Кроме того случая, когда тебя чуть не повесил местный шериф за серию убийств. Точнее — шестнадцать убийств за два года. Пришлось утащить тебя прямо с виселицы, что, конечно, не осталось без внимания напыщенных смертных, учинивших над тобой праведное возмездие и толпы таких же грязных, никчемных букашек, во все времена желающих поглазеть на чужие муки. Признаюсь, в меня даже успел выстрелить шериф. Кстати, через тринадцать дней он скоропостижно скончался от какой-то ужасной и быстро прогрессирующей болезни… Сгнил изнутри. Случайно ли? Многие думали, что неслучайно. И они были правы… А ты… Ты помнишь, какой ты тогда была?

— Что тебе от меня нужно, чудовище? — выдавила сквозь зубы Джессика, глядя на Ткача волчьим взглядом. — Пошел прочь, тварь! Я никуда не полезу! Если так хочешь, залезь в свой вонючий мешок сам! Там и сгинь!

Ткач гневно зашипел и потянулся к Джессике своей костлявой рукой. В этот момент прогремел выстрел, и пуля пробила грудь мертвецу, оставив в грязном пальто рваную дыру. Пуля прошла насквозь и упала совсем рядом с Джессикой. Ткач скривился, жадно взглянул на Джессику и исчез, как будто его здесь и не было.

— Полиция! Мисс Харт, покажите ваши руки! — услышала Джессика мужской голос. — Только не вставайте! В противном случае мы вынуждены будем стрелять!

— Вы уже выстрелили, — с облегчением выдохнула Джессика. — Спасибо вам, — прошептала она, держа перед собой вытянутые руки.

На поляну выступили несколько полицейских с пистолетами в руках, направленными на Джессику.

— Мисс Харт, вы арестованы по подозрению в убийстве вашей соседки миссис Миллер, — произнес один из них, пропустив ее слова благодарности мимо ушей, и потянулся к своему ремню. Отстегнув от него карабин с наручниками, полицейский надел их на запястья Джессики и зачитал правило Миранды: — Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть и будет использовано против вас в суде. Вы имеете право на присутствие адвоката во время допроса. Если вы не можете оплатить услуги адвоката, он будет предоставлен вам государством. Ваши права вам ясны?

Остальные двое опустили оружие, взяли Джессику под руки с двух сторон и повели через лес в сторону фермы. Поднимаясь на ноги, Джессика с удивлением обнаружила, что пуля, вылетевшая из груди Ткача, исчезла. Как пропало и тело Сьюзи. Там, где лежала мертвая, как минимум два раза, Сьюзи, теперь колыхалась на ветру старая газета с пожелтевшими страницами и большой фотографией на первой полосе. Что было изображено на ней Джессика не успела рассмотреть.

Тот коп, что надевал на нее наручники, остался на некоторое время у дерева, склонившись над газетой. Взяв ее в руки, он на миг задумался. Что Джессика Харт вообще здесь делала одна, в этой глуши на окраине Ридана? Когда он с патрульными приближался к поляне, то обратил внимание на то, что Джессика с кем-то говорила, хотя поблизости не было ни души. Сидела у старого дерева прямо на земле, а у ее ног были раскиданы вот эти детские куклы. Полицейский сосредоточенно размышлял над этим, глядя на разбросанные кругом старые игрушки. Затем уставился на фотографию, и его лицо вытянулось от удивления. Газета была очень старой, выпуск 1980 года. Но снимок вырисовывался четкий. С фотографии глядела молодая девушка, один в один Джессика Харт! Под фото имелась коротенькая статья:

«Пропала еще одна девушка. Имя Элизабет Харрис. Двадцать девять лет. Волосы каштановые, глаза синие, худощавого телосложения. Последний раз примелькалась на автобусной остановке по маршруту Хит-Лейн — Центральный Парк, Ридан. Всех, кто обладает хоть какой-то информацией по ее местонахождению, просим позвонить в местное управление полиции…»

— Не может быть! — ахнул офицер, тронув за козырек форменную фуражку. — Поразительное сходство…

Еще раз изумленно хмыкнув, он засунул газету под мышку и, пнув одну из кукол носком ботинка, зашагал вон из леса, то и дело покачивая головой.

— Когда Джесси положила трубку, я почувствовал