Частное расследование - Фридрих Незнанский

— Что ж вы молчите, Боря? Я же спросила вас, служба как?

— Я не служу, милейшая. Я — бомж. Мне тридцать восемь лет, и вы меня не видели ни разу. Я старший Борин брат, с которым вы, по-видимому, хорошо знакомы. Я — Чудных Виталий Валерьевич. У Грамова я тоже потрудился, было дело под Полтавой. Потом запил, к сожалению, скатился до низов. И Борька меня проклял. Наверно, и забыл уже. А я вот выполз, взял себя в ручонки-то и выполз. Теперь хожу квартиры граблю. И если ты, паскуда, вякнешь еще чего-нибудь, то на себя пеняй, коза-

Турецкий повернулся к ней спиной и пошел независимой походкой вниз по лестнице.

То, что эта Алина Суханова кагебешная «подстава», Турецкий уже не сомневался.

И то, что он был его опознан, тоже учло мгновенно его сознание.

Если разобраться, то он, пожалуй, выиграл. Они теперь узнали, что его интересует квартира Грамова, так хрен с ними — он ведь «наследник» неу давшийся. Они узнали, но не много.

А он теперь узнал Алину Суханову Еще одно лицо. Лицо врага. Она, конечно, дура, что раскрылась.

Приблизительно то же самое думала в это время и Алина Альбертовна Суханова, провожая взглядом спускавшегося по лестнице Турецкого. Она корила себя за болтливость.

И еще Алина Альбертовна уже сомневалась в том, точно ли этот тип Турецкий? Похож безумно, да! Но тот, что был на пленке, в видеоотчетах их группы, которые Алина смотрела, тот был супермен, галантный супермен Как он обхаживал Марину, грамовскую дочку Ребенка на руках носил! Решительный, заботливый и смелый! Высокий, представительный? Конечно! Как раз из тех, которые заходят в туалет в чужой квартире и обязательно спускают воду до и после. А после туалета моют руки и чистят зубы, брюки и ботинки. Турецкий был героем без упрека.

А этот немного сгорбленный, скукоженный какой-то. Сначала лепетал, потом хамить стал от бессильной злобы. Типичный Хам трамвайный. Возможно, он и в самом деле бывший бомж и приходил квартиру посмотреть, а ежели удастся, то и подломить, как знать?

Нет надо обязательно проверить, имеет ли брата Борис Чудных?

Вот Александр Борисович, час спустя доложил Турецкому Сережа. Как вы и предполагали, «обгоревшие костные останки». И более ничего.

Ну значит эксгумация теперь. Все так, и все идет по плану, не дрейфь, Серега!

Да мне бы лучше, чем с трупами-то… Уж на что вы ненавижу, но лучше уж копаться в документах.

Ну, это мы всегда пожалуйста! Есть один человек, твой тезка Сергей Афанасьевич Навроде.

Как же, слышал!

Ну вот. Его личное дело всегда у меня под рукой, найдешь его в моем столе на работе, выписки, копия его досье в среднем ящике с правой стороны.

Так.

А в архиве поднимешь личное дело Грамова Алексея Николаевича. Так как он погиб, все его личные дела, где только они могли быть, ушли в архив. Во-первых, городской, муниципальный. А во-вторых, в архив Академии наук.

И оба дела личных сравни: не пересекались ли они по жизни — официально, — понимаешь? Могли Грамов и Навроде быть знакомы друг с другом?

— Я все сделаю, Александр Борисович, но вам лично я посоветовал бы немного отдохнуть. Вы очень плохо выглядите. Даже ростом как будто меньше стали. Вы серый весь и скукоженный какой-то. Вы отдохнули бы.

— Отдохнем, когда подохнем, — пошутил Турецкий.

— Да лучше бы при жизни. Не всем подохшим-то дают отдохнуть. Вон как вы сами за покойника-то взялись. Дело вырыть из архива и самого его — опять же вырыть.

— Да, Серега, я такой: из-под земли достану!

И снова вспомнилось:

— В убийстве этого мальчика, Коленьки, которого подушкой удушили, есть одна странная, весьма заметная деталь. Ты знаешь эту деталь, ты сам мне о ней и рассказал. Но ты прошел и не заметил, к сожалению. Нет-нет, и не проси. Подумай сам. А за неделю не скумекаешь, пришлю тебе весточку. А сначала ты недельку-то подумай, сам найди. Время пока еще терпит.

Боже мой! Загадка эта так пока и осталась неразгаданной.

11

Невельский — Кассарину

Докладываю Вам, что подготовительные работы ко второму этапу выполнения операции «Полоса отчуждения» нами завершены.

