Разоблачая наследницу (ЛП) - Дженнифер Аподака

Они направились вперёд по заднему коридору, вслед за ними плелись два охранника «Джинкс», так, чтобы Алисса находилась в центре. Благодарная, она позволила им вести её, в то же время защищая. Они прошли через душную кухню, пылающую энергией, звуками готовки и болтовнёй, и остановились у тяжёлой двери.

— Стой здесь, — Хант вышел за дверь, как она полагала, чтобы проверить аллею, затем через минуту заглянул обратно внутрь. — Идём.

Двое парней вышли за ними на широкий переулок. Было совершенно темно, но настенные фонари дарили островки освещения. Джип Ханта стоял меньше чем в дюжине футов, а на месте водителя сидел Купер.

Ей хотелось поехать домой и спрятаться в своей кровати или, ещё лучше, вернуться в Соному и остаться там. Она серьёзно говорила, что будет в порядке, но сегодня ей нужно было просто...

Её ошеломил громкий рёв. Переулок заполнился светом, приближающимся прямо к ним.

— Иди.

Хант толкнул её в сторону машины.

Каблук Алиссы застрял в неровном асфальте. Она споткнулась, размахивая руками, пытаясь удержаться от падения. Ощущение головокружения из-за того, что рядом не было ничего, чтобы помочь ей устоять, лишило её баланса. Она начала падать. Рёв нарастал. Свет становился ярче.

Руки Ханта сжались вокруг её талии, ловя девушку, прежде чем она рухнула на землю. Алисса резко повернула голову направо.

— Ох.

На них надвигались две фары. Не машина, а два мотоцикла.

— Чёрт. «RevealPop», — произнёс один из охранников.

Они приближались, записывая происходящее на встроенные в шлемы камеры. Они были известны своей ловкой ездой во время съёмок, такой быстрой и проворной, что собирали свой метраж и исчезали раньше, чем кто-либо мог их остановить.

Хант оторвал Алиссу от земли, развернул её и толкнул в сторону двери. Она споткнулась, ударившись коленом, а затем плечом о стену, прежде чем её поймал другой охранник.

— Полегче.

В её колене разразилась боль, и плечо заныло.

— Я в порядке.

Туфли делали её неуклюжей. Она оперлась спиной на стену и сорвала свои «Лабутены» за тысячу долларов.

Купер вылетел из машины и помчался за фотографом на третьем мотоцикле, который остановился, чтобы сделать снимки. Когда Куп подобрался ближе, байк с рёвом умчался.

«RevealPop» отработали это до науки.

— Заходи внутрь, Лисси, — прорычал Хант. — Сейчас же.

Ей действительно следовало слушать Ханта. Все знали, что журналисты на мотоциклах делают как минимум два заезда.

— Ты пойдёшь со мной.

Его спина напряглась под футболкой и кобурой на плече, ноги были расставлены, а руки свободно висели по бокам.

Ни один палец не дёрнулся.

— Внутрь, сейчас же.

Он не оглянулся, просто отдал приказ, как когда они были на скалах. Она знала этот автоматизм, но в обычном случае он сам бы проводил её внутрь, а не ждал снаружи. Что-то было не так. Всё её тело пришло в состояние тревоги.

Режим снайпера.

— Мисс Брукс...

Один из двух других охранников потянул её за руку к открытой двери.

Она машинально сделала шаг, но в ту секунду, как её ступня коснулась земли, в правом колене разжёгся огонь боли. Она вскрикнула, перемещая вес на другую ногу.

Хант развернулся.

Даже в туманном освещении Алисса видела ледяную ярость в его глазах. Его взгляд опустился на её колено, затем переместился на мужчину, который держал её за руку, и вернулся обратно к её лицу. Под его пиджаком на её руках появилась гусиная кожа, а тело дёрнулось от ярости в нём.

Он сделал шаг, потянувшись к ней, но сомневаясь, затащить ли её на кухню.

Алисса поёжилась, отстранившись, сжав зубы.

— Подожди.

Её колено, чёрт возьми. Когда Девушка попыталась переместить на него вес, оно содрогнулось. Прислонившись к стене, она подняла руку. Ей нужна была минута.

Три мотоциклиста с рёвом вернулись на аллею.

Купер заскочил обратно в простаивающий джип, завёл двигатель и развернул машину так, чтобы загородить Алиссу, заставляя байкеров свернуть в сторону. В ту же секунду Хант вскочил перед ней, толкая её тело своим к стене. Он не причинил ей боль, просто прижал её, прикрывая. Как только звук мотоциклов исчез, она толкнула его.

— Подвинься.

У неё болело колено, плечо ныло, и её чертовски тошнило от всего этого вечера.

Хант отступил назад, потянувшись, чтобы помочь ей встать ровно, но Алисса его проигнорировала. В какой-то момент она уронила свои туфли, но на это было плевать. Она похромала обратно к джипу, замершему в трёх шагах, открыла рывком дверь и залезла внутрь, осторожничая со своим глупым коленом.

Хант пошёл за ней, с лёгкостью взял её на руки и устроил на другом сидении. Другой парень захлопнул дверь и похлопал по машине, давая универсальный сигнал о том, что всё чисто и можно ехать. Хант потянулся мимо неё, схватил ремень безопасности и пристегнул девушку. Куп помчался прочь с аллеи.

— Куда? Домой к Алиссе, или ей нужен доктор? Ты довольно сильно толкнул её в ту стену.

Включился тусклый свет, заполняя машину. Хант коснулся её колена.

— Чёрт. В больницу. У неё идёт кровь, и нога опухает.

Алисса наклонилась вперёд.

— Всё не так плохо. Это всего лишь царапина. Я не поеду в больницу, — они реагировали слишком остро. Она подняла взгляд на Ханта. — Это не ты виноват. Мои глупые туфли. Я споткнулась, а ты утащил меня с пути того мотоцикла. — Боже, она не будет его обвинять. — Ты меня спас.

— Я толкнул тебя в чёртову стену.

Он потянулся под сидение, вытаскивая аптечку.

Ох, он этого не сделает, не сейчас.

— Я споткнулась и врезалась в чёртову стену. Ты меня не толкал, — она наклонилась вперёд, пока их лица не оказались совсем рядом. — Не принимай меня за Рэйчел. Я тебя не боюсь.

***

— Ты съёжилась.

«Чёрт. Заткнись». У неё был достаточно плохой вечер, ему не стоило вываливать на неё своё дерьмо. Если она не хотела, чтобы он прикасался к ней, он не будет, кроме как для защиты и для того, чтобы остановить кровотечение на её колене. Он рывком открыл стерильные салфетки и осторожно промокнул рану.

Всё было не слишком плохо, вероятно, швы не понадобятся, но колено немного опухло, покраснело и казалось немного тёплым под его прикосновением. Лисси определённо его расшибла. Они определённо поедут в больницу и проверят её рану. Адреналин был мощным наркотиком и мог на короткий срок замаскировать серьёзную боль.

На его щёки легли холодные ладони, и Алисса притянула его лицо к своему.

— Я не испугала, мне было больно, и я злилась, а теперь расстроена. Эта фотография... — в её глазах появились слёзы. — Это были мои моменты с Эли. Мои. Это всё, что я успела, прежде чем он стал чьим-то другим ребёнком, — слёзы потекли по её лицу. — А теперь они говорят, что это я его преследую. Это слишком.