Сын моего мужа (СИ) - Гринвэлл Ольга

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я хочу чувствовать твои бутоны губами... — закопался лицом между пышных грудей девушки.

Не в силах терпеть, они опустились на цветастое покрывало…

…Олегу его приключение понравилось. Уже после он всё-таки заказал в номер закуски и открыл бутылку вина. Долго ещё они с любовницей разговаривали о жизни, об отношениях между мужчиной и женщиной и о том, что каждый из них ждёт друг от друга.  Время от времени мужчина посматривал на часы — ему пора было возвращаться домой, пока Ирина не хватилась его.

Заверив новую подружку, что с нетерпением будет ждать их следующей встречи, Олег поднялся с кресла.

Уже сидя в машине, с облегчением выдохнул. Ирина не пыталась звонить, а значит ещё не хватилась его. В зеркальце ещё раз оглядел себя на наличие отпечатков губной помады, пшикнул своим парфюмом. Нехорошо получится, если жена почувствует аромат незнакомых женских духов.

* * *

Едва забрезжил рассвет, Марк отвёз отца в аэропорт, а потом долго сидел в кухне, прислушиваясь к шорохам в доме. Ему казалось, он слышит скрип кровати наверху — мачеха, наверное, ворочается во сне. Послышался тихий кашель — горничная в своей комнате на нижнем этаже. Утренняя прохлада наполняла дом, дышалось легко. Марк уже давно не проводил время вот так расслабленно, никуда не торопясь. Он был или с утра до позднего вечера на работе, или с очередной подружкой в постели. Вот так, уставившись в распахнутое окно без цели, Марк давно себе не позволял посидеть.

Этот дом действовал на него умиротворяюще, может быть, потому что в нем не царило холостяцкое одиночество. Здесь было уютно и комфортно. Марк в отсутствие отца готовил дом к продаже, но, представив, что больше никогда не сможет выйти на веранду, пройтись по знакомому с детства саду, посидеть у камина, где когда-то проводил вечера с отцом за игрой в шахматы, не смог. Вместо этого вложил крупную сумму денег в ремонт, на цокольном этаже построил сауну и бассейн.

Интересно, как часто новая хозяйка пользуется ими?

Мгновение, и Марк уже пружинистой походкой направился к лестнице, ведущей вниз. Разве не мечтал он вчера искупаться в прохладной воде?

* * *

— Кэссиди, нам надо расстаться... Кэсс, дорогая, у меня слишком много работы, чтобы уделять тебе время... Кэссиди, извини, но наш роман должен закончиться... — Нет, не так, черт побери! Марк стукнул кулаком о кафельную плитку душевой кабины. — Знаешь, ты меня достала, меня тошнит от твоего вида!.. Вот это уже лучше.

После бесчисленного количества кругов в бассейне Марк стоял под струями в душе и битый час репетировал речь, которую собирался произнести сегодня. Он просто не мог представить, как пойдёт в театр-ресторан со своей подружкой. Уж лучше одному. Не пойти он тоже не мог. Одна мысль о том, что Мила и Джеймс сидят в интимном полумраке, потягивая вино и негромко разговаривая, сводила его с ума.

От мучительных размышлений спас телефонный звонок. Чертыхнувшись, Марк выключил воду и открыл стеклянную дверь. Мокрой рукой с трудом вытянул уже замолкнувший телефон из кармана брюк. Звонили из офиса. Что им ещё надо в такое время?

— Марк? — едва прозвучал обратный вызов, выкрикнул Фред, менеджер по безопасности. — У нас нападение с ограблением.

Марк застыл.

— Где, мать вашу? — крепко сжал челюсти. Последний раз такое произошло в самом начале его карьеры, да и тогда он был не один. С ним были Дэйв и Нэйтан.

— В Суррей, — выдохнул Фред.

Черт, один из самых криминальных районов  Ванкувера. Марк давно хотел усилить охрану в этом казино, но все откладывал.

— Какая там ситуация?

— Два раненных.

— Ладно, я немедленно вылетаю. Встреть меня часа через два в Харбор Уотер.