К главным особенностям предстоящего этапа операции следует отнести два момента:

1. На данном этапе мы имеем наличие двух объектов, одновременно подвергаемых воздействию «Витамина С»: Грамовой Ольги Алексеевны и ее сына Николая Юрьевича Грамова (внебрачного сына О. А. Грамовой от Ю. А. Травина). Ситуация осложняется также и тем, что Ю. А. Травин довольно часто навещает О. А. Грамову й Н. Ю. Грамова. Тем самым новая для нас ситуация (два объекта) будет регулярно осложняться присутствием третьего — Ю. А. Травина.

2. В отличие от предыдущего этапа, в процессе реализации которого нам без труда удалось освободить соседнюю квартиру, обосноваться в ней и начать работать, облучая объект сквозь кирпичную стену, в данном случае такое не представляется возможным. Квартира соседняя с интересующей нас занята хорошей знакомой О. А. Грамовой — Ковровой Антониной Степановной 1918 г. рождения, пенсионеркой, переселить которую в лучшие условия, не вызывая крупных подозрений и длительных ожесточенных пересудов в подъезде, не представляется нам возможным. Сделанная нами попытка предложить ей через РУСО льготную путевку в Сочи, Геленджик, Кисловодск или Трускавец — по выбору не удалась в силу чрезвычайной подозрительности

А. С. Ковровой, «не ждущей от власти ничего, кроме говна и подлостей», — цитата из ее заявления на телефонный звонок из СОБЕСа.

Предложение освободить одну из квартир, соседствующих по вертикали — этажом выше или этажом ниже, натолкнулось на активное возражение научного подразделения нашей группы, которое я счел вполне разумным. Дело в том, что воздействие сквозь относительно тонкий слой диэлектрика (кирпичная перегородочная стенка толщиной в один кирпич) отнюдь не эквивалентно с облучением сквозь слой железобетона, содержащий внутри частую сетку арматуры. Таким образом, работа по объекту сквозь пол или потолок даст нам результаты, трудносопоставимые с результатами, Полученными на предыдущем этапе.

В связи с последней трудностью нами было принято решение работать с лестничной клетки, короткими сеансами: по десять — пятнадцать минут. Такой режим, максимально приближенный к практическим задачам в будущем, требует выполнения двух условий, по крайней мере:

1. Организационная отладка быстрого развертывания аппаратуры и мобильного подключения ее к питанию, берущееся с электрораспределительного щитка перед квартирой О. А. Грамовой. (Изделие «Витамин С» требует для качественной работы мощности никак не менее 600 вт, а в пиковом режиме, необходимом для быстрого и надежного подавления психики, — и до 800 вт. Ясно, что никакие аккумуляторы, обладающие разумным размером и весом, не могут удовлетворить наши потребности.)

2. В конспиративных целях необходимо создать группу прикрытия, маскировки, включив в ее состав профессионального электрика, например, который мог бы удовлетворить возможное любопытство жильцов по поводу громоздкой и сложной аппаратуры на лестничной площадке.

Так как в таких условиях работа с объектом чаще одного раза в неделю затруднена, то с целью избежать простоя как аппаратуры, так и привлеченных сотрудников, я предлагаю приступить одновременно и к осуществлению третьего этапа, а именно параллельно начать воздействие и на вторую, младшую дочь А. Н. Грамова — Марину Алексеевну Грамову, находящуюся в разводе, проживающую совместно с дочерью, Анастасией Андреевной Грамовой, шести лет, 1986 г. рождения.

Предлагаемая методика и тактика воздействия аналогична предыдущей, а именно: мобильное развертывание аппаратуры на лестничной площадке и кратковременная, но мощная работа «с колес» под прикрытием специальной команды «электриков» или «антеннщиков».

Докладываю также, что в разрабатываемых квартирах нами в настоящий момент уже установлена (скрытно) аппаратура слежения, наблюдения и контроля: в квартире О. А. Грамовой как аудио-, так и видеоаппаратура, а в квартире М. А. Грамовой — только аудио- (Технический отдел нашего бывшего ЦКК неявно саботировал выделение нам нужного количества микротелекамер, дав понять при этом, что с подобными вопросами они рекомендуют нам впредь обращаться по инстанции, а именно лично и непосредственно к В. А. Сомову).

В заключение докладываю, что все вещи, принадлежавшие А. Н. Грамову и С. А. Грамовой (в том числе и так называемый «архив», с освобожденной Грамовыми квартиры нами вывезены в экспертный отдел для досконального анализа.

С целью исследования освобожденной квартиры (поиск внутристенных полостей и тайников, подплинтусовых пространств и т. д.) я прописался в квартиру (бывшую) Грамовых и лично приступил к осмотру указанных выше объектов — в порядке личной инициативы и внеплановой работы. Я прошу Вас, товарищ полковник, санкционировать задним числом мою инициативу, направленную на максимально тщательное и своевременное выполнение вверенной мне операции, учитывая также и тот факт, что мое соседство с дочерью, лейтенантом экспертного отдела А-44, будет, без сомнений, плодотворно сказываться на работе.