Последний из Асов - Кирилл Цойге-Петров

— Как мёртвый — говорит Двухсотый, также трогая Отара только за вторую руку.

— Не говори так, он просто спит, видишь, дышит, нормально всё — говорю я.

— Ага — подтверждает Двухсотый.

— Ну, раз снотворного у Энн нет, Разрушитель спит, вырубаю значит я — говорю я с улыбкой.

— Ага — снова соглашается Двухсотый.

— Что ага? Говори, где у тебя чешется? — спрашиваю я.

— Здесь, в плече — говорит дрожащим голосом Двухсотый и кладёт руку на правое плечо.

— Буду знать, Двухсотый — говорю я.

— Майк — вдруг говорит Двухсотый.

— Что, прости? — спрашиваю я.

— Майк. Наконец я узнал твоё имя — говорю я с искренней улыбкой.

— Давай, великий Ас, удивляй нас всех дальше, бей. Только это….разбудить не забудь — говорит, заранее закрыв глаза, Майк-Двухсотый.

— Ты и сам проснёшься, дружище, — говорю я и наношу удар справа.

Двухсотый падает, как подрубленный.

— Так, парни, Сорок пятый, все остальные, давайте быстрее со всем этим закончим — говорю я.

Я вырубаю Сорок пятого, вырубаю остальных. Отправив в спячку последнего, я останавливаю взгляд на Энн.

— Что? Меня тоже вырубишь, дорогой? Женщин бить нельзя, тебя не учили? — спрашивает с ухмылкой Энн.

— Нет — отвечаю я.

— Нет, в смысле- не учили? — спрашивает Энн.

— Ахах, нет, в смысле я….не буду тебя трогать — говорю я.

После слова «трогать» Энн смотрит на меня несколько озадаченно.

— В смысле бить — поясняю я неловко.

— Это хорошо — говорит Энн.

— Но, то что я сейчас буду делать, будет так же неприятно — говорю я.

— Ты про то, что будешь вырезать из них по кусочку кожи, чтобы достать эти шарики, в результате чего тут весь пол, скорее всего, будет закапан кровью? Да ерунда! — говорит с сарказмом Энн.

— Ну, преступим. Раз Отар был первый, то и начнем с него — говорю я.

Я подношу напильник к руке спящего Отара и начинаю «операцию». Энн и Флор очень удивляются тому, что Отар даже не дёргается во сне, лежит и правда, как под наркозом. Энн, всё- таки смелая. Она повидала многое за последнее время, навлекла огромную кучу проблем на себя из-за меня и, тем не менее, всё ещё со мной?! Ну….в смысле помогает мне. Может, это не смелость, а…..нечто иное? Хочется так думать.

— Беее, ой, фу — Флора стошнило прямо на пол.

— Дорогой, побыстрее давай заканчивай все эти дела, потому что двойную вонь я не вытерплю и сама упаду в обморок вез всяких твоих ударов — говорит Энн, прикрыв нос.

— Подожди Энн, мне нужно ещё по паре минут на каждого — говорю я.

— Почему? — спрашивает Энн.

— Вот что я имею в виду — говорю я, положив руку на рану Отара.

— Смотри, она заживает! — говорит ошарашенный Флор.

— Почему ты также не сделал, когда твой друг- этот, Двухсотый, или как его… — говорит Энн.

— Майк — говорю я.

— Да, Майк, почему ты не лечил его после неудачного боя? — спрашивает Энн.

— То была сильная внутренняя травма, понимаешь? А это внешняя и….поменьше — поясняю я.

— Ни хрена себе, поменьше- кожу разрезать — справедливо замечает Флор.

— Она страшнее на вид, но поменьше, поверь. Я сейчас произвожу, как бы, эффект зашивания, при том не быстрый. Как видишь, даже с внешним воздействием, эффект заживления тут пару минут, а моя собственная регенерация без внешнего влияния занимает несколько секунд — поясняю я.

Глава 64

Я разрезаю кожу последнего, кого я вырубил, достаю шарик, бросаю на пол и давлю ногой. Если показать кому- то не сведущему в том, что здесь только что произошло, всё это помещение, где мы находимся, то в голову пришла бы мысль, что тут была перестрелка или точнее односторонний расстрел, так как валяются зэки с окровавленными ранами, почти все сбитые в кучу.

— Так, теперь надо залечить — говорю я и прислоняю руки к шее крайнего парня.

— Откуда все эти способности? — спрашивает у меня Энн.

— Какие способности? — спрашиваю я, делаю вид, что не понимаю о чём вопрос.

— Ну ты ж понимаешь о чём я, не язви- я тебя прошу — говорит, слегка улыбаясь, Энн.

— В Асии это было обычным делом. Когда живёшь в гармонии с природой, то….возможно всё. Мы, конечно же не летали по небесам, по облакам, ха-ха, хотя….бывали и такие Асы, но мало кто любил показывать всё это, особенно в других мирах. Это считалось дурным тоном — рассказываю я.

— Мне до сих пор не верится, что ты один из них, ну….то есть из Асов. Мне с детства говорили о вас только плохое — говорит Энн.

— Это объяснимо. Вся история была переписана, а точнее….просто написана так как надо тем, кто возглавил систему после Асов — говорю я.

— Интересно кто же это? — недоверчиво к моим словам спрашивает Флор.

— Чувствую- ты не веришь мне. Тебя самого обманули, начальник. Скажи, все ли решения в тюрьме ты принимаешь самостоятельно? — спрашиваю я Флора.

— Нуууу…. — затушевался Флор.

— То- то же. Не сам — говорю я.

— Так к чему ты клонишь? — спрашивает Флор.

— К тому, что в системе есть группа заинтересованных лиц на какой- то из планет. Раньше их центр был всем известен. Но сейчас они себя не выдают. Может даже они здесь находятся, может в соседнем Зорге, может ещё где. Я не знаю. Знаю лишь то, что они паразиты, они высасывают все ресурсы из планет, оставляя таким рабам, как мы и как ты лишь крохи, ну….чтобы мы на что- то ещё были годны. С мёртвого раба то толку нет, а с живого, пускай и с голодного, толк есть — говорю я.

— Но, погоди, я живу хорошо, у меня свой коттедж здесь на Х-135 — говорит Флор.

— Ага, и что ты сделал, чтобы добиться жизни в этом коттедже? Наверняка тебе пришлось ходить по головам, чтобы избавиться от конкуренции, лизать задницу, чтобы добиться высокого расположения. Так ведь Флор? — спрашиваю я.

— Ну что, что ты хочешь сказать?! — говорит раздражённо Флор, не ответив на мой вопрос, будто бы в своём раздражении уже подтвердив мои утверждения.

— Я хочу сказать, что есть те, кто создали эти условия для всех нас, условия, где хороший, честный человек не сможет нормально жить, а тот, кто становится на путь тьмы, непременно добьётся успеха. Многие настолько уже к этому привыкли, что не замечают своих действий во тьме — говорю я.

— А в Асии этого не было? — спрашивает Энн.

— Откуда оно