Жена Уорвика - Розалинда Лейкер

– В последний раз я уезжаю так надолго, – сказал Дэниэл, надевая пальто. – В дальнейшем надо соглашаться только на один показательный бой и исключить все туры. Ты знаешь адрес каждого места, где мы с Джимом планируем остановиться. Сразу же информируй нас, если что-нибудь произойдет.

– Тебе не о чем беспокоиться, – с беспечной самоуверенностью ответил Гарри. – Покажи этим городским жителям, как боксирует будущий чемпион, и привези домой много золота. Оно нам сейчас не помешает.

Дэниэл мрачно улыбнулся.

– Привезу. Надеюсь, я смогу раззадорить аппетиты зрителей настолько, чтобы они следовали за мной все турне, поддерживая в каждом последующем бое, – произнес он и обернулся к своему тренеру. – Готов?

– Да, парень, – ответил Джим с обычной дружелюбной улыбкой.

Он направился к ожидающему их экипажу, хотя, честно говоря, предпочел бы остаться дома в своем уютном кресле, вместо того чтобы ехать куда-то по этой морозной погоде, от которой у него ныли суставы. Он никогда даже не представлял себе, что ему так понравится Истхэмптон, и гадал, сможет ли он когда-нибудь осесть тут навсегда и оставить эту кочевую жизнь, которую он вел со дня смерти жены уже много лет. Он по-прежнему с энтузиазмом относился к карьере Дэниэла, с былым воодушевлением поддерживал его, но внутренне с большим облегчением воспринял порыв Гарри стать личным менеджером брата. Самому Джиму гораздо лучше удавалось решать споры на кулаках, нежели словесно. Он плотнее обмотал толстый шарф вокруг шеи, засунул руки поглубже в карманы и глубоко вдохнул морозный морской воздух. Ладно, три недели не такой уж долгий срок, и он с удовольствием посмотрит на молниеносные четкие удары Дэниэла.

Гарри не стал провожать их и уехал по своим делам, зато из окна верхнего этажа за ними наблюдали по-кошачьи прищуренные хитрые глазки Анни. Она радостно показала язык отъезжающему экипажу. За три недели она обретет полную власть над этой бледной девочкой Жасси, привяжет ее к себе если не навсегда, то на время своей работы в доме Уорвиков. В Гарри, который постоянно отлучался по каким-то своим делам втайне от чернобрового брата, она не видела препятствий к достижению поставленных ею целей.

В другом конце комнаты Жасси, писавшая что-то за письменным столом, повернулась на стуле.

– Ну что, уехали? – живо спросила она.

– Да, мисс, уехали.

– Тем лучше, – откровенно выдохнула Жасси, даже не предполагая, что озвучивала мысли Анни.

Этим вечером Гарри отсутствовал дома, и Анни уговорила Жасси пойти к ее друзьям на вечеринку. Жасси, затрепетав от волнения и восторга, одолжила служанке одно из лучших своих платьев. Они отправились в домик рыбака, стоящий на самом краю берега. Когда Анни открыла дверь и они зашли внутрь, Жасси с трудом удержалась, чтобы не сморщить нос от отвратительного запаха рыбы, пота, несвежей еды, табачного дыма и эля. Привыкнув к свету после уличной темноты, она забыла обо всем, увидев перед собой гостеприимную компанию из парней и девушек, сидящих за длинным дубовым столом, на котором стояли кувшины с элем и кружки. Приятная пожилая женщина вязала носок около огня.

– Хорошего вечера всем, – громко произнесла Анни. – Я привела с собой юную леди, у которой работаю. Мисс Жасси Уорвик.

Все поприветствовали девушку. Никто из молодых людей не поднялся со своего места, только один парень подвинулся на длинной скамье и освободил место для Жасси. Анни же села на стул в другом конце стола далеко от подруги. В компании все говорили громко, часто отпускали непристойности, но к Жасси все отнеслись дружелюбно и сразу же достали для нее из буфета чистую пивную кружку.

– А вот это правильно! – закричала Анни с другого конца стола. – Наполните-ка кружку мисс Жасси до краев.

Девушка запротестовала, не заметив, как Анни подмигнула парню, наливавшему эль из кувшина. Эль не нравился Жасси, только она не хотела показаться неблагодарной и сделала несколько больших глотков под общий ободряющий гам. Странная горьковатая жидкость, напоминающая отвратительное лекарство, обожгла ей горло. Спустя короткое время Жасси вдруг почувствовала приятную легкость, ее стеснительность исчезла, и она начала весело смеяться над их шутками. Она не могла вспомнить, чтобы когда-либо настолько себе нравилась. Девушка быстро познакомилась с сидящим рядом с ней юношей в одежде и обуви рыбака с наглыми глазами и обольстительной улыбкой. Она узнала, что его зовут Чарли Брент и живет он в рыбацкой деревне в нескольких милях от Истхэмптона. Жасси позволила его бедру тесно прижаться к ее и не убрала его руку со своей талии, не желая нарушать атмосферу дружелюбия, царившую в компании.

Когда Анни объявила, что пора уходить, Жасси испытала разочарование, что вечер так быстро закончился. Однако настроение девушки снова поднялось, когда Чарли неожиданно пошел провожать их.

– Я покажу вам дорогу в темноте, – объявил он, снимая с крючка свою шапку.

Когда за ними закрылась дверь, в комнате раздался взрыв хохота, но Жасси не успела задуматься об этом. От свежего ночного воздуха у нее закружилась голова, и она бы упала, если бы Чарли не подхватил ее. Но Анни что-то яростно прошептала ему, сама обняла Жасси и повела подругу к дому, позволив Чарли просто идти рядом.

В своей спальне Жасси сбросила одежду на пол и, ничего не убрав, улеглась в постель. Голова ее по-прежнему немного кружилась, но неудобства не доставляла, и девушка заснула с надеждой снова увидеть Чарли. Ее не волновало, что он простой рыбак, возможно, не умеет даже читать и писать.

Вечер за вечером проводила Жасси в компании своих новых друзей, пока Дэниэл отсутствовал. Желая преодолеть свою стеснительность, она всегда пила эль и уже не находила его невкусным, хотя вскоре поняла, что в эль ей тайком добавляли бренди, и именно этим объяснялось его магическое действие на нее. Вскоре помимо эля на столе стали появляться другие напитки, при виде которых Дэниэл пришел бы в страшное негодование. Однажды вечером Анни, снова одетая в голубое платье Жасси, которое уже по праву считала своим, выдвинула требование:

– А не пришло ли время и тебе что-нибудь поставить на стол? – предложила она.

Сбитая с толку, Жасси вначале не поняла вопроса.

– Что ты имеешь в виду?

– Нельзя постоянно пить чужое спиртное, пора внести и свою долю, как вы думаете?

Жасси испуганно прижала ладони к щекам.

– Ну конечно. Какая же я глупая. Завтра я дам тебе денег, и ты купишь эля…

– А не лучше ли взять бутылку из подвала? Хозяин ведь не заметит отсутствия одной бутылки, правда?

Тут Жасси проявила твердость:

– Я предпочитаю купить на свои деньги…