Последний из Асов - Кирилл Цойге-Петров

Флор определённо сейчас чувствует все наши взгляды на нём, и ему неловко и стыдно от того, что эти укоряющие взгляды справедливы.

— Ну что ж, смотрите на меня- давайте, осуждайте, думайте о том, какая ж он сволочь. И вы правы, все правы. Но мы все так живём….жили по крайней мере, заранее каждый понимал, что если не займёт своё место под Солнцем, если не успеет, то будет безжалостно растоптан, никого никогда не щадил никто, да и слово такое- пощада или…..жалость даже особо никто не употреблял! Я вырос на этом, на….на других словах, таких как выгода, деньги, власть, богатство. И только сегодня я, как….как заново родился. Это из-за тебя, Васудева, я не видел раньше таких людей, как ты — говорит Флор.

Закончив свою речь, Флор посмотрел на меня. По его щеке потекла слеза. Трудно конечно переосмысливать свою жизнь, делать иной выбор, менять свои взгляды, учитывая что до этого момента и с самого рождения ты руководствовался совсем иными принципами.

— Знаешь, Флор, я, конечно, тебе благодарен, если б не ты, то меня бы уже расщепили на молекулы. Если б ты не умел управлять звездолётом, ха — ха, если бы сдал нас Сторму, то всем нам пришёл бы каюк однозначно, но я не могу сказать, что доверяю тебе на сто процентов, даже пятидесяти процентов не могу дать на доверие к тебе, просто потому что если бы ты, изначально, не попался бы нам в плен, то вряд ли бы мы оказались здесь — говорит Майк.

— Да, я понимаю. Я бы вообще не доверял на твоём месте — говорит, вытирая слёзы, улыбающийся Флор.

— Ну что? Освоимся? — спрашиваю я у всех.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает Майк.

— Ну, мы всё ещё на пляже возле океана. Здесь, конечно, классно, но может исследуем это место более подробно, пройдем в глубь этих джунглей, может лагерь разобьём там где-нибудь — говорю я.

— Лагерь? А зачем? И тут неплохо. Поспать можно прямо в звездолёте. Да и океан рядом. Вон смотри, Сорок пятый никуда уходить не собирается — говорит Майк, показывая пальцем на всё ещё прыгающего и бегающего по пляжу Сорок пятого.

— Вот, пускай он останется и проследит за нашим пока что единственным домом….это я про звездолёт, если что — говорю я.

— На Сорок пятого оставить звездолёт? Сомнительная затея — говорит Майк.

— Сорок пятый, дружище, здоровяк! Пойди сюда, пожалуйста! — зову я Сорок пятого.

Сорок пятый вприпрыжку, опять же, как маленький ребёнок, подбегает к нам.

— Да, что такое? — спрашивает Сорок пятый.

Я по-дружески кладу руку на плечо Сорок пятого и подхожу вместе с ним к звездолёту.

— Дружище, видишь звездолёт? — спрашиваю я.

— Вижу — отвечает Сорок пятый.

— Мы на нём прилетели, помнишь? — спрашиваю я снова у Сорок пятого.

— Помню — отвечает Сорок пятый.

— И нам, в случае чего….ну, если мы вдруг захотим улететь куда-нибудь, этот звездолёт очень сильно понадобится. Он будет нужен нам в рабочем состоянии, понимаешь? — спрашиваю я.

— Понимаю — говорит Сорок пятый.

— Поэтому оставайся тут, бегай по берегу, если хочешь, но главное следи за звездолётом и там внутри него, ничего не трогай, хорошо? — спрашиваю я.

— Хорошо — отвечает, хлопая глазами, Сорок пятый.

— Парни! Кто-нибудь ещё останьтесь тут, пожалуйста! — прошу я кого-нибудь ещё остаться на всякий случай.

— Да, хорошо — откликнулось несколько ребят.

— Вот это правильно! А то после «мочи охрану» на Х-135 как- то боязно его одного оставлять, да к тому же со звездолётом — говорит Майк.

— «Мочи охрану» случилось потому, что мы ему так сказали. Он очень старается помочь своим друзьям, вот и всё. При этом, к сожалению, воспринимает все происходящее очень уж буквально, а значит звездолёт он будет охранять в прямом смысле слова, но на всякий случай, пусть с ним побудут ещё ребята — говорю я.

— Понятно. Ну что идём исследовать наш новый дом…я надеюсь — говорит Майк.

— Конечно! Идёмте, парни! — говорю я.

Мы заходим в этот тропический лес. Мы — это я, Энн, Майк, Отар и Флор. Через непродолжительное время нас со всех сторон обступили деревья-великаны, стволы которых и ветви были обвиты лианами какого-то изумрудного цвета, все очень удивились, кроме меня, так любившего в детстве гулять по джунглям Асии. Когда мы были на пляже, солнечный свет падал на наши лица, буквально «прилипал» к нам, а теперь, в самой гуще леса темнота окутала нас со всех сторон, день сменился ночью, но….с редкими проблесками света сквозь ветки и листья огромных деревьев. Такие же деревья были в Асии, один в один. Тут всё один в один, как в моём далёком детстве. Впервые в жизни я не скучаю по Асии, по детству. Я не знаю почему, но чувствую себя, как дома, как на Родине.

— Ай, блин! Споткнулся о какую- то корягу! — говорит Майк.

— Хорошо, что не об змею — говорит Отар.

— Да, в таких лесах ядовитые змеи могут водиться, наверное — говорит Майк.

— Ядовитые- это ладно, есть ещё такие здоровые, которые могут тебя скрутить, переломать все кости и сожрать — добаляет Отар.

— Что, прям, как песчаные черви в Зорге? — спрашивает слегка испугавшийся Майк.

— Хуже! Аха-ха! — отвечает злорадно Отар.

Мы продолжаем идти в этом густом сумраке почти на ощупь. Вдруг прохладная женская рука прикасается к моей руке. Разумеется, это Энн.

— Знаешь, а тут романтично. Темно, но не мрачно, как во время вечернего свидания — говорит Энн.

— Я не знаю, у меня не было вечерних свиданий — говорю я.

— Серьёзно? Это надо исправить — говорит Энн.

— О, вот и место под Солнцем — говорит Флор, заметив освещённое место в этих джунглях.

— Да, лишь бы не было борьбы за него, а то ведь я выиграю, ха- ха — говорит Отар.

— Ты всегда такой злой? — спрашивает Отара Энн.

— Ну, нерегулярно, с вами ребята мне стало как- то веселее — отвечает Отар.

— Ага, даже чувство юмора появилось, только все равно какое-то злое — замечаю я.

— Ну что поделать? Злоба всегда была со мной, помогала выжить, гнев всегда был моим лучшим другом, всегда спасал меня, оберегал даже. Но….недавно всё это дало сбой, после нашего с тобой боя — говорит Отар, обращаясь о мне.

— Почему, как думаешь? — спрашиваю я.

— Нууу….- начинает отвечать Отар.

— Потому что ты добрый сияющий Ас, а он злобный, темный, лысый и…..все прочие эпитеты зла — говорит, стебаясь и перебивая Отара, Майк.

— Ты меня перебил — говорит