Танцы в ночи. Магия любви - Славина Анастасия

Дело было так. После того ужасного происшествия на окраине Юзефин Стефан отправил меня домой на такси. И целый день не звонил. Он пришел ко мне поздно ночью, снова улыбчивый и милый. Я сделала вид, что все еще злюсь, и заставила его отвернуться, мол, мне пора переодеваться ко сну. Стефан послушался.

Он молчал. Я тоже. Потом Стефану надоело притворяться, что его интересует рисунок обоев, он сел на стул вполоборота и положил руку на деревянную спинку. Я расчесывала волосы. Обычные движения, но Стефан мог смотреть на это бесконечно.

– Отвернись! – строго повторила я.

– Мне нельзя видеть твою пижаму до первой брачной ночи? – Он улыбнулся одними уголками губ.

– По крайней мере, до Невестиной ночи, – ответила я, довольная, что он не сразу исполнил мою просьбу.

– Что за Невестина ночь? – поинтересовался он.

– Один древний старопрудовский обряд. Самый простой путь, как помолвиться, но без последствий, – ответила я, любуясь его красивой гибкой, как у пантеры, спиной.

– Последствий? – с любопытством переспросил Стефан.

Я собрала волосы заколкой.

– Это значит, что потом нам не нужно идти в ЗАГС. Это как помолвка на один день. Или неделю. Или месяц. Она действует до тех пор, пока ты остаешься в Старых Прудах, – как можно безмятежнее произнесла я.

– А если я хочу… с последствиями? – чуть приглушенно спросил он.

У меня пол качнулся под ногами. Я никогда не знала, что происходило у Стефана на уме, с ним не срабатывал ни один прием, который безотказно действовал на моих предыдущих парней. Я даже с трудом удерживала его взгляд. Все, что мне оставалось делать, это мечтать, что моя сумасшедшая любовь действительно взаимна. А теперь он говорил о последствиях…

– Тогда тебе придется сделать мне предложение, – произнесла я так тихо, что сама не расслышала своих слов, но Стефан понял меня.

Он встал со стула и сделал шаг ко мне.

Я больше ничего не видела, кроме его взгляда, в котором было столько любви, огня и… отчаяния? Откуда отчаяние? Но эта мысль вспыхнула только на мгновение, потому что Стефан сделал еще один шаг, стал на колено и взял мою руку. Я едва не рухнула на колени вместе с ним.

И в эту секунду раздался стук в дверь. Мы еще несколько секунд смотрели друг на друга, не понимая, где находимся и что происходит, а потом прозвучал обеспокоенный голос Симы.

Стефан прижал мою ладонь к своим губам.

– У нас еще будет время, любимая, – прошептал он и отступил, а я пошла отвлекать Симу.

Не помню, о чем мы с ней говорили. Я ничего не хочу помнить, кроме каждого мгновения рядом со Стефаном. Я люблю его. Господи, как же я люблю его!

Он не ушел! Я так хотела этого, что по-другому, кажется, и быть не могло.

Мы долго-долго разговаривали о Невестиной ночи, и Стефан предложил провести наш собственный обряд, прямо в этом доме, в моей спальне, со свечами вместо костра. Стефан был взволнован, я тоже. Он сказал, что эта Невестина ночь станет особенной для нас обоих, потому что после обряда между нами не останется тайн. Я уснула у него на плече, измученная переживаниями, но счастливая.

Утром я проснулась одна. Все было как обычно, только немного болела голова, и на ключице я обнаружила розовые пятна – как следы от ожогов. Это что, какой-то особый вид аллергии?! Я чувствовала себя разбитой, но все равно нашла время, чтобы заказать в Москве платье для Невестиной ночи)

Вечером пришел Стефан. Мои пятна его жутко обеспокоили, он не находил себе места. Это было очень мило – и очень непривычно, потому что, по правде говоря, Стефан крайне редко теряет самообладание.

Двое суток без Стефана. Мне тревожно, хотя повода нет: просто у него много работы. Я скучаю. Его голос по телефону нежный и ласковый, но такой далекий…

Пять суток без Стефана. Как же я бестолково провожу время! Смотрю фильмы – все подряд, перечитываю любимые книги и не нахожу в них той прелести, которая пленила меня когда-то. Пыталась научиться готовить, но у меня и во времена вдохновения не очень-то получалось.