Глава 46

Я специально не торопилась просыпаться — была не готова к встрече с пасынком. При мысли о том, что мне придётся провести утро в его компании, меня почему-то охватывала странная паника.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Спустившись в гостиную, с радостью обнаружила, что в доме никого нет, а его крутая голубая тачка отсутствует. Уехал. Ну и слава богу! Хоть один день, чтобы привести в порядок мысли. Я надеялась, что снова обрету здравомыслие к тому времени, когда нам придётся встретиться в театре-ресторане.

Джеймс заехал ближе к вечеру. В окна наблюдала, как он выходит из машины и размашистой походкой идёт к дому. Такой импозантный красавчик, так сильно отличавшийся от своего друга — светловолосый, голубоглазый, на губах добродушная улыбка. Как этим двоим удалось сдружиться?

Схватив сумочку и известив дворецкого о своём уходе, я вышла навстречу мужчине. Уходящее солнце на миг ослепило меня.

— Привет.

— Ты отлично выглядишь, — Джеймс остановился у порога, протянул руку. В его глазах я читала восхищение. — Тебе к лицу светлые тона.

На мне было шелковое платье кремового цвета, на плечах легкая шаль. Кевин всегда ругал меня, что я забываю брать с собой тёплую одежду. «Мы живем в предгорье, и погода может поменяться в течении минут», — говорил он. Я смеялась над этим, пока на прошлой неделе не попала в подобную ситуацию.

Ехать пришлось недолго — в центр города. По дороге болтали о всякой всячине, обсуждали планы на следующую неделю — Джеймс пригласил меня в ресторан на башне, которая вращалась, подобно нашей Останкинской.

— Я заказал столик на четверых, — сказал Джеймс. — Мы договорились встретиться с Марком и Кэссиди без десяти шесть, я весь день звонил ему, но он не отвечает. Ты наверняка виделась с этим паршивцем?

Я улыбнулась, покачала головой.

— Нет, когда проснулась, его уже не было.

— Да? — мужчина нахмурился. — А может, знаешь, как связаться с Кэссиди?

— Послушай, Джеймс, — я повернулась к нему. — Если им надо, они придут. В конце концов мы прекрасно можем провести время и без них, ок?

Мужчина рассмеялся и, протянув руку, поправил выбившуюся из моей прически прядь.

— Ты права, Мила. Я уверен, что мы переживем их отсутствие.

* * *

Спектакль понравился, еда тоже. Мне было комфортно и весело с Джеймсом — он шутил, доводя меня до исступленного смеха. У мужчины оказалось прекрасное чувство юмора, он был галантен, обаятелен и к тому же очень красив. Исподтишка бросая взгляды на входную дверь, невольно сравнивала его с Марком. Почему каждый раз едва мои глаза встречаются с его, внизу живота начинает порхать рой бабочек, а когда Джеймс нежно держит мою руку в своей, я абсолютно равнодушна. Ненавижу этого придурка, своего пасынка — едкий, наглый, грубый, и к тому же циничный бабник. Я прекрасно видела, как он обращался с Кэссиди, и при всей своей неприязни к девушке мне было жалко ее. Связаться с таким козлом!

— О чем задумалась? — Джеймс прервал мои размышления. Я смутилась, надеясь, что в полумраке мужчина не разглядит моих порозовевших щёк.

— Думаю, как Кевин устроился, волнуюсь.

Джеймс понимающе кивнул.

— Я уверен, что у твоего мужа все в порядке. Скорей всего, он волнуется за тебя, хотя для этого у него не может быть повода. Мы отлично провели время, и, если хочешь, завтра можем поехать в горы. Ты же ещё не была там?

— Нет, не было возможности. Я ведь здесь всего месяц.

— Это дело поправимо. К возвращению Мистера Вилсона ты будешь прекрасно ориентироваться в Калгари и его окрестностях.

Джеймс отвёз меня к дому, проводил до входной двери. Он немного задержался, прощаясь, словно ожидал, что я его приглашу, но я вежливо поблагодарила и скрылась за дверью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В гостиной горел неяркий свет — горничная оставила его включённым для меня. Услышав, что я вернулась, Нэнси выглянула из столовой.

— Добрый вечер, миссис Вилсон, не желаете чай или кофе?

— Спасибо, я не откажусь от чашки чая с молоком. Будьте любезны, принесите в мою спальню.