Сима не выходит из своей спальни, а Марк – из своей. Раньше я и не замечала, какая у нас в доме похоронная обстановка.

Ужасный, ужасный день…

Сутки от Стефана не было даже звонка, и я – снова – поехала к нему. Долго сомневалась (все еще были свежи воспоминания о моей прежней поездке), но решилась. На этот раз светило солнце, утро выдалось теплое и прозрачное. Всю дорогу до Юзефин у меня от волнения сводило живот – отвратительное чувство, которое, как я думала, исчезает вместе с детством. Но – нет, не исчезает.

Меня ожидало разочарование. Дом Стефана оказался заперт. Даже не заперт – закупорен: были закрыты все ставни. Этот коттедж, который когда-то показался мне красивым, теперь вызывал отчетливое чувство тревоги. Запертый дом – это плохой знак. Неужели Стефан уехал? Не попрощавшись? Я отбросила эти мысли.

Я уже попросила водителя отвезти меня в Огневку, когда внезапно появился Стефан. Он возник словно из ниоткуда и так сильно ударил ладонями по стеклу, возле которого я сидела, что послышался треск. У меня душа ушла в пятки: Стефан вел себя как сумасшедший – и выглядел так же. Заостренные черты лица, дрожащие губы, злые воспаленные глаза. Вдобавок ко всему, несмотря на жару, на нем был какой-то длинный серый плащ с капюшоном. Все это представляло собой жуткое зрелище, особенно жуткое оттого, что это происходило с моим Стефаном, самым дорогим мне человеком.

Он не говорил – кричал, требовал: чтобы я ни за что, ни под каким предлогом не пыталась его отыскать до Невестиной ночи. Ему нужно время. Ему нужно решить проблему. «Прошу тебя», – закончил он и скомандовал водителю отвезти меня в Старые Пруды. Водитель с такой силой надавил на педаль газа, что в салоне еще долго стоял запах горелой резины.

Как только мы тронулись с места, я обернулась, но Стефана уже не было. Он исчез так же неправдоподобно быстро, как и появился. Если бы не побелевшее от страха лицо таксиста, я бы подумала, что все это мне привиделось.

До самой Дачи я пыталась, но так и не смогла, унять дрожь. Я не представляла, что происходило со Стефаном, и эта неопределенность сводила с ума.

Сейчас два часа ночи, я пишу, сидя перед зеркалом, и вижу в отражении растерянную, испуганную девушку. Ужасное зрелище: девушка, которая стала сомневаться в себе.

Если дело не во мне, не в наших чувствах, если со Стефаном и вправду что-то происходит, мы пройдем через это вместе. Мне важно, чтобы он рассказал об этом – что бы то ни было. Я готова услышать самое страшное. Самое. И тогда мы разберемся с этим и решим, что делать дальше. Я приму его любого. Даже с руками, запачканными кровью.

Но если он больше не любит меня, если он просто тянет время, выжидает подходящего момента… Нет, этого не может быть. Не верю.

Стефан не звонит.

Не звонит!

Стоило подумать о том, что его чувства ко мне изменились, как я уже не могу избавиться от этой мысли. Меня никто никогда не бросал, но дело даже не в этом. Жизнь без Стефана представляется мне чем-то наподобие смерти. Когда все надежды, мечты, вера в любимого человека, безоговорочная вера в его слова и прикосновения – все исчезает. Нет, это хуже смерти. Смерть – это хотя бы покой.

Неужели теперь я оказалась тем человеком, от которого хотят избавиться?

Что за признание я получу в Невестину ночь? Что он объяснит? Причину, по которой мы не можем быть вместе?

Пытаюсь вытеснить эти мысли самыми теплыми воспоминаниями, но другое воспоминание – о девушке в его доме – ярче и потому кажется правдивей. Зачем Стефан впустил меня в дом? Зачем показал ее? Чтобы подготовить меня к разрыву?

Не хочу думать об этом. Не хочу! Но книги, фильмы и прогулки уже не помогают, а разговаривать с кем-либо я не в состоянии. Целыми днями лежу на кровати, думая об одном и том же. Быстрей бы Невестина ночь